Привидений не бывает

Глава первая
ПРИЗРАК БРОДИТ ПО БУЛЬВАРУ

Была середина декабря. В московских переулках, во дворах и в парках насыпало много снега. К счастью, за последние годы XXI века удалось заштопать озоновые дыры, вычистить воздух и воду, закрыть дымные и вредные заводы. Человечество вздохнуло свободно, зимы в Москве снова стали морозными и снежными, а небо звёздным и прозрачным. По нему проносились флаеры и лайнеры.

На центральных площадях и улицах пластиковые мостовые и тротуары прогревались, там было сухо и чисто, а редкие снежинки, прилетевшие с ветром, испарялись, не успев коснуться земли. Можно было всю зиму гулять в лакированных туфлях.

Но Алиса Селезнёва считала, что зимой лучше ходить по снегу. Поэтому она оставила флаер на стоянке за Арбатской площадью, а дальше пошла пешком по лесным тропинкам Гоголевского бульвара. Она шагала не спеша, радуясь тому, как похрустывает снег под подошвами, и любуясь тем, как фонарики, протянутые меж деревьев, отражаются звёздочками в снежинках.

Алиса остановилась перед детской биостанцией. Биостанция была пустынна, лишь в оранжерее горел яркий свет. Зимой всех зверей переводят в Космический зоопарк, где работает Алисин папа, профессор Селезнёв. Ведь юные натуралисты не могут бывать здесь каждый день — у них много дел в школе. Правда, после школы сюда обязательно забегает кто-нибудь из ботаников проверить, как идут дела в оранжерее, и покормить волка Гаврюху, который остаётся на зиму сторожем, потому что любит снег и свободу.

Вот и сейчас Гаврюха, издали почуяв Алису, примчался к воротам. Он часто дышал и глядел на Алису с радостью.

Алиса открыла ворота и вошла на станцию. Гаврюха, приблудный волк, но умница, поднялся на задние лапы, чтобы поцеловать её в лицо, но Алиса не удержала вес такого большого зверя и с размаху грохнулась на снег. Гаврюха смутился и принялся толкать её в бок тёплым носом, чтобы помочь подняться.

Гаврюха появился на биостанции осенью. Утром натуралисты пришли на станцию и увидели, что он лежит, свернувшись кольцом, у ворот. Сначала его приняли за овчарку, но потом приехал профессор Селезнёв и сказал, что это не собака, а настоящий волк. Он хотел было увезти волка, чтобы тот чего-нибудь не натворил. Ведь волки — животные дикие и во взрослом виде не приручаются. Но волк стал просить, чтобы его оставили. Он лежал на земле, прижав морду к песку и виляя хвостом, как собака. Он даже подвывал, как будто хотел что-то сказать, и ребятам стало его жалко. К тому же случилась странная вещь: на выручку к волку прибежали питекантроп Геракл и жираф Злодей, постоянные обитатели биостанции, которые, оказывается, уже были знакомы с волком и подкармливали его как умели.

«Ну если жираф согласен жить с волком, — развёл руками профессор Селезнёв, — значит, это не волк, а кролик. Теперь осталось решить загадку, как взрослый волк мог очутиться в центре Москвы».

Волк улыбнулся и поднялся на ноги. Он подошёл к Алисе и прижался холодным влажным носом к её ладошке. Алиса погладила его жёсткую тёплую шерсть.

«Как его назовём?» — спросил тогда Пашка Гераскин.

«Рексом», — сказал Аркаша Сапожков.

«Белый Клык!» — предложила Маша Белая.

Волк медленно поворачивал голову, удивляясь, какие смешные имена придумывают для него. Он скалил зубы, широко улыбаясь.

Пашка Гераскин нахлобучил ему на голову тюбетейку, и волк стал похож на забубённую дворнягу.

«Гаврюха! — воскликнул Пашка. — Его будут звать Гаврюхой, и он станет на биостанции сторожем!»

Все согласились, включая волка.

Так Гаврюха остался на станции. Он охранял её, гонял ворон, выводил за рукав из оранжереи шалунов, выл на луну, чтобы не слишком светила и не мешала спать зверям и птицам, даже носил в зубах вёдра с удобрением для опытов Аркаши с быстрорастущими растениями. Но вот наступила зима, и Гаврюхе стало тоскливо. Если бы не чувство долга, глубоко заложенное в загадочном волке, он бы сбежал в лес. Впрочем, никто не знал, где лежит тот лес, откуда пришёл на Гоголевский бульвар мирный волк Гаврюха.

Прошло уже три месяца, как Гаврюха поселился на биостанции…

Поднявшись со снега, Алиса достала из кармана пуховика косточку для Гаврюхи, которую завернула для него ещё за обедом. Гаврюха благодарно кивнул. Алиса сказала:

— Кушай, не стесняйся.

Волк не любил, когда люди смотрели, как он ест. Почему-то он считал, что это неприлично.

Алиса взглянула на дорожку — следов на ней, если не считать волчьих, не было, хотя обильный снегопад кончился ещё засветло. На всякий случай Алиса спросила:

— Пашка Гераскин не заходил?

Волк, придавив косточку лапой, отрицательно покачал головой.

— Сегодня никого не было?

Никого, показал волк.

— Ты ешь, Гаврюха, — сказала Алиса. — Тебе не обидно, что тебя называют Гаврюхой?

Нет, покачал головой волк.

— Тогда я пойду домой, — сказала Алиса.

Она прикрыла ворота на биостанцию, помахала волку и пошла прочь.

Бульвар широк, люди обычно гуляют по центральной аллее. Алисе хотелось побыть одной, и поэтому она выбрала одну из пустынных узких дорожек.

Было ещё совсем не поздно. Откуда-то доносилась музыка, ярко светясь, промчался над головой прогулочный флаер, сквозь деревья было видно, как на аллее малыши играют в снежки.

Скоро Новый год. Надо придумывать, кому какие покупать подарки. Это ужасное занятие. Кажется, что всё уже подарено в прошлые праздники. А если добавить, что нужно посылать подарки на другие планеты, где есть друзья, — можно голову сломать от напряжения!

Покупать папе новый свитер? Но ведь мама тоже купит ему новый свитер! И почему только папа бросил курить? Он сразу лишил всех родных возможности дарить ему экзотические зажигалки, трубки или коробки с сигарами, которых папа и на дух не переносил…

Задумавшись, Алиса сбилась с пути. Тропинка стала совсем узкой. Она была покрыта тонким слоем девственно гладкого снега, значит, за последний час-два никто здесь не проходил.

Звуки погасли, потому что на их пути стояли разлапистые ели, огни еле проглядывали сквозь хвою. Алиса почувствовала себя неуютно, словно заблудилась в настоящем лесу. Она хотела было засмеяться, но смеха не получилось… Хоть ты знаешь, что до людей всего триста метров, но сердце замирает…

Впереди была небольшая полянка.

Ели и сосны тесно сошлись, перекрывая все пути к ней.

Алиса раздвинула ветви.

Посреди полянки, на блестящем под звёздами и луной снежном покрове, стоял небольшой чёрный сундук. Старинный, с округлой крышкой, медными уголками и медной скобой, на которой висел, держась открытым ухом, тяжёлый железный замок.

Алиса замерла. Если бы она увидела такой сундук под Новый год, она бы решила, что это часть новогоднего карнавала, что вот-вот из-за деревьев выйдет Дед Мороз. Но было лишь шесть часов вечера, середина декабря, и Дед Мороз, если он существует, гуляет где-нибудь по тундре или отдыхает в далёкой стране Лапландии.

Алиса подошла к сундуку. Она решила откинуть крышку и посмотреть, что спрятано внутри. Но не успела этого сделать, потому что вдруг её пронзило ощущение опасности.

Знаете, как бывает: вроде бы ничего не произошло, вроде бы всё в порядке, но тебя охватывает страх.

Алисе показалось, что город, который так уютно обступал этот лес-бульвар своими кварталами и парками, шумел, пел и смеялся, куда-то исчез.

Наступила такая тишина, которая бывает только в страшном сне.

Алиса сделала два шага к сундуку и услышала, как громко заскрипел снег, будто кто-то вскрикнул под ногами.

Но всё же заставила себя подойти к сундуку поближе.

На поляне было темнее, чем в аллеях, — она освещалась лишь луной и звёздами, снег казался синим, деревья — чёрными, а сундук — чёрным-чёрным, будто это была не вещь, а провал вместо вещи, открытая дверь в подвал.

И тут же Алиса заметила, что на чистом-чистом снегу были видны следы сапог небольшого размера. Они доходили как раз до сундука. Видно, человек нёс на себе сундук, потом поставил его на землю, потоптался рядом… И вдруг увидел что-то такое ужасное, что отпрыгнул от сундука и кинулся бежать.

Всё это Алиса прочитала по следам, потому что была хорошим следопытом и в прошлом году провела целый месяц в лагере разведчиков, где ребят учили, как не заблудиться в лесу, как разжечь костёр под дождём, как перейти реку по бревну, как прочитать следы зверей и многим другим, очень интересным и совершенно ненужным, с точки зрения обыкновенных людей, вещам.

Что же могло так испугать небольшого человека?

Почему он бросил сундук и убежал?

Ну хоть бы кто-нибудь заглянул на эту тропинку, ну хоть бы ворона каркнула, хоть бы кошка пробежала… Было пусто, тихо и очень страшно.

Алиса дотронулась до сундука. Он был холодным, но не очень — ничего особенного, деревянный сундук.

Она попробовала приоткрыть его — крышка была в меру тяжёлой, как и следовало ожидать. Она послушно поднялась.

Сундук был пуст.

Как жаль, что Алиса не прихватила с собой фонарика — вон что-то круглое поблёскивает на дне сундука. Что это? Стекло?

Большая ель взмахнула лапой, стряхнув на землю снежный ком. Тот беззвучно упал вниз, подняв облачко снежной пыли.

«Алиса! — воскликнул внутренний голос. — Уходи немедленно. Тебе грозит опасность!»

Алиса закрыла сундук и тут увидела, что между стволами что-то светится. Холодным, неживым светом.

Светящееся пятно медленно и бесшумно двигалось к Алисе, всё вытягиваясь вверх, как столб зелёного света. Было видно, как расступаются ветви деревьев, чтобы пропустить светящееся тело.

Алиса стояла как зачарованная, глядя на зеленоватый столб.

А внутренний голос всё требовал, чтобы она уходила. Он буквально визжал от ужаса.

Алиса попробовала отступить, но ноги её не слушались.

А зелёный столб выплыл на полянку, и Алиса поняла, что он очень похож на человека, которому на голову накинули зеленоватую светящуюся простыню.

Теперь уже можно было разглядеть длинные руки этого призрака, неподвижно висевшие по бокам, и пустые глаза-провалы в светящейся голове.

Раньше Алисе никогда не приходилось встречать привидение. Но оказывается, для того, чтобы угадать, кто перед тобой, достаточно первого взгляда.

Привидение надвигалось на Алису медленно и беззвучно, словно облако. Его светящееся одеяние доставало до самой земли и отбрасывало на голубой снег слабый зелёный отсвет.

Неожиданно Алиса увидела, как в нижней части круглой головы привидения образовалась щель. Это же был рот! Рот становился всё больше и больше, как будто привидение примеривалось, как бы ему укусить девочку.

Алиса словно очнулась и попыталась сделать несколько шагов назад, но привидение двигалось всё быстрее, и девочка поняла, что ей надо бежать со всех ног, чтобы спастись от неминуемой гибели.

Алиса не стала больше смотреть на привидение, потому что если смотришь на него, то ноги сразу слабеют. Она повернулась и кинулась бежать от привидения по тропинке, в сторону биостанции.

Она неслась со всех ног, но неожиданно ей под ногу попал выступающий из снега корень сосны. Алиса споткнулась о него и рыбкой полетела вперёд.

Всей спиной она чувствовала, что привидение близко, и представляла, как оно сейчас ударит её холодным электричеством, а потом проглотит…

Алиса попыталась подняться и ползти, но руки стали такими слабыми, что она снова растянулась на холодном снегу. Она могла лишь поднять голову и прошептать:

— Помогите!

Поздно, никто её не услышит!

Но помощь была близка. Алиса услышала частое громкое дыхание и увидела, что подобно серой молнии к ней нёсся громадный пёс!

В двух шагах от Алисы пёс оттолкнулся от земли и прыгнул вперёд.

Раздалось оглушительное шипение и страшный вой.

Алиса вскочила и поняла, что освободилась от ужасной власти привидения. Руки и ноги снова подчинялись ей.

Она чуть было не кинулась бежать дальше — этого хотели её неразумные ноги.

Но её умная голова остановила ноги на бегу и обернулась назад.

Она увидела, как рыча скалится на привидение приблудный волк Гаврюха. А привидение, извиваясь, испуская небольшие молнии и струи пара, отступало перед злобной атакой Гаврюхи.

— У-у-у-у-у-у! — завыл волк и, припав к земле, пошёл на привидение. Алиса подумала, что волку, наверное, тоже страшно, потому что привидение — существо из страшного мира тёмных теней, заклинаний, злых волшебников и оживших мертвецов. А волк — тёплый, живой, обыкновенный.

Не отрывая глаз, Алиса следила за борьбой, которая кипела рядом.

Волк прыгнул на привидение, сноп зелёных искр вырвался из призрака, на какую-то секунду враги завертелись в схватке, и Алисе даже показалось, что волк в этой суматохе и сиянии огней превратился на мгновение в человека… снова в волка… снова в человека… снова в волка!

Гаврюха отлетел назад — шерсть его дымилась. Он жалобно завыл.

Но и привидению, видно, пришлось несладко. Оно уменьшилось, будто усохло, оно дрожало, и по нему прокатывались волны зелёного, словно газового, света… Привидение стало удаляться, оно отступало сквозь густые ветви, и лишь зелёные искорки задержались на тёмных, покрытых снегом лапах елей.

Ещё секунда, две… от привидения не осталось и следа.

Стараясь не дрожать, неподалёку стоял отважный и верный волк Гаврюха. Он часто дышал, высунув розовый язык.

— Как я тебе благодарна! — сказала Алиса.

Шатаясь от слабости, она шагнула к нему.

Гаврюха отстранился от Алисы. И она поняла почему. В некоторых местах на спине и боках его шерсть была опалена холодным пламенем. Волку было неловко, что он так некрасиво выглядит.

— Не стесняйся, — сказала Алиса. — Ведь ты меня спасал. Ты не будешь возражать, если я тебя оботру снегом?

Волк покачал головой — он не будет возражать.

Мимо пробегали дети, совсем маленькие. Они перекидывались большим мячом. За ними катилась на колёсиках старая няня-робот и кричала:

— Не спешите, мне вас не догнать! Не спешите!

Дети увидели дымящегося волка, на которого Алиса кидала снег, и какой-то мальчик закричал:

— Собачка горит! Надо позвать пожарную команду.

— Она не горит, — поправила малыша девочка. — У неё внутри чайник. Это пар идёт.

— Не задерживайтесь! — крикнула няня. — Мячик уже укатился!

Дети сразу забыли о дымящейся собачке и побежали дальше. За ними на двух резиновых колёсах покатила старенькая няня-робот.

Алиса осторожно тёрла волка снегом. Если ему и было больно, он ничем этого не показывал.

— Как ты только услышал! — приговаривала Алиса. — Ты же меня спас. Это было привидение?

Волк кивнул.

— Ты раньше видел привидения?

Волк колебался. Он кивнул не сразу, но всё же кивнул.

— Странно, — сказала Алиса. — Никогда мне не встречались настоящие привидения. Я даже не думала, что они существуют на самом деле. Скажи, волчище, а они опасные?

Волк снова кивнул. И даже зарычал.

Алисе было интересно наблюдать за Гаврюхой. Порой он вёл себя как волк и даже выл, а порой — как собака, рычал, вилял хвостом, правда, почти не умел лаять.

— Вот и я думаю, что они опасные, — сказала Алиса.

Волк отряхнулся, как пёс, который вылез из речки. Снег полетел в разные стороны.

Алиса подумала, что теперь конечно же пойдёт домой по главной аллее, а дома первым делом расскажет обо всём отцу. Он, наверное, знает, встречаются ли привидения на Гоголевском бульваре или им с волком это показалось.

— Ты меня проводишь? — спросила Алиса волка.

Тот кивнул.

Они уже собирались идти, как Алиса вспомнила, что сундук всё ещё стоит посреди поляны.

— А с ним что делать? — спросила она волка.

Волк ничего не ответил. Даже не двинулся. А Алисе показалось, что он пожал плечами.

Алиса продолжала рассуждать вслух:

— Вряд ли кто-нибудь его обронил. Шёл, шёл, нёс сундук, задумался и обронил. Смешно?

Волк улыбался. Улыбаться он умел.

— А может быть, он поставил его на поляне, чтобы приманивать привидения?

Волк молчал.

— Что же делать? Кому рассказать о сундуке? Правильно! Папе! Папа знает всё и даже догадается, зачем кто-то бросает на бульваре старинные пустые сундуки.

Пора было уходить, но Алиса никак не могла решиться оставить сундук на произвол судьбы.

И тут из чащи её окликнули:

— Алиса, это ты?

— Это я. А ты кто?

— Ты с Гаврюхой? — спросил знакомый голос из чащи.

— Да, мы здесь с Гаврюхой.

— А больше никого нет?

— Кто был, убежал, — сказала Алиса.

— Я так и думал, — сказал Пашка Гераскин и вышел на открытое место.

Пашка Гераскин — старый друг Алисы. Они не раз вместе попадали в переделки и пускались в опасные авантюры. Но декабрь — не время для авантюр, надо учиться.

Пашка подошёл к сундуку и похлопал его по крышке.

— Никто к нему не приближался? — спросил он.

— Пашка, перестань говорить загадками, — попросила Алиса. — И расскажи всё, что ты знаешь.

— А плакать не будешь?

— Не буду.

— И дрожать не будешь?

— Пашка, ты мне надоел. Если ты не начнёшь немедленно свой рассказ, я пойду домой.

— Ладно, начинаю, — торжественно произнёс Пашка. — Я должен сказать, что у меня появился новый знакомый. Его зовут Иона Ионович Гоц. У профессора Гоца в лаборатории стоял один ценный прибор. Вот этот!

И Пашка показал на сундук.

— Так я и знала, что без тебя не обошлось, — сказала Алиса. — Значит, это ты ходишь ночами по бульвару с сундуком в обнимку?

— Этот сундук — наследство профессора Гоца. Он доверил его мне, но просил не спускать с него глаз. Сначала я хотел отнести сундук домой, но ты же знаешь мою маму!

— Знаю. Она очень хорошая.

— Она неплохая, но не выносит старых и пыльных вещей. А я люблю притаскивать домой старые и пыльные вещи. Ещё на той неделе мама сказала, что, если я притащу ещё какую-нибудь ископаемую рухлядь, она выставит меня из дому вместе с этой дрянью.

— И ты испугался нести сундук домой?

— Я решил отнести его на биостанцию. Днём будем его стеречь мы с тобой по очереди, а ночью за ним присмотрит Гаврюха. Правильно, волчище?

Но почему-то слова Пашки волку не понравились. Он зарычал, глядя на сундук.

— Гаврюха, ты не прав, — сказал Пашка.

— Продолжай! — попросила Алиса.

— Я как раз собирался тебе всё рассказать, но ты меня всё время перебиваешь. Постарайся немного помолчать!

— Постараюсь.

— Профессор Гоц уехал в командировку и оставил мне в наследство этот сундук. Так как это не совсем обычный сундук, я решил отнести его в нашу лабораторию. И когда я шёл от профессора сюда — только не смейся! — за мной увязалось привидение! Сейчас ты станешь говорить, что привидений не бывает! Ну говори, говори!

— Я ничего не говорю, — сказала Алиса.

— Странно. Тогда я закончу свой рассказ. Как только я вошёл в тёмный лес, привидение выскочило из чащи и кинулось ко мне. Мне пришлось бежать, потому что я не знаю, как заговаривать привидения! Да и вообще я в них не верю! Ты не смеёшься?

— Нет.

— Я подождал немного и осторожно вернулся на полянку. Вот и встретил вас. Ты в это веришь?

— Верю, — сказала Алиса.

А приблудный волк Гаврюха наклонил большую тёплую голову в знак согласия.

Глава вторая
ТАЙНА ЧЁРНОГО СУНДУКА

Алиса с Пашкой отнесли чёрный сундук в лабораторию.

В лаборатории было тепло, прибрано, на длинном столе стоял букет хризантем. Видно, последней дежурила одна из девочек.

Пашка закрыл было дверь перед носом волка, но Алиса сказала:

— Пускай Гаврюха с нами посидит. Ему же скучно одному.

— Вообще-то собакам и волкам не место в комнате, — начал было Пашка. Не потому, что хотел выгнать Гаврюху, а просто у Пашки такая привычка: оставить за собой последнее слово. — Но пускай, в виде исключения, волк побудет с нами.

Сундук стоял посреди лаборатории. Пашка сел на него и вдруг спросил:

— А почему ты так легко со мной соглашалась? Ты же не веришь в чудеса.

— Если бы ты выслушал меня раньше, то не удивлялся, — ответила Алиса.

— Я тебя внимательно слушаю.

Волк лёг на пол, вытянулся во весь свой двухметровый рост и прикрыл глаза, будто всё это его не интересовало, а пришёл он в лабораторию погреться.

— Видела я твоё привидение, — сказала Алиса. — Привидение как привидение, ничего особенного!

— Значит, ты не его видела! — воскликнул Пашка. — Потому что от настоящего ты бежала бы до самого Чёрного моря.

— Я и бежала, — засмеялась Алиса. — Только не добежала, потому что встретила Гаврюху.

Алиса голову могла дать на отсечение, что волк улыбается. Голова его лежала на полу меж вытянутых вперёд лап, глаза были закрыты, но рот растянулся в улыбку.

Алиса в двух словах рассказала Пашке про своё приключение и закончила так:

— Конечно, это не привидение, но какое-то неизвестное явление. Я сегодня поговорю с папой. Наверняка он знает. Может, даже это чудище сбежало из Космического зоопарка.

— Не утешай себя, Алиса, — сказал Пашка. — Это самое настоящее привидение.

— Их не бывает!

— Привидения бывают. Волк Гаврюха может тебе это подтвердить.

Волк Гаврюха не шевельнулся.

Не дождавшись подтверждения, Пашка продолжал:

— Профессор Гоц отправился к ним в гости. И если там всё будет в порядке, я скоро к нему присоединюсь.

Вдруг Гаврюха тихо, но угрожающе зарычал.

— Ему не нравится, — сказала Алиса.

— Что может понимать дикое животное! — отмахнулся Пашка.

Алиса попросила:

— Пашка, если ты начал рассказывать, то рассказывай. Мне домой пора.

— Хорошо, — согласился Пашка. — Ты знаешь, что я хочу стать знаменитым биологом? Может, даже великим. Ты слышала об этом?

Алиса кивнула. Гаврюха открыл один глаз, чтобы посмотреть на будущего великого биолога.

— Для этого я полетел наблюдателем на конгресс по изучению чудес на Гавайях. Доклада я не делал — зачем удивлять моим жизненным опытом коллег? Но всё выслушал и узнал немало интересного. И кстати, познакомился там с профессором Гоцем. Он не очень старый, ему лет сорок, но очень талантливый. Мы с ним купались в океане, катались на досках по волнам прибоя и даже забирались в жерло действующего вулкана. Считай, что мы с ним подружились. Мне кажется, что Иона Ионович выбрал меня своим научным наследником.

— А чем занимается твой новый друг? — спросила Алиса.

— Он изучает биологию привидений.

— Где же он их берёт?

— Вот в этом и заключается главное открытие моего друга.

— Оно секретное? — спросила Алиса.

— Нет, но о нём нельзя никому рассказывать.

— И мне тоже?

— Нет, — ответил Пашка, — ты — исключение. Хотя бы потому, что ты уже видела настоящее привидение. И сейчас ты станешь единственным, кроме меня, человеком на Земле, который посвящен в открытие профессора.

Пашка вытащил из кармана кассету.

— А почему сам профессор нам не может рассказать?

— Потому что профессора с нами, к сожалению, нет, — ответил Пашка. — Он отправился в командировку. Я же говорил об этом!

— Может, подождём его возвращения? — спросила Алиса.

— И ты не хочешь узнать, откуда берутся привидения?

— Конечно, я хочу узнать!

— Тогда возьми кассету и посмотри на неё.

Алиса послушалась.

— Ничего не видишь?

— Я вижу на кассете надпись: «Для Павла Гераскина».

— Теперь ты веришь, что я имею право показать тебе кассету?

— Как она попала тебе в руки?

— Профессор мне позвонил вчера и просил обязательно заглянуть после школы. Конечно же я побежал к нему. Я постучал, дверь сама отворилась. Автосекретарь сказал мне, чтобы я прошёл в кабинет. Посреди кабинета на полу стоял вот этот чёрный сундук. На нём лежала кассета. Автосекретарь попросил меня просмотреть кассету. Я просмотрел и решил, что надо показать её тебе. Будешь смотреть?

— Конечно. Ты меня заинтриговал.

— Я и сам ещё не всё понимаю, — сказал Пашка. — Лишний раз посмотреть не помешает.

Он вставил кассету в щель под стенным экраном. Потом уселся на сундук. Алиса устроилась на полу, прислонившись к тёплому мохнатому боку волка.

…На экране появилось лицо худого, сутулого человека. Можно было подумать, что он всё ещё растёт, но неравномерно. Затылок вырос так, что голова стала тыквочкой и редких волос не хватало, чтобы прикрыть макушку. А руки и ноги вылезли из брюк и рукавов. Взгляд у профессора рассеянный, потому что он был погружён в свои сложные научные мысли.

«Здравствуй, Павел, — сказал профессор. — Я надеюсь, что ты смотришь мою плёнку. Мой отъезд в параллельный мир был таким поспешным, что я не успел с тобой повидаться».

— Параллельный мир? — удивилась Алиса.

— Погоди! — остановил её Пашка.

«Не удивляйся моим словам, — продолжал профессор Гоц. — Параллельный мир существует. И таких миров много. Один из них соприкасается с нашим настолько тесно, что при определённых условиях можно перемещаться из одного мира в другой».

Профессор Гоц замолчал и закрыл глаза, словно вспоминал. Потом откашлялся и заговорил дальше:

«Когда люди говорят о параллельных мирах, они обычно думают, что в параллельном мире и в нашем всё одинаковое или почти одинаковое. Может быть, это именно так в тех мирах, куда пока невозможно добраться. Но параллельный мир, соприкасающийся с нашим, — совсем другой. Хотя ты о нём знаешь. И каждый человек на Земле тоже о нём знает. Я туда уже перемещался и потому могу тебе всё заранее объяснить. Физические законы, по которым построен параллельный мир, отличаются от земных. То, что у нас считается сказками и выдумками, для жителей параллельного мира — самая обыкновенная реальность. С детства я увлекался книжками и фильмами о привидениях, вампирах, таинственных замках, князе Дракуле и чудовище Франкенштейне. Я знал, что всего этого не существует. Но ведь всё, что не существует, откуда-то произошло! Люди ничего на самом деле не выдумывают. Они только берут то, что известно. И кое-что в этом меняют. Люди не способны изобрести даже кенгуру!»

Почему-то неспособность людей изобрести кенгуру очень рассердила профессора. Резким движением он откинул со лба упавшую прядь чёрных волос и отпил воды из стакана, стоявшего перед ним.

«Ещё когда я учился в школе, я понял: люди не могли изобрести привидение! Они слишком для этого тупые! Им не придумать оборотней и мертвецов, которые встают из могил, русалок, которые заманивают путников в глубокие омуты… нет, людям никогда не придумать весь мир чудесных тайн и страшных явлений, о которых так хорошо умеют рассказывать дети… Но если люди не придумали привидения, то откуда они их взяли? И я догадался — значит, они где-то живут. Ну, допустим, они сохранились в непроходимых джунглях острова Сулавеси. Но непроходимых джунглей на Земле уже не осталось… Может, это просто память о том, кто когда-то жил на Земле, а потом вымер, как мамонты? Но ведь люди никогда не рассказывают историй про то, что мамонты водятся на Чукотке или в Антарктиде. Но любят поведать о том, как в покинутом доме поселилось привидение и всех перепугало.

Профессор Гоц перевёл дух, окинул слушателей яростным чёрным взглядом, словно мог их видеть, и продолжил:

«Я посвятил изучению привидений половину жизни. А может, и больше. Я собрал все книги, в которых говорилось о привидениях, призраках и вампирах. Я ввёл все эти данные в компьютер… И ничего не добился. Но я не отчаивался. Я понимал, что у меня осталось ещё несколько десятилетий жизни, которые я могу посвятить любимому делу — охоте за привидениями. А если со мной что-нибудь случится, если я погибну на этой опасной охоте, то у меня теперь есть молодой друг и помощник, юный охотник за привидениями, бесстрашный Павел Гераскин».

Профессор Гоц закрыл глаза, давая возможность Пашке прочувствовать похвалу. Пашка конечно же прочувствовал, зажмурился и стал похож на сытого кота. Разве не приятно, когда взрослый профессор говорит, что ты его бесстрашный помощник?

«И вот мои многолетние поиски наконец принесли плоды. После встречи с тобой на Гавайских островах, мой мальчик, мне прислали одну очень древнюю рукопись. Её написали монахи монастыря Святого Иакова, который затерялся в глубине Карпатских гор, в самом сердце Румынии. В те времена и Румынии ещё не было, а на том месте располагалось Валашское княжество. Говорят, что именно там чаще всего и встречались оборотни, вампиры и привидения. И даже сам князь тех мест Влад Дракула был дружен с нечистой силой. Один из монахов по имени Георгий был очень любопытным человеком. Он решил проверить слухи о привидениях. И если где-нибудь в окрестностях люди говорили, что видели необычное свечение или ожившего мертвеца, монах садился на своего серого ослика и ехал туда. Несмотря на то что прошло много сотен лет, я преклоняюсь перед этим отцом Георгием — он был самым настоящим учёным. Он завёл карту тех мест и отмечал на ней крестиками те пункты, где появлялась нечистая сила. Эта карта лежит у меня. Смотрите!»

Профессор Гоц поднёс к экрану серый лист, на котором чернилами грубо были нарисованы горы и горки, извивы рек и леса. По всей карте были разбросаны небольшие крестики. И видно было, что особенно густо они скопились в одной из горных долин.

«Отец Георгий решил, что место, где люди чаще всего видели привидения, и есть их гнездо, или логово. И этот отважный борец с нечистой силой взял с собой крест, сосуд со святой водой, молитвенник, взвалил на ослика мешок с сушёными овощами, кислой капустой и прочими простыми продуктами и отправился прямо в гнездо привидений.

Оказалось, как выяснил монах, что привидения чаще всего выходят из развалин замка, в котором когда-то жил и умер граф Влад Дракула. Девять дней и девять ночей отец Георгий просидел в засаде возле развалин. Стояла холодная, дождливая осень. Монаху надо было укрыться от дождя, и он соорудил себе шалаш из еловых веток. На десятый день в густых сумерках он увидел, как из развалин замка выползает зеленоватое привидение. Отец Георгий вышел навстречу ему, подняв крест и разбрызгивая святую воду. Привидение от неожиданности отступило. Отец Георгий решил, что отогнал нечисть. Но не ушёл, несмотря на то, что ему было страшно. Он всё записывал на лист пергамента, который взял с собой. На следующий день привидение привело с собой подкрепление, и это плохо кончилось для монаха. Когда встревоженные братья из монастыря наконец отыскали тело брата Георгия, они увидели, что он весь обожжён, крест обгорел, ряса разорвана. И самое удивительное — в теле брата Георгия не осталось крови. Монахи назвали отца Георгия мучеником и написали о нём труд, который и попался мне совсем недавно. Для меня находка этой рукописи, — продолжал профессор Гоц, — была большой и давно ожидаемой радостью. В сентябре этого года я собрался и полетел в Румынию, в глубь Карпатских гор, где когда-то располагалось княжество Валахия.

Конечно же те места далеко не так заброшенны, как пятьсот или шестьсот лет назад. Теперь тут немало санаториев, лыжных баз, горных приютов для туристов. И всё же сохранились земли, где санаториев не строят и даже деревень нет. До сих пор местные люди туда заглядывать не любят. И на окраине тех мест стоит давным-давно заброшенный, но реставрированный монастырь Святого Иакова. Теперь прошу тебя быть внимательным…»

Профессор продолжал говорить, но его лицо на экране исчезло, а вместо него появились заросшие лесами горы.

«Конечно, ты понимаешь, — слышался голос профессора, — что я взял с собой не крест и не святую воду, а несколько бутербродов, хороший фонарь и тёплые башмаки. И конечно же я запасся съёмочной аппаратурой. С этого момента я буду показывать тебе, мой юный друг, не своё скучное лицо, а пейзаж и строения, которые попались мне на глаза».

На экране были видны проплывавшие внизу горы.

«Как вы понимаете, — продолжал профессор, — я полетел к монастырю Святого Иакова на флаере, чтобы не терять времени. Тем более что была уже середина дня, а мне хотелось до темноты вернуться в отель».

Внизу показалось несколько невысоких каменных строений, окружённых стеной. В середине возвышалась церковь с крышей, похожей на пирамидку.

Флаер спустился к церкви, и к профессору подошёл старый монах, который спросил что-то по-румынски. Ни профессор, ни слушатели румынского языка, к сожалению, не знали. О чём профессор и сообщил старику по-французски: он знал, что румынский язык немного похож на французский и все образованные румыны обязательно говорят по-французски.

— Этот монастырь закрыт, сюда редко приезжают гости. Что же привело вас сюда, уважаемый гость? — спросил по-французски монах.

— Меня привела старинная рукопись, — ответил профессор. — Рукопись написана в вашем монастыре в 1623 году и повествует о том, как монах вашего монастыря отец Георгий искал и нашёл привидения, но, к сожалению, погиб, потому что не смог их победить.

— Неужели вы знаете о борьбе отца Георгия с дьяволом? — удивился старик.

— Более того, — сказал профессор, — я хочу сам отправиться туда, где погиб отец Георгий, и увидеть место, откуда выходят привидения.

— Это очень опасно, — вздохнул старый монах.

— Значит, привидения и сейчас появляются?

— Я не могу вам этого сказать… — Видно было, что старик не хочет лгать, но и не может сказать правду.

— Я посвятил всю жизнь поиску привидений, — сказал профессор. — Я хочу понять, что же они представляют собой на самом деле? Есть ли они или только кажутся воображению людей?

— Это опасно, — повторил старик.

— Я буду осторожен. Подумайте, брат Георгий погиб пятьсот с лишним лет назад. Сегодня у меня есть средства защитить себя.

— Разве можно защитить себя чем-то, кроме креста, от нечистой силы? — удивился старик.

— К сожалению, крест не помог брату Георгию, — заметил профессор.

— Всё бывает…

— Может быть, вы подскажете мне дорогу до развалин замка Дракулы? — спросил профессор.

— Вы и это знаете?

— Большой тайны в том нет, — сказал профессор. — Я давно собирался сюда прилететь. Ведь о хозяине замка князе Дракуле написаны книги, сняты фильмы ужасов — считается, что он прожил пятьсот лет! И нет ничего удивительного, если привидения водятся именно там.

— Долгое время никто не слышал в наших местах о привидениях, но в этом году охотники и туристы уверяют, что видели странных существ. Кто они, мы не ведаем, — ответил монах.

Он вздохнул. Понял, видно, что упрямый гость отыщет путь к замку и без его помощи. Поэтому он объяснил по карте, как долететь до замка. Профессор поблагодарил его и вернулся к флаеру.

Развалины замка были недалеко — несколько километров. Флаер уже спускался к каменным развалинам, так заросшим лесом, что если не знать, то нипочём не догадаешься, что здесь когда-то стоял замок.

«Три дня я провёл у этих развалин, — продолжал свой рассказ профессор. — Я таился в лесу, потому что не хотел, чтобы меня заметили. Конечно, ты можешь, Паша, спросить, почему я надеялся отыскать привидения в развалинах? Ведь прошло столько лет! Но я тебе вот что скажу: если ты ищешь сосновый лес, то его лучше всего искать там, где леса были раньше. Если ты хочешь найти муравья, то отправляйся в те края, где жили муравьи, а если где-то и можно встретить привидение, то, наверное, там, где когда-то водились всякие чудовища.

И вот моё терпение было вознаграждено! Вечером в густых сумерках, под мелким осенним дождём, показался зеленоватый светящийся столб — это был призрак! Он двигался к развалинам. Значит, привидение уже погуляло, побывало в разных местах и теперь спешило к себе в логово. Но в логово ли?

Осторожно, стараясь не попасться на глаза привидению и не погибнуть, как несчастный брат Георгий, я двинулся следом за ним. Сердце моё билось, руки дрожали от нетерпения и радости! Ведь наконец-то сбылась моя мечта! Я встретил привидение!»

Профессор Гоц снова включил камеру, и зрители увидели сумеречный лесной пейзаж. Впереди поднимались остатки каменных стен, заплетённые повиликой и диким виноградом. И на фоне этих развалин был отлично виден удаляющийся зеленоватый столб — привидение!

— Привидение! — закричала Алиса.

Волк вскочил и зарычал.

— Привидение! — повторил Пашка. — Я его сегодня видел!

Профессор между тем продолжал:

«Я вошёл в развалины, не зажигая фонаря, потому что не знал, насколько хорошо привидения видят. Ведь сказки и легенды расходятся в этом».

Вокруг стало совсем темно — лишь впереди было видно сияние. Профессор пробирался следом, стараясь не шуметь, но порой он наступал на камень или сухую ветку и — замирал, опасаясь, что привидение обернётся и заметит его.

«Я вступаю в подземный коридор, — прошептал профессор. — Под ногами ровный каменный пол. Над головой низкий свод. Я могу коснуться его рукой. С него падают капли».

Вдруг привидение впереди остановилось. Сразу остановился и профессор.

«Я боюсь подходить ближе, — тихо произнёс профессор. — Подождём, пока привидение возобновит движение».

Но привидение дальше не пошло.

Оно что-то делало вдали, покачивалось, изгибалось, словно танцевало. Потом вдруг стало уменьшаться ростом, словно проваливаться под пол.

После минутного колебания профессор поспешил вперёд. Он вошёл в низкий округлый подвал, но не увидел там никакого привидения. А вход в подвал был только один — через который и вошёл профессор.

Подвал напоминал склад ненужных вещей — там были свалены стулья и столы со сломанными ножками, разломанные шкафы и кровати, сундуки, ящики, просто доски… И тут профессор заметил гаснущее сияние — оно исходило из приоткрытого чёрного сундука.

Профессор подбежал к сундуку и заглянул внутрь. Он успел увидеть зелёную искорку, которая пропала на дне сундука. И сундук превратился в одну из забытых здесь когда-то вещей.

«К счастью, — сказал профессор, — у меня с собой были некоторые физические приборы. Я сразу измерил электромагнитное, биологическое и электрическое поля снаружи и внутри сундука. И приборы показали, что сундук этот необыкновенный — он излучал всевозможные поля, как будто был мощной энергетической установкой неизвестного типа.

Я понял, — продолжал профессор, — что в этом сундуке, возможно, и скрывается разгадка тысячелетней тайны, к которой я наконец-то приблизился. Ты меня понимаешь, Павел Гераскин?»

— Да, я понимаю! — откликнулся Пашка, забыв, что профессор его не слышит.

«С большим трудом я вытащил сундук из развалин и на флаере привёз его домой.

Возле сундука я поставил камеры, которые должны были заработать, как только из него покажется привидение. А тем временем я советовался со всеми знаменитыми физиками, надеясь, что они мне помогут.

На шестнадцатый день после того, как я привёз сундук домой, одна из камер заработала. Я услышал сигнал и примчался, даже не надев халата. Сам я никого не застал, но когда проверил плёнки, то оказалось, что крышка сундука приоткрылась, из него полилось зеленоватое сияние, привидение приподнялось, огляделось и тут же вновь спряталось в сундуке. И как я ни искал его, найти не сумел.

Уже три месяца чёрный сундук стоит у меня дома. Я сам видел, как в него спряталось привидение, а потом исчезло. Моя камера заметила, что другое или то же самое привидение собиралось выйти из сундука, но, видно, ему не понравилась обстановка, и оно спряталось вновь. И не оставило никаких следов. Где прячутся эти привидения?

Я расспросил тысячу учёных, пока не отыскал знаменитого японского физика Фукиду. Когда он услышал о моих приключениях, то буквально загорелся — он стал просить меня, чтобы я показал ему чёрный сундук.

Мы отвезли сундук в институт Фукиды, и японский физик после двух недель работы заявил, что этот сундук вовсе не сундук. А дверь в параллельный мир».

— Что-то сундук не похож на дверь, — сказал Пашка, будто профессор Гоц мог его услышать.

«Конечно, дверь — условное слово, — словно услышал вопрос профессор. — Фукида рассказал мне, что, когда миры прикасаются друг к другу, происходит удивительное явление. Если смотреть из нашего мира на параллельный, то он умещается на острие булавочной головки. Но стоит тебе перейти в параллельный мир, наш мир станет для тебя таким маленьким, что может поместиться в булавочной головке.

А чёрный сундук — вовсе не сундук. Именно он и есть та точка, в которой можно перейти из одного мира в другой. Привидения иногда пользуются этим переходом. Но откуда они знают об этом? — спросишь ты.

На то они и привидения! Кстати, анализы показали, что сундук страшно древний, ему уже тысяча лет. И если открыть сундук и внимательно присмотреться к нему, то увидишь, что в его дно вставлено небольшое каменное кольцо. Это каменное кольцо и называется Вратами. Давным-давно какой-то мудрец, знавший о переходе между мирами, вставил каменное кольцо в дно сундука и спрятал его таким образом от любопытных глаз. Ведь каменное кольцо могут украсть, оно может потеряться, а сундук потерять куда труднее. Так что, Паша, я оставляю тебе самые настоящие Врата, соединяющие два мира. Будь осторожен, хотя ты, возможно, мне не веришь».

— Это всё теория! — заявил Пашка.

«Физике приходится верить. Она — наука точная. Её законы правят миром. И если физика считает, что наши миры соприкасаются, значит, это так. Меня же интересует другое — как добраться до привидений».

— А как? — спросил Пашка.

«А добраться до привидений можно, только увидев, что же лежит за Вратами. Что за мир там? Я хочу увидеть привидения у них дома, пощупать их, измерить, понять! Я хочу получить Нобелевскую премию по биологии! Я хочу, чтобы в энциклопедии написали: «Иона Гоц — открыватель нового мира!» Паша, ты должен дать мне слово, что не выдашь меня!»

Профессор Гоц насупил брови и упёрся взглядом в зрителей. Алиса даже глаза отвела.

— Не выдам! — поклялся Пашка.

«Теперь пойми самое главное! Я вернусь через три дня! А потом мы с тобой организуем замечательную экспедицию в параллельный мир. Но пока я в разведполете, ты обязан беречь сундук пуще своего ока. Без него мне не вернуться домой! Без него я сгину в чужом мире, и открытие не состоится. Ты понял?»

Пашка молча кивнул.

Не спускай с сундука глаз ни днём ни ночью! Три дня! Только три дня! Обещаешь? Жди меня!»

Экран погас.

Профессор исчез.

Наступила тишина.

— Теперь ты меня понимаешь? — спросил Пашка.

— Конечно, я тебя понимаю, — ответила Алиса. — Но я не уверена, что другие тебя также поймут.

— Поэтому я перед тобой открыл все карты, — сказал Пашка.

Алиса подошла к сундуку и подняла крышку, чтобы лучше разглядеть каменное кольцо на его дне.

Пашка тем временем продолжал свой рассказ:

— Я подумал, ну как мне охранять сундук три дня и три ночи? Переселиться в квартиру профессора Гоца? А что скажет мама?

— Да, — согласилась Алиса. — Твоей маме уже давно надоели твои приключения. Она мне жаловалась.

— И кому она только не жаловалась! И хуже всего, что в школу пожаловалась, — вздохнул Пашка. — Так что ты понимаешь — я не мог перетащить сундук домой. Я не мог переселиться к сундуку поближе. Мне оставалось лишь отнести сундук в безопасное место. А где оно?

— И тебе кажется, — сказала Алиса, — что самое безопасное место — это лаборатория биостанции?

— Вот именно! Лаборатория запирается, ни одно привидение туда не заберётся, а к тому же её охраняет волк Гаврюха.

— Ты возражаешь? — спросила Алиса.

Гаврюха отрицательно покачал головой.

— Только закрой его, Пашка, — велела Алиса. — А то ещё какое-нибудь привидение выскочит.

— А ты думаешь, что они сквозь стены не могут проходить? — спросил Пашка.

Алиса не успела ответить, как зарычал Гаврюха.

И было из-за чего рассердиться приблудному волку: сквозь открытую форточку с улицы в комнату вползало привидение.

Оно было похоже на светящуюся гусеницу.

В лапе привидение держало ананас. Ананас застрял в форточке, и привидение начало дёргаться, извиваться, чтобы протащить его в лабораторию.

Приблудный волк кинулся было на привидение, но Алиса схватила его за ошейник и потащила обратно.

— Помоги мне его удержать! — крикнула она Пашке.

— Да оставь ты его и беги! — откликнулся Пашка. — Оно нас убьёт.

— Гаврюшечка! — взмолилась Алиса. — Не рвись, потерпи. Нам же нужно с тобой узнать, может ли привидение пройти сквозь стенки сундука!

Волк сразу понял её. Куда быстрее, чем Пашка. Он сразу сел и лишь молча скалился, а Алиса метнулась к сундуку и закрыла его. А так как привидение, которое наконец пролезло в форточку, было совсем близко, Алиса отпрыгнула в сторону под защиту волка.

Привидение не обратило никакого внимания на то, что в лаборатории горит свет и находятся чужие. Оно подплыло к сундуку и попыталось втиснуться в щель, затем ткнулось в замочную скважину.

Если бы это не было самое настоящее и даже опасное привидение из параллельного мира, Алиса бы засмеялась, настолько забавно привидение пыталось пролезть в сундук.

Но никто не смеялся.

От привидения пахло электричеством, а по комнате пролетали зелёные искры. Привидение было сильным, но неумелым и несообразительным. Оно билось о сундук, даже двигало его по полу, но не могло догадаться потянуть за язычок, чтобы открыть крышку.

Может быть, прошла минута, может, больше. Привидение отчаялось пролезть в сундук и стало кружиться вокруг него, как оса вокруг закрытой банки с мёдом.

Прижимаясь к полу, волк двинулся к призраку.

Когда до привидения оставался всего метр, Гаврюха зарычал, привидение заметило волка и начало угрожающе к нему клониться.

Оно стало похоже на зелёную кобру перед нападением.

Алиса ринулась к сундуку за спиной привидения.

— Не смей! — закричал Пашка, который прятался за шкафом. — Это же опасно!

Но Алиса надеялась, что привидение не видит её. Она протянула руку и откинула крышку сундука. И тут же отпрыгнула назад.

Привидение услышало стук крышки и развернуло, как гусеница, верхнюю половину тела.

Открытый сундук так удивил и обрадовал его, что привидение забыло о волке и немедленно перетекло в сундук. Оно стало жидким, и казалось, сундук до половины наполнили светящимся зелёным газом, в котором плавает большой ананас.

Из сундука донеслось шипение.

— Я знаю, на что это похоже, — заявил Пашка, выйдя из-за шкафа и приблизившись к сундуку. — Как будто грязная вода из ванны уходит.

Но привидение его не слышало. А если и слышало, то не обратило внимания на эти слова.

Оно исчезло. Сундук был пуст.

— Поздравляю вас, господа! — произнёс Пашка Гераскин. — Вы присутствовали при замечательном эксперименте. Вы наблюдали переход привидения в параллельный мир.

— Спасибо, что объяснил, — ответила Алиса. — А то мы с Гаврюхой не догадались. Но мне важно другое — я доказала тебе, что привидения не могут перейти из мира в мир, если сундук закрыт. Им необходимо, чтобы была хотя бы щель.

— Ну и что? — спросил Пашка.

— А то, — сказала Алиса, — что мы можем спокойно закрыть сундук и не бояться, что всякие неприятные твари вылезут из него и будут гулять по Москве.

— Ты права, — согласился Пашка. — Я тоже так подумал. К тому же я узнал: это привидение, которое на меня напало. И на тебя тоже. Нам удалось вернуть его туда, откуда оно пришло.

— А ты уверен, что это то же самое привидение? А вдруг их было три и два ещё остались у нас?

Пашка нервно обернулся, но потом решил, что Алиса шутит. Но на всякий случай он спросил:

— Ты шутишь, правда?

— Шучу, — согласилась Алиса. — Посмотри на Гаврюху, и ты поймёшь, почему привидений больше не осталось.

— Почему? — Пашка поглядел на волка, но ничего не понял.

— Гаврюха совершенно спокоен, он машет хвостом и не боится за нас. Я права, волчок?

Гаврюха наклонил голову. Он согласился с Алисой.

— Тогда пошли домой, — сказал Пашка. — А то моя мама будет беспокоиться.

Они попрощались с волком Гаврюхой и пошли домой, разговаривая о привидениях и всяких чудесах. Алисе, которая отлично знала Пашкин характер, надо бы удивиться, почему Пашка вдруг начал беспокоиться о маме и решил идти домой. Никогда он о маме не беспокоился. У него даже было готово этому объяснение: «Ведь это мама меня родила, а не я маму родил. Кто родил, тот пускай и беспокоится». Спорить с такими словами было бесполезно. Пашка наверняка станет политиком — он умеет слушать только себя самого.

И если Пашка начал беспокоиться о маме, значит, он что-то замыслил. И не хочет, чтобы Алиса об этом знала.

Когда они прощались у Алисиного дома, Алиса спросила Пашку:

— Странно, что ты не волнуешься за судьбу своего профессора. Ведь, как я понимаю, уже прошло три дня, как он живёт у привидений.

— Ну чем я могу ему помочь? — Пашка развёл руками.

Тут бы Алисе ему не поверить.

А она поверила.

Глава третья
ПАШКА, КОНЕЧНО, ПРОПАЛ

Придя домой, Алиса устроила за ужином строгий допрос отцу, есть ли привидения или это выдумка.

Профессор Селезнёв — директор Космического зоопарка. Он лучше всех разбирается в инопланетных животных. Поэтому папино мнение было для Алисы важным.

— Давай сначала решим, — сказал папа, — что такое привидение.

— Ну, это призрак…

— Видишь, ты даже и не задумывалась. Сколько раз произносила это слово, а не думала, что же оно значит.

— А что оно значит?

— Некоторые люди верят, что если человек был очень плохой или умер какой-нибудь страшной смертью, то его душа не может отправиться в рай, на тот свет, а остаётся на Земле, бродит вокруг, мучается, мучает окружающих и ждёт, когда же наконец с него снимут проклятие и душа сможет успокоиться.

— А такие привидения могут стрелять электричеством?

— Как так?

— Если ты близко подойдёшь, оно ударит током?

— Алисочка, ты путаешь материальные и мистические явления. Удар электричеством — реальная вещь. Электричеством может ударить рыба-скат или электрический угорь. Но привидение… оно существует как бы в другом мире. Оно с нами не соприкасается.

— А почему люди боятся привидений?

— Люди боятся всего, что им непонятно. Но, насколько я знаю, даже в сказках и легендах привидения людей не трогают. Им достаточно показаться, пролететь, и человек умирает со страху.

И папа засмеялся. Он, ясно же, не верил в привидения.

— Скажи, папа, — спросила тогда Алиса, — а существует параллельный мир?

— Теоретически это, конечно, возможно, — ответил папа. — Но на самом деле никто этого не знает. Хотя такая теория есть.

— И в том мире есть я?

— Алиса, ну как я могу ответить на такой вопрос? Может быть, это тоже сказка.

— Ну как же так, папа, ты же учёный и директор зоопарка, ты ловил животных на ста планетах. Почему ты ничего не знаешь о привидениях и параллельных мирах?

— Я знаю о том, что видел, но не могу ничего сказать о том, что никто, никто не видел.

— А если я скажу тебе, папа, что я видела привидение?

— Где?

— На Гоголевском бульваре. И оно стреляло током!

— Значит, это было не привидение.

— А что же?

— Неизвестный мне вид животного.

— А такой вид животного может водиться в параллельном мире?

— Дочка, мы с тобой так никогда не договоримся. Ведь даже если есть параллельный мир, мы о нём ничего не знаем. Как же я могу ответить на твой вопрос?

Так разговор зашёл в тупик. И папа Алисе не смог помочь.

Спала Алиса плохо. Сначала долго не могла заснуть, смотрела, как движется луна за окном, как в соседней комнате поскрипывает длинными ногами марсианский богомол, как льётся на кухне вода — видно, старый домашний робот Поля моет старинные монеты, которыми он всё ещё увлекается. Когда по лицу луны проплывало облако, Алисе казалось, что оно похоже на привидение, желающее заглянуть в комнату.

Когда Алиса заснула, ей начал сниться длинный сумасшедший сон, в котором она попала в страну, где вместо людей живут привидения, по улицам ходят привидения, даже в магазине в очереди стоят привидения. Алиса очень боялась призраков и шла, прижимаясь к стенам домов. Ей почему-то надо было попасть на вокзал, откуда уходил последний поезд в страну нормальных людей. И когда до вокзала оставалось уже совсем немного и виден был дым паровозов, поднимающийся над крышами домов, привидения заметили Алису. По улице полетели зелёные искры — привидения бежали за ней, раскачиваясь на бегу, как гусеницы, вставшие на задние ножки. Алиса нырнула куда-то в подворотню, но навстречу ей выскочил волк, который молча скалился, приказывая ей остановиться…

Алиса вскочила… Небо за окном заволокло тучами, а в доме стояла мёртвая тишина.

Алиса легла вновь.

Ну почему ей так страшно? Она же дома, ей ничего не грозит. Стоит ей позвать, как сразу примчится робот, которому никакое привидение не страшно.

Так, уговаривая себя, Алиса снова заснула.

Проснулась она поздно, разбитая, словно и не спала вовсе.

Она опоздала в школу, чего с ней не случалось уже два года. И почему же никто её не разбудил? Мама-то хоть могла это сделать! Она уходила из дому последней и даже оставила записку — что есть на завтрак, словно маленькая девочка Алиса сама не разберётся в этой проблеме.

Шлёпая босиком по полу, Алиса вышла на кухню. Робот Поля сидел у телевизора, не в силах оторваться от мультсериала.

— Что случилось? Почему обо мне забыли? — сердито спросила Алиса.

— Ах, не мешай, — ответил робот, не поворачивая пластиковой головы. — Кофейник на плите, каша в продуктопроводе. Видишь, что человек занят!

«Обидно, когда ты никому не нужна», — подумала Алиса.

Она села завтракать. Даже новости не посмотришь — робот со своими мультяшками к экрану не подпустит.

Тут Алиса подумала о том, что профессор Гоц, может быть, уже вернулся домой из мира привидений.

Она позвонила Пашке.

К видеофону подошла его мама — человек добрый и нерешительный. Пашке с мамой повезло — её легко обвести вокруг пальца. Уже с первого класса школы она поверила в то, что её сынок Пашка — самый талантливый и сообразительный мальчик в Москве. И Пашка этим отлично пользовался.

— Доброе утро, Алисочка, — сказала Пашкина мама. — А Паша уже ушёл.

— В школу?

— А разве он тебе не сказал, что начинается конференция по биологии инопланетных беспозвоночных? Пашеньку специально пригласили, потому что ещё прошлым летом он отыскал на Паталипутре неизвестный вид говорящего червяка! У Паши доклад. Он вернётся через два дня. Его даже из школы отпустили!

— Спасибо, Мария Степановна, — сказала Алиса. Не спорить же ей с чужими родителями! Она не доносчица. Но никаких сомнений в том, что Пашка снова обманул свою маму, не оставалось. Никакой конференции не было, а говорящего червячка на Паталипутре нашёл в прошлом году их общий друг Аркаша Сапожков. Червяк укусил Аркашу за палец, все боялись, что укус ядовитый, и сразу повезли Аркашу в Институт сывороток и противоядий. Но по дороге выяснилось, что Аркашин палец начал говорить. И нёс такую же чепуху, как червяк. Только через две недели заражение прошло, и палец наконец замолчал. А Пашки там и близко не было.

— Так, — подумала Алиса вслух, попрощавшись с Марией Степановной. — Куда же помчался наш общий друг?

Робот, который, оказывается, слышал весь разговор, хоть и не переставал смотреть мультик, неожиданно ответил:

— Твой общий друг помчался искать приключения.

Алиса встревожилась. Ей всегда было неспокойно, когда Пашка бросался на поиски приключений. Чаще всего это кончалось тем, что Алисе или кому-нибудь ещё приходилось вытаскивать Пашку из зубов очередного дракона.

— Я поехала на биостанцию, — сказала Алиса роботу. — Если будут звонить, вернусь вечером.

— А в школу не будешь заходить? — спросил робот.

— Ты же меня не разбудил! — ответила Алиса.

— Я думал, что ты достаточно взрослая, чтобы самой просыпаться вовремя.

— Ты просто забыл обо всём, потому что смотрел свои мультики, — возразила Алиса.

Робот ничего не ответил. Роботы никогда не отвечают, если виноваты. Врать они не умеют, а ошибок признавать не желают. Что остаётся бедному роботу? Он молчит, как партизан на допросе.

Так Алиса стала прогульщицей и побежала на биостанцию.

Утро выдалось солнечное, но морозное. Небо было глубоким, чистым, голубым, а флаеры и другие летательные аппараты казались мухами и стрекозами — высоко в небе они поблёскивали под лучами солнца.

Ворота биостанции были широко распахнуты, сквозь стеклянные стены оранжереи были видны фигуры ботаников, приблудный волк Гаврюха встретил Алису у ворот и совсем по-собачьи замахал хвостом. Он побежал к лаборатории, будто хотел показать что-то интересное.

Лаборатория была пуста.

Закрытый сундук стоял посреди комнаты.

У Алисы от сердца отлегло. Честно говоря, она очень боялась, как бы Пашка не кинулся в параллельный мир искать своего профессора.

Но волк крутился возле Алисы, подвывал, словно хотел что-то рассказать. Потом постарался лапой открыть крышку сундука.

— Не надо, — попросила его Алиса. — Мало ли что может случиться, а вдруг новое привидение приползёт?

Волк не успокаивался.

— Я же не виновата, — сказала Алиса, — что у тебя рот так устроен, что ты говорить не можешь.

Волк бросился в угол лаборатории и принёс в зубах непонятно как попавший туда кубик от детской игры. На кубике была нарисована часть медвежьей морды, на другой грани — синее небо, на третьей — речка.

— Понимаю, — сказала Алиса. — Из таких кубиков можно составить картинку. Ты хочешь составить картинку?

Волк отрицательно помотал головой. Он прижал кубик лапой, потом перевернул его.

Он хотел рассказать о чём-то, связанном с кубиком, но Алиса никак не могла его понять.

Волк сердился и даже подвывал.

Вдруг он сообразил: он кинулся прочь из комнаты. Выйдя в коридор, он громко завыл, призывая Алису.

Потом он встал на задние лапы, упёршись передними в дверь, к которой была прикреплена табличка «Лаборатория». Левой лапой волк продолжал упираться в дверь, а правой начал постукивать по буквам таблички.

— Ты хочешь что-то сказать про лабораторию? — спросила Алиса.

Нет, всем своим видом показал волк.

Он постучал когтями большой лапы по другой букве в слове «лаборатория».

И тут Алиса поняла! Что получится, если сложить детский кубик и буквы на табличке?

Алиса перевела взгляд с таблички на кубик, валявшийся на полу. Волк от радости отпрыгнул от двери и — Алисе такого ещё видеть не приходилось — перевернулся через голову.

Алиса не тратила даром ни минуты. Поднимая клубы свежего снега, она промчалась по бульвару, выскочила на площадь, вскочила в автобус мгновенной езды, пробежала внутри его, вышла на Лубянке и кинулась в детский магазин.

Конечно же в отделе для дошкольников кубиков с буквами для обучения малолеток не оказалось. Робот-продавец, подкативший к Алисе на резиновых колёсиках, даже не сразу её понял.

— Зачем же ребёнку, — спросил он голосом учительницы, который в него вложили, когда собирали на фабрике, — учить грамоту таким старинным и нелепым способом? Я могу предложить вам на выбор восемь дошкольных компьютеров, каждый из которых гарантирует вашему ребёнку абсолютную грамотность через шесть часов занятий.

— А мне нужны кубики, — вежливо сказала Алиса.

— Значит, ваш ребёнок… немного умственно… — Роботу-продавцу было невозможно выговорить последнее слово, чтобы не обидеть покупательницу.

— Да, с вашей точки зрения, мой ребёнок умственно отсталый, — помогла роботу Алиса. — Но, с моей точки зрения, это самый умный из всех знакомых мне волков.

— Как вы сказали? — спросил продавец. — Вы, наверное, ошиблись. Вы позволите отвести вас к доктору? У нас в магазине есть отличный педиатр и ещё более отличный психиатр. Пошли, моя дорогая, пошли, ты отдохнёшь на зелёных лужайках солярия!

Тут Алиса окончательно взбунтовалась, потребовала встречи с заведующей магазином, которая была живой женщиной, и та, выслушав Алису, не стала задавать лишних вопросов, а взяла принесённый Алисой кубик за образец и подошла к замечательной машине, которая носила странное название «Папа, почини!».

Хоть в будущем наверняка люди смогут делать больше интересных игрушек, чем теперь, у каждого ребёнка есть Самая Любимая Игрушка. Или подаренная бабушкой Самая Ценная Игрушка. Вот такие игрушки ломаются чаще всего.

Машина «Папа, почини!» состоит из блока памяти, куда заложены изображения и размеры всех игрушек, которые когда-либо существовали на Земле и даже на других планетах. Вторая часть машины — портативная реставрационная мастерская, или дубликатор. Если ты введёшь в машину сломанную игрушку, то за три минуты машина заменит в ней сломанную часть, и игрушка станет как новая. А если ребёнок потерял игрушку, то машина по вашему описанию найдёт в памяти нужную игрушку и сделает её копию за десять минут. Вы не представляете, сколько родителей обрадовались, а сколько детей перестали плакать, когда погибшая игрушка возвращалась домой абсолютно целой!

Алиса отдала заведующей кубик, та приказала машине сделать сто кубиков, и чтобы на всех сторонах каждого были бы написаны крупные буквы. И ещё Алиса попросила заведующую найти для кубиков удобный мешок со шнурком, чтобы волк мог носить его на шее.

Заведующая не упала в обморок и даже не очень удивилась. А когда передавала Алисе её заказ, сказала:

— Передавайте привет вашим зверям в цирке.

— Обязательно передам, — сказала Алиса. — Большое спасибо от меня и от волка.

С мешком кубиков Алиса побежала обратно. Прошло уже больше, чем полчаса. Алиса боялась опоздать. Ведь бывает же так, что новость остаётся важной новостью только до тех пор, пока не случится что-нибудь более важное. Ведь волк хотел сказать что-то срочно.

Волк тоже волновался. Он вышел встречать Алису на аллею бульвара. Хоть ему строго-настрого было запрещено это делать. Ведь он мог напугать детей, которые не знают, что он добрый, трудящийся и почти домашний.

— Домой, домой! — приказала Алиса. — Сейчас я тебе всё покажу.

В лаборатории Алиса развязала мешок и высыпала кубики на пол.

Гаврюха совершил странный для волка поступок. Он подошёл к Алисе и, подняв морду, лизнул её в щёку.

Затем отошёл к кубикам и стал учиться складывать из них слова.

Значит, Алиса догадалась правильно.

Тем временем Алиса занялась изучением сундука. При свете дня было видно, насколько он старый. Дерево было много раз крашено, чтобы не сгнило, и всё равно в разных местах от сундука отлетели щепки.

Бронзовые нашлёпки на углах и полосы, которые шли поперёк крышки и по стенкам, были тронуты зеленью.

Внутри сундук был некрашеным. Алиса заметила, что к крышке с внутренней стороны был приклеен кожаный ремешок. За него, как догадалась Алиса, можно потянуть крышку на себя, чтобы она закрылась.

Алиса услышала, как тявкнул волк, и закрыла сундук. Волк стоял, широко расставив лапы. Перед ним лежала змейка из кубиков — неровно, с трудом волк собрал из кубиков надпись:

ПАША УШЁЛ СУНДУК

— Ты хочешь сказать, что Пашка Гераскин сегодня здесь был?

Волк кивнул.

— И забрался в сундук?

Волк снова кивнул.

— Он пошёл искать профессора Гоца?

Волк кивнул.

— Но ведь это очень опасно!

Волк поднял кверху морду и тихонько завыл. Выл он так печально, что Алиса без труда поняла, что Пашку в параллельном мире ожидают страшные опасности.

— А ты откуда знаешь? — спросила Алиса у приблудного волка.

На это волк ответить не смог.

«Так, — подумала Алиса, — положение тревожное, но пока ещё не очень страшное. Пашка в своей не очень длинной жизни столько раз кидался в авантюры, что другому хватило бы приключений на сто лет. И чаще всего обходилось. А если не обходилось, то на помощь приходили друзья или знакомые. Разумеется, это не значит, что Пашку можно бросить на произвол судьбы».

— Что будем делать? — спросила Алиса у волка.

Волк махал хвостом, весело глядя на неё. Ответа Алиса не дождалась.

— Пожалуй, я расскажу об этом сундуке комиссару Милодару, — сказала Алиса. Хотя она не была уверена, что это правильный выход.

Комиссар Милодар был Алисиным знакомым. Он служил комиссаром в ИнтерГполе, что означает ИнтерГалактическая полиция. Наверное, комиссар знает, как искать мальчиков в параллельном мире… Но представляете, какой поднимется шум вокруг этого сундука! Комиссар пришлёт агентов, вызовет экспертов, сундук разберут и соберут снова, группа захвата кинется выручать Пашку… В результате всё может кончиться очень плохо. Хотя бы потому, что комиссар Милодар никогда не видел привидения и не знает, как с ними обращаться. Комиссар Милодар убеждён, что он может победить любого противника. А ведь не всегда нужно противников побеждать. Иногда их лучше понять.

Алиса села на стул возле сундука и задумалась. Волк стоял рядом.

Погода была великолепная, светило солнце, ботаники рядом с оранжереей играли в снежки. Никаких злобных привидений и неприятных чудес на свете нет и быть не могло… Алиса, иди в школу, ты ещё успеешь на последний урок! Это космическая экология. Обидно прогулять… А с другой стороны, Пашке всегда нужен трезвый друг, который его остановит и уговорит не делать глупостей…

Если бы Алиса была помоложе, ну, допустим, училась в первом классе, она бы кинулась вдогонку за Пашкой не задумываясь. А сейчас она понимала, что параллельный мир может оказаться очень опасным и, конечно, лучше позвать взрослых, чтобы они решали, что делать…

— Ох, — сказала Алиса. — Голова раскалывается. Не знаю, что и придумать.

И тут она услышала, что в сундуке что-то щёлкнуло. Как будто открылся замок. Затем она услышала тихое шуршание… И всё.

— Что? — спросила Алиса, вскочив со стула. — Неужели снова привидение?

Гаврюха отрицательно покачал головой. Он решительно подошёл к сундуку и, поддёв носом крышку, постарался поднять её. Ему это не удалось, но Алиса поняла, что в сундуке нет ничего опасного. Иначе бы волк почуял.

Она открыла крышку. Сундук был пуст. Только из камня-кольца торчал уголок белого листа.

Алиса потянула его. Оказалось, что она держит в руке записку.

В записке крупно, размашистым Пашкиным почерком было написано: «Алиска! Жду тебя завтра днём в замке Кросскан. Обязательно захвати для профессора электронный микроскоп и хирургические инструменты, а для меня купи тёплые сапоги и комбинезон с обогревом, только чтобы моя мама не знала. Здесь холодно. Одевайся потеплее. Если попадётся, захвати пистолет. Твой друг Павел».

— Пашка! — закричала Алиса, склонившись над сундуком. — Ты меня слышишь? Возвращайся, там опасно!

Конечно же из сундука ей никто не ответил.

Держа в руках записку, Алиса принялась рассуждать:

— Если Пашка написал записку и сунул её в наш мир, значит, он там близко? Может быть, мне прыгнуть туда и найти его, пока он не отошёл далеко и не забрался в этот замок Кросскан?

Она не замечала, что говорит вслух.

Но сообразила об этом, когда услышала голос волка.

Волк разбирал кубики. Это было трудно — отыскать букву, повернуть кубик нужной стороной кверху и поставить его в строчку.

— Эх, надо мне изобрести для тебя другую систему — как рояль, — сказала Алиса. — Ты бы нажимал на клавиши, а на бумаге выскакивала бы буква.

Тут Алиса вспомнила, что именно такими были самые древние пишущие машинки.

— Впрочем, нам некогда. Я слушаю тебя, Гаврюха.

Гаврюха оказался даже сообразительнее, чем Алиса подозревала. Он оставил от первой надписи слово «ПАША» и уже к этому слову приставлял другие. Сначала слово «ДАЛЕКО». Получилось «ПАША ДАЛЕКО».

— А кто же записку мне передал?

«ДРУГОЙ», — сложил кубики волк.

— Ничего не понимаю, — сказала Алиса. Потом подумала и спросила: — А ты откуда об этом знаешь, волчище? Может, ты там уже бывал?

Волк неожиданно кивнул.

— В самом деле? Так чего же ты раньше молчал?

Волк посмотрел в сторону, и Алиса поняла этот жест: «А меня никто не спрашивал».

— Я пойду туда! — сказала Алиса.

Волк отрицательно покачал головой.

— Ты что думаешь, я Пашку оставлю в беде?

Волк снова отрицательно покачал головой.

— Ну хоть это ты понимаешь.

Алиса снова взяла записку:

— «Завтра днём в замке Кросскан…» Интересно, а далеко ли до этого замка?

Сказав так, она поглядела на волка.

Волк занялся складыванием кубиков.

Алиса стала думать, что ей взять из дому, а что придётся купить. Она уже поняла, что откликнется на призыв Пашки. Тем более что Пашка и не сомневался, что Алиса к нему примчится. Если Алиса Пашку знает как облупленного, то и Пашка Алису тоже отлично изучил.

«НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ», — гласила надпись.

— Значит, я могу отправиться в путь завтра утром? — спросила Алиса у волка. Она уже перестала удивляться.

Волк отрицательно покачал головой.

— Когда же?

Волк снова принялся составлять кубики. Алиса закрыла сундук и нетерпеливо ждала, когда же он кончит копаться! Но надпись была длинной и трудной для волка:

СКОРЕЕ МЕНЬШЕ ОПАСНОСТЬ

Алиса решила, что будет слушаться волка. Он производит впечатление серьёзного и умного животного.

— Жаль, — сказала она, — что волчья пасть не приспособлена для того, чтобы произносить слова. А то бы мы с тобой поговорили обо всём.

Волк склонил голову. И Алисе показалось, что с печалью.

— Я побежала домой, собираться в поход. Я возьму всё, что велел Пашка, и оденусь потеплее. Лучше не спорить с опытными путешественниками. Скажи, может, мне надо захватить что-нибудь ещё, может, Пашка забыл о чём-то?

Волк прошёлся раза два по комнате. Потом, уже быстрее, чем раньше, составил из кубиков:

ПИЛАТ

— Хорошо, — сказала Алиса, прочтя указания волка. — «Пилат» — вещь полезная. Вроде он есть у Аркаши. Ладно, я что-нибудь придумаю. А ты, Гаврюха, сиди, никого к сундуку не допускай, я вернусь через час.

Волк проводил Алису, и она захлопнула дверь за собой. Так лучше. А то какой-нибудь юный ботаник забредёт в лабораторию и увидит лишнее.

За несколько минут Алиса добралась до дому.

Глава четвёртая
ПУТЕШЕСТВИЕ В СУНДУКЕ

Сборы в путешествие заняли немного времени.

Алиса ворвалась домой, удивив домашнего робота Полю, который снял голову и чистил её, потому что был большим модником и чистюлей.

Когда голова увидела Алису, она смутилась, глаза закрылись, а нарисованные когда-то Алисой красные губы задрожали.

— Ну как так можно! — сказал робот.

Его руки поставили голову на место. В ней загорелись зелёные глаза. Робот укоризненно произнёс:

— Но ведь ты никогда не приходишь домой в это время!

— Поля, мне некогда с тобой разговаривать. Прошу, срочно приготовь мне завтрак в дорогу.

— Какой?

— Плитку шоколада, нет, три плитки шоколада, бутерброды с колбасой и сыром, пачку печенья… банку сгущённого молока.

— Ты куда? — удивился робот. — На Северный полюс?

— На Северном полюсе, к твоему сведению, есть буфет для изголодавшихся путешественников, — ответила Алиса. — Я буду значительно ближе. Но в лесу.

— Зимой? Но ты замёрзнешь.

— Достань мой комбинезон с подогревом и вязаную шапку.

— Я сейчас позвоню твоей маме.

— И не думай доносить. Я тебя уволю. На пенсию.

— Ты не посмеешь этого сделать! Мне ещё рано на пенсию! Можешь проверить на фабрике! У меня срок годности не прошёл!

— Не кричи, Поля, — остановила робота Алиса. — Лучше слушайся старших.

— Я старший!

— Тогда я обойдусь без тебя, — сказала Алиса.

Робот смертельно обиделся и уехал на кухню. Алиса сама быстро собралась, оделась, потом, уже уходя, позвонила Аркаше Сапожкову.

— Добрый день, — сказала она. — Я боялась, что ты ещё из школы не пришёл.

— А что с тобой случилось? — удивился Аркаша. — Я думал, что ты заболела. А тебя нет дома. И Пашки нет дома. Я уж подумал, не бросились ли вы в новое приключение?

— Аркаша, я тебе потом всё объясню, — сказала Алиса. — Но сейчас мне нужны золотые монеты. Ты ведь раньше собирал…

— Я почти всё двоюродному брату подарил, — сказал Аркаша. — Но погоди, я погляжу.

Через минуту Аркаша снова подошёл к видеофону.

— Осталось штук двадцать. Но они не представляют коллекционного интереса.

— Мне не важно, представляют или не представляют, — ответила Алиса. — Выйди из подъезда, я буду мимо пробегать и захвачу.

Тут же Алиса вызвала номер Маши и Наташи Белых.

Подошла одна из близняшек.

— Маша, — сказала Алиса, — у меня к тебе дело.

— Я Наташа, — ответила девочка на экране видеофона.

— Ну хоть носите разные платья! — воскликнула Алиса. — Сколько можно вас путать!

— Мы всегда носим разные платья, — сказала Наташа. — Сегодня я надела розовое, а Маша синее.

— Но я же не знаю, кто из вас какое надел! — ответила Алиса.

— Можно было спросить, — сказала Наташа Белая.

Близняшки Белые учились на класс старше Алисы, но они все вместе занимались на биостанции. Близняшки — замечательные люди, только иногда они бывают слишком серьёзными. Неудивительно, что Маша с Наташей решили стать учительницами.

— Слушай, — сказала Алиса, — у вас есть «Пилат»? А то я свой кому-то отдала, а кому — не помню.

— У нас есть два «Пилата», — ответила Наташа.

— Мне нужен один. На два дня.

— А как же мы в воскресенье полетим на соревнования по прыжкам с трамплина?

— Возьмёте лыжи, — строго сказала Алиса.

За экраном началось шушуканье. Потом появилась Наташа, но уже в синем платье. То есть не Наташа, а Маша.

— Только на два дня, не больше.

— Тогда спустись к подъезду, — велела Алиса. — Через десять минут я буду пробегать мимо и заберу ранец.

Теперь оставался только один звонок.

— Джавад? — спросила Алиса. — Скажи, пожалуйста, у тебя с Пашкой одинаковый размер одежды и обуви?

— А в чём проблема? — удивился Джавад Рахимов.

— Пашке срочно понадобились тёплые сапоги и комбинезон с подогревом. А ехать к нему домой я не могу. Ты меня понимаешь?

— Опять Пашка в какую-нибудь авантюру ввязался?

— Мы с ним собрались в небольшое путешествие… в Антарктиду. На выходные дни. К понедельнику вернёмся.

— Путешествуйте, — снисходительно разрешил Джавад, — только учтите, что в понедельник контрольная по химии и Мария Гавриловна вами недовольна. Запомнила?

— Запомнила.

— И доведи эту мою мысль до сведения Павла Гераскина, — сказал Джавад.

У Джавада Рахимова есть один недостаток. Он сам отличник и хочет, чтобы все вокруг стали отличниками. Но искатель приключений вроде Пашки Гераскина не может стать отличником, потому что ему некогда быть отличником. А вот Джавад этого не понимает.

— Хорошо, — ответила Алиса. — Я всё расскажу Пашке. А ты через двенадцать минут спустись к подъезду и вынеси сапоги и комбинезон.

— Слушаюсь, — сказал Джавад.

После этого Алиса написала маме записку: «На два дня до понедельника уезжаем на экскурсию. Я тепло оделась и не простужусь. Обнимаю, Алиса».

После этого Алиса щёлкнула робота Полю по затылку, чего он не выносил, поцеловала в пластмассовую щёку, что он обожал, и выскочила из дому.

Сначала она забежала к Аркашке Сапожкову, который отдал ей кошелёк с золотыми монетами. Она не знала, пригодятся ли монеты, но в путешествии по незнакомой стране лучше не рисковать.

От Аркаши Алиса побежала к дому, где жили сёстры Белые.

Наташа или Маша вынесла ей сумку с «Пилатом».

Слово «Пилат» расшифровывается очень просто: «Портативный индивидуальный летающий аппарат». Дети называют его семимильными сапогами, а взрослые — гравиподошвами. И все правы.

От Белых Алиса поспешила к Джаваду. Он уже ждал её с аккуратно запакованным рюкзаком, в котором, как можно было понять, умещались тёплые сапоги и комбинезон с подогревом для Пашки.

Прежде чем отдать рюкзак, Джавад всё-таки не выдержал и спросил:

— А что ты должна сказать Пашке?

— Я? — Алиса так спешила, что забыла о просьбе Джавада.

— Так я и знал, — сказал Джавад. — Ты не помнишь о контрольной!

— Я? Не помню? Да ты меня ночью разбуди, и я тебе сразу скажу: в понедельник у нас в классе контрольная по химии и Мария Гавриловна недовольна Пашкой Гераскиным и Алисой Селезнёвой… А почему она недовольна?

— А об этом спросите у неё, — сказал Джавад и исчез в подъезде.

Теперь оставалось лишь забрать на биостанции портативный электронный микроскоп и хирургические инструменты для профессора Гоца.

Алиса бежала к станции, снег скрипел под ногами, и она думала, что, наверное, профессор Иона Гоц в душе такой же легкомысленный мальчишка, как Пашка Гераскин. Это надо же — кинуться в параллельный мир изучать привидения и не взять с собой никаких приборов! Даже сачка!

Интересно, а привидения как ловят? Сачками?

Эта мысль так заинтересовала Алису, что, когда она открыла дверь в лабораторию и волк Гаврюха подошёл поздороваться, она спросила его:

— А как ловят привидения?

Волк ничего не ответил.

Алиса принялась собираться. Ей надо было уместить всё в свой рюкзак. И ещё переодеться.

Пока она втискивала в рюкзак вещи, волк занимался кубиками. Когда же Алиса застегнула рюкзак, то увидела, что волк сложил новую фразу:

ПРИВИДЕНИЯ НЕ ЛОВЯТ

— Спасибо за информацию, — сказала Алиса и продолжала собираться, а волк начал складывать из кубиков ещё одну надпись. Надпись была длинной. Вот что он написал:

Я ИДУ ПЕРВЫЙ ТЫ СЧИТАЕШЬ ДО СТА ИДЁШЬ ТОЖЕ

— А тебе что там делать? — удивилась Алиса. — Нет, ты только подумай: что они решат? Приходит к ним человек без приглашения, и ещё с волком. Нет.

Волк указал лапой на кубики. И сделал это так уверенно, что Алиса подумала: «А почему я должна отказываться? Волк по-дружески предлагает свою помощь. Судя по всему, он о том мире кое-что знает, по крайней мере больше меня. Если там гуляют привидения, может быть, лучше идти туда со своим волком?»

— Ну ладно, — сказала Алиса. — Мы с тобой туда на минутку. Отдадим Пашке вещи и обратно, хорошо?

Пока Алиса говорила, улыбка на морде волка расплывалась всё шире.

Алиса тоже не удержалась и засмеялась:

— Конечно, ты думаешь, что я совсем глупая! Или притворщица! Будто люди ходят в параллельный мир к привидениям для того, чтобы отдать товарищу тёплые вещи. Конечно же на самом деле я хочу Пашке помочь! И скорее всего, ему нужна моя помощь. Вся его записка мне подозрительна. Почему человек сам не вернулся домой и не взял тёплые сапоги? Зачем посылать записку, если несложно вернуться самому? Нет, я думаю, что тут дело нечисто! Поэтому и спешу… Ты меня понимаешь, волчик?

И волк, не переставая улыбаться, кивнул.

— Тогда не будем терять время, — сказала Алиса. — Иди первый, посмотри, как там вокруг, безопасно ли. А я считаю до ста… ну чего ты медлишь?

Алиса оглянулась.

— Свет не погасили? Нет? Ну что же ты медлишь?

Волк двинул лапой кубики и потом дотронулся когтями до мешка, в котором Алиса принесла кубики.

— Ах какая я глупая! — воскликнула Алиса. — Сама же попросила мешок с лямками, чтобы ты всегда носил с собой свою «тетрадку»! И забыла.

Алиса быстро собрала кубики в мешок, затянула его покрепче и надела волку на шею. Теперь кубики всегда с ним. И он, по крайней мере самыми простыми словами, может разговаривать с людьми.

— Теперь иди, — сказала Алиса. — А я пока запру дверь и погашу свет. Мне не хочется, чтобы какой-нибудь случайный человек увидел наш сундук. А то выпустит наружу привидение, как наш Павел.

Она открыла сундук, волк прыгнул в него и прижался ко дну.

И начал быстро-быстро втягиваться внутрь, словно был жидким.

Алиса погасила свет. Потом она сосчитала до ста, как просил волк. Досчитав, сунула руку в сундук. Сундук изнутри был тёплым и совершенно пустым. Алиса ощупью залезла внутрь и потянула за ремешок, чтобы сундук закрылся. Затем как можно теснее прижалась к каменному колечку, и тут её потянуло, завертело, понесло…

Глава пятая
ВСТРЕЧА С ДРАКОНОМ

Алиса очнулась в сундуке.

Она поняла, что сидит, скорчившись в сундуке, иначе бы очень испугалась — каково очнуться в полной темноте, когда со всех сторон к тебе прижимаются деревянные стенки?

Алиса нажала изнутри на крышку сундука. Крышка послушно откинулась. Правда, стало ненамного светлее.

Алиса распрямила спину и, не вылезая из сундука, огляделась.

Она находилась в обширном подвале со сводчатым потолком. На толстом каменном столбе, который поддерживал потолок, горел вставленный в железное гнездо факел. Свет его дрожал, тени метались по подвалу, было дымно и пахло гарью.

В подвале было немало сундуков, ящиков и прочих брошенных предметов. У стен стояли рыцарские доспехи, большей частью ржавые и неполные, без шлемов, рук, груди, — это было похоже на завод по ремонту роботов.

Волка Гаврюхи не было видно.

Алиса позвала его:

— Волчище, ты где?

Никто не откликнулся. Только с потолка сорвалась испуганная голосом Алисы большая летучая мышь, попыталась вылететь из подвала, ударилась о сводчатый потолок и исчезла где-то в тёмной глубине.

Алиса вылезла из сундука. Это был тот же самый сундук или очень похожий на него — не отличишь. Хотя чему удивляться — ведь это параллельный мир, здесь многое должно быть похоже на Землю.

Волк Гаврюха не появлялся.

Наверное, он сейчас высматривает, нет ли опасности. Надо будет его переименовать. Уж очень несерьёзно окликать такое умное и даже грамотное животное неуважительной кличкой.

В подвале было прохладно и сыро, как и положено быть в подвале, но кто-то ведь зажёг здесь факел. Вряд ли это сделал волк. Значит, здесь бывают люди. Надо быть осторожнее.

Подумав так, Алиса отступила к стене, в тень. И это её спасло.

Потому что в подвал вошла откуда-то, может даже пробралась сквозь стену, чёрная фигура. Совершенно чёрная, закутанная в чёрный плащ, в чёрной маске и чёрном высоком цилиндре. Из-под цилиндра светились безжизненные глаза, а в расстёгнутом вороте было видно, что тела у этого существа нет — а есть только светящиеся кости. Вот это уже что-то новенькое! Светящийся скелет в чёрной одежде!

Конечно, совсем не страшно читать о скелетах, когда ты сидишь дома, рядом горит лампа и, может, даже работает телевизор. А на всякий случай рядом сидит мама, чтобы можно было протянуть руку и дотронуться до неё.

А представьте себе положение Алисы. Она стоит в чужом подвале, а до мамы надо лететь и лететь. Пашка Гераскин если и ждёт тебя, то в каком-то неизвестном замке, даже волк Гаврюха куда-то задевался. Может быть, встретился с таким скелетом в костюме, в плаще и сгинул.

Алиса испугалась, что скелет начнёт её вынюхивать, но тот вдруг обернулся к двери и вытянулся так, что верхушкой цилиндра достал до потолка.

В подвал по каменной лестнице осторожно спускалась молодая женщина, одетая так, как одевались лет двести назад. На ней было платье до земли, поверх него меховая накидка и меховой же капор, завязанный шнурками под подбородком. Лицо женщины было невероятно бледным, даже голубоватым, но светлые волосы кудряшками выбивались из-под капора. Виной тому мог быть неверный и слабый свет факела.

— Что нового? — спросила молодая женщина у скелета.

— Кто-то ещё вылез, — ответил скелет страшным голосом, который называют гробовым. Казалось, словно в скелет была вставлена широкая труба. Когда он говорил, зубы лязгали и кости скрипели.

— Кто вылез? Кто вылез? — гневно закричала женщина. — Ты почему не смотрел?

Говорила она так сердито, что Алиса, которая собиралась выйти из своего укрытия и сказать молодой женщине, что она приехала на помощь Пашке Гераскину, затаилась как мышонок. Лучше этой женщине на глаза не попадаться.

— А он потому не смотрел, — раздался визгливый голос от входа, — что смотреть было приказано тебе!

И тут Алиса увидела ещё одного жителя параллельного мира.

Это был очень высокий и настолько худой человек, что, если бы не человеческое лицо, его тоже можно было бы принять за скелет.

Лицо его было неподвижно, словно маска, которая изображала белую ворону с розовым клювом.

Бывают же такие странные, нечеловеческие лица! Нос — слишком большой и слишком острый на конце, а глаза — круглые, чёрные, как пуговицы. Человек был коротко пострижен, светлые волосы стояли ёжиком, что ещё больше придавало ему сходства с птицей. Разговаривая, этот человек имел привычку всё время качать головой, как будто примериваясь, чтобы клюнуть. Казалось, что он вот-вот закаркает. А он вместо этого разговаривал пронзительным голосом.

— Ты мне не приказывай, — отозвалась бледная маленькая женщина в длинном платье. — Я тебе не слуга.

— Но я же просил тебя здесь подежурить, чтобы перехватить Алису!

— Я и дежурила! — ответила женщина. — Я с утра дежурила. Но кто мог догадаться, что вместо Алисы из сундука выскочит волк!

— Какой ещё волк?

— Самый настоящий громадный серый волк, который, может быть, специально выскочил, чтобы меня разорвать!

— Этого быть не может! Пашка Гераскин написал записку Алисе. Мы с тобой её привезли сюда. Мы устроили Алисе засаду, чтобы она от нас не ушла!

— Ещё бы! Она слишком много знает. Её ни в коем случае нельзя оставлять в живых.

— И что же? Ты убежала от первой собаки?!

— Погоди, граф, — сказала маленькая женщина. — Не сердись. Ты лучше подумай, почему так могло случиться? А вдруг Алиса превратилась в волка?

— Маркиза, не говори глупостей! — рассердился граф, похожий на белую ворону. — С чего это Алисе превращаться в волка? Она же ничего не подозревает. Она везёт своему Пашеньке тёплые вещи, а профессору микроскопчик! Она спешит к своим дружкам.

— Но почему волк кинулся на меня? Я еле успела ноги унести!

— Мало ли почему ты ему не понравилась! Волки вообще кидаются на людей.

— Ты разве забыл, что второй сундук стоит где-то в центре Москвы, где волки не водятся? Наши разведчики там были. И на одного из них тоже напал волк! В этом я вижу какую-то опасность.

— Всё это выдумки, выдумки, выдумки! — отрезал граф. — Не теряй времени даром. Скажи мне, Алиса прибыла или нет?

— Я не знаю, — вздохнула маркиза. — Я же убегала от волка.

— А ты, костяная голова! — крикнул граф стоявшему в стороне скелету в цилиндре. — Ты видел девочку?

— Я кого-то видел, — проскрипел скелет. — Но не знаю… я не знаю. Я их не различаю…

— А волк был?

— Волк был, — отозвался скелет.

— Тогда слушай мою команду! — закричал граф. — Объявляю всеобщий розыск девочки Алисы. Доставить её ко мне живой или мёртвой! А ну все вперёд!

Но Алиса поняла, что, кроме скелета, некому было выполнить приказание графа.

Скелет зашагал к выходу из подвала, а граф оглянулся и спросил маркизу: — А ты чего?

— А ты чего? — спросила в ответ маркиза.

— Я сейчас подниму в небо моих верных драконов, — сказал граф.

— Ты одного подними, а на втором нам с тобой в замок возвращаться пора, — сказала маркиза. — Я не хочу больше рисковать своей шкурой в этом городе, где все нас ненавидят и где всем заправляет наш злейший враг герцог Кросскан.

Граф с маркизой, которая еле-еле доставала ему до пояса, направились к двери. Алиса уже готова была вздохнуть с облегчением, раз её не поймали, но тут дверь в подвал распахнулась, и по лестнице сбежал старый господин с острой седой бородкой и длинными усами, которые торчали в разные стороны.

Господин был в железном шлеме и синем камзоле, расшитом серебряным узором. Штаны у него были сшиты как шары с прорезями, на ногах были рейтузы и высокие сапоги. За этим господином в подвал вбежали ещё три или четыре вооружённых кривыми саблями воина в серых камзолах, коротких штанах и шерстяных чулках. Башмаки у них были нечищеные.

— Так вот вы где, граф! — закричал господин с бородкой.

— Да самозванец он, а не граф, — сказал один из слуг господина, круглолицый молодой парень с прямыми жёлтыми волосами и множеством веснушек на лице. — Вы же знаете, ваше сиятельство. Скорее я граф, чем этот бандит.

— Ты не прав, Ганс, — ответил господин с бородкой, — если он не граф, как же я смогу вызвать его на дуэль? Герцог не может сражаться с простолюдином.

Алиса хотела было предупредить герцога, что граф-ворона и его белокурая маркиза, пользуясь спором герцога и Ганса, потихоньку передвигаются к лестнице, но Ганс сам это заметил и, подняв саблю, предупредил:

— А ну ни с места!

— Да кто вы такие?! — возмутился граф. — Почему вы врываетесь сюда без разрешения?

— Странно, — произнёс старик с бородкой, — в городе меня знают всё! Я же герцог Франсуа де ля Кросскан, владелец подло захваченного вами и вашими привидениями замка Кросскан. Я вызываю вас на бой, самозванец граф Дракула. Я убью вас, и тогда ваша власть над людьми сгинет, ваши привидения разбегутся, и мы будем счастливы.

— Вам с ним нельзя сражаться, герцог, — закричала маркиза, — он ненастоящий граф! Отпустите нас! Мы больше не будем.

— Нет! — прокаркал белый ворон Дракула. — Я не сдамся. Мало ли тут герцогов бегает! Пошли на улицу!

— Зачем на улицу? — спросил Ганс. — Можно и здесь сразиться. На улице недалеко и до привидений. Не поддавайтесь на его штучки, герцог.

— Я справлюсь, — ответил старый герцог. — Я готов сражаться с вами где угодно.

Он первым пошёл наверх, за ним слуги, а замыкали шествие граф Дракула и маркиза.

Алиса услышала, как граф прошептал маркизе:

— Быстро, чтобы через минуту он был здесь!

Маркиза поспешила вперёд.

Граф вышел следом.

Последней выбежала Алиса. Она осторожно выглянула из подвала.

Перед дверью начиналась зимняя, занесённая снегом пустошь. Вечерело, над головой неслись быстрые сизые облака. Растопырив ветки, стояли вдалеке голые деревья.

Подвал, оказывается, находился под большим полуразрушенным зданием с колоннами.

На дороге, проходившей рядом со зданием, стояла карета, запряжённая парой лошадей. В окошке кареты была видна женская голова — кто-то внимательно следил за ними.

Герцог Франсуа де ля Кросскан ждал своего противника, стоя на открытом месте. Его слуги остановились шагах в двадцати сзади.

Граф Дракула недалеко отошёл от двери в подвал.

Маркиза, подобрав юбки, бежала по снегу прочь. Вот она остановилась, сунула два пальца в ротик и громко свистнула.

— Ну, вы готовы, граф? — спросил герцог, поднимая саблю.

— Одну минутку, — сказал граф, — шнурок развязался.

Он присел на корточки, чтобы завязать шнурок. Алиса заметила, что сапоги у графа были без шнурков. Значит, он попросту тянет время. Но почему?

Наконец граф выпрямился и вытащил из ножен свою саблю. Сабля показалась Алисе ненастоящей — то ли она проржавела, то ли была покрашена серебряной краской, которая кое-где облезла.

Герцог тут же рванулся вперёд, и клинок сабли сверкнул, готовый разрубить противника.

— Ну что же вы? — воскликнул герцог.

Граф ничего не ответил. Он быстро отступал, вертя головой, чтобы не споткнуться.

Алиса с удовольствием заметила, что граф вот-вот упрётся спиной в стену дома. И ему некуда будет отступать.

Но все так увлечённо следили за боем, что не заметили, как из-за угла здания вылетел большой зелёный дракон, из ноздрей и открытой пасти которого вырывалось пламя.

Горячий ветер, пожирая снег, пронёсся над пустошью.

Герцог не удержался на ногах и покатился по снегу, за ним покатились и его слуги.

Алиса едва успела спрятаться за дверью в подвал.

Но она увидела, что к спине дракона прикреплены два седла. В первом сидела маркиза, второе предназначалось для графа Дракулы.

На несколько секунд дракон прижался к земле жёлтым животом, и Дракула легко вспрыгнул в седло. Он ткнул остриём сабли дракона в бок, и тот, разбежавшись, взлетел вверх.

На прощание дракон выпустил клубы густого дыма, и всё в нём исчезло.

Лишь через минуту дым рассеялся. Алиса увидела, как слуги помогают бородатому герцогу подняться на ноги.

Там, где садился дракон, появилось длинное чёрное пятно. Снег возле здания весь растаял.

Алиса вышла из дверей подвала и пошла к герцогу. По крайней мере, для неё вся эта история оказалась полезной: теперь она знает, кто здесь враги, а кто — друзья.

И герцог, по крайней мере, не враг.

— Здравствуйте, — сказала Алиса. — Вы меня не знаете, но, наверное, этот граф Дракула прилетал сюда, чтобы со мной расправиться.

— Этого ещё не хватало! — закричал герцог.

Он потерял свой гордый вид, потому что его правый ус сгорел. А человек с одним усом всегда выглядит несерьёзно.

— Я вам очень благодарна, что вы вступились за меня, — сказала Алиса.

— О да, конечно, — согласился герцог. — Разумеется… я очень рад. Но почему ты здесь оказалась, девочка?

— А вы почему здесь оказались? — вопросом на вопрос ответила Алиса.

— Нам сказали, что сюда летят граф Дракула и его сестрица, — сказал слуга Ганс.

— Маркиза — его сестрица?

— Враньё это всё, — сказал второй слуга. — Но они — одна банда, это точно.

— Я хотел с ним разделаться, — сказал герцог. — Но если при этом мы помогли тебе, значит, мы мчались сюда не зря.

— Хотя он опять от нас скрылся, — вздохнул Ганс. — Всегда он уклоняется от открытого боя.

— Так что же мы стоим? — воскликнул герцог Франсуа. Он старательно прикрывал правую сторону лица, чтобы Алиса не увидела, что он лишился своего уса. — Чего мы стоим? Поехали к нам.

Он протянул Алисе руку и повёл её к карете.

Слуги пошли сзади.

— Эх, не везёт, — сказал герцог по дороге к карете. — В первый раз удалось его поймать без стражи, так всё равно он нас перехитрил.

— Поехали, ваше сиятельство, поехали, — сказал Ганс. — А то они своё войско призовут — так мы до дома не доедем.

Герцог открыл дверь кареты.

Внутри сидела маленькая, сухонькая бабушка в очках.

— Опять не поймал? — строго спросила она.

— Не поймал, — признался герцог, — зато освободил в бою с драконом прекрасную даму. А такой подвиг обычно становится достоянием поэтов и композиторов-песенников.

— А ты уверен, что она — дама? — спросила бабушка, разглядывая Алису.

— Уверен, уверен, — ответил герцог.

— Тогда почему она ходит в брюках? — спросила бабушка.

— Потому что у вас холодно, — ответила Алиса.

— Это не аргумент, — возразила бабушка. — У нас всегда холодно, но я ещё ни разу не выходила в брюках, подобно басурманке. Может быть, вы сарацинка?

— Нет, я не сарацинка, — ответила Алиса. — Хотя когда-то была знакома с королём Саладином.

— Ах, это пустяки, — сказала бабушка. — Саладин дарил мне розы, когда ты ещё на горшок пешком ходила.

— Дамы, дамы, — урезонил бабушку герцог, — не надо ссориться. Для ссор в нашем семействе всегда отводится время между ужином и вечерним кефиром.

Герцог постучал ножнами шпаги по передней стенке кареты, и она тут же тронулась с места.

Карета покачивалась и даже подпрыгивала на неровной дороге.

Алиса уставилась в маленькое боковое окошко. Ей было интересно, какие города в параллельном мире.

Но что увидишь сумрачным вечером, если улицы кое-как освещены керосиновыми фонарями, а в домах свет не горит? Окна большей частью на втором или третьем этажах, которые нависают над узкой улочкой, почти смыкаясь, — захочешь, можешь перепрыгнуть к соседу.

Когда карета свернула на улицу пошире, у которой даже были тротуары, Алиса увидела первые магазины, ресторанчики и трактиры. Но на улицах почти не было прохожих. Редкие люди шли быстро, прижимаясь к стенам домов.

— А где у вас гуляют? — спросила герцога Алиса.

— Как так гуляют? — удивился герцог. — У нас не гуляют. У нас все прячутся по домам.

— Но почему?

— Вот сейчас приедем к нам в домик, и ты поймёшь, — сказал герцог.

Вдруг снаружи послышались шум и крики. Алиса увидела, как люди, что шли по тротуару, кинулись бежать. Некоторые старались спрятаться в лавках и трактирах, другие стучали в подъезды.

— Что случилось? — спросила Алиса.

Но никто ей не ответил. Карета ринулась вперёд, высоко подпрыгивая на камнях и кренясь, будто вот-вот опрокинется.

Герцог обнял свободной рукой Алису и прижал к себе.

— Не бойся, обойдётся, — сказал он.

Бабушка ухватилась за ручку дверцы и шевелила губами.

За окном полыхнуло пламя.

Небо над домами пылало оранжевым цветом.

Карета повернула направо, подальше от зарева.

Слышен был перестук лошадиных копыт да понукания кучера.

— Вроде бы успели, — с облегчением произнёс герцог.

Вокруг опять стало темно.

Но оказалось, что герцог ошибался.

Небо снова загорелось, и по нему побежали жёлтые полосы.

Карета понеслась ещё быстрее…

И тут случилось то, чего следовало ожидать.

Высоко подпрыгнув на повороте, карета ударилась об угол дома и опрокинулась. Кони потянули её, обрывая упряжь. Потом встали. Поняли, что никуда им не деться.

К счастью, карета внутри была обита бархатом и обложена атласными подушками. Так что её пассажиры даже не ушиблись.

— Ты цела, Алиса? — спросил герцог.

— Не знаю, — ответила Алиса.

— Над тобой дверца. Быстрее вылезай. Он может нас увидеть.

Алиса не стала спрашивать, кого имел в виду герцог. Она протиснулась в полуоткрытую дверь. Потом помогла выбраться бабушке, которая не пострадала, а герцог вылез из кареты с помощью слуг.

Кучер сильно ушибся, он лежал на мостовой и стонал.

Небо над головой было жёлтым и оранжевым. Сверху доносился рёв, подобно рёву идущего на посадку реактивного самолёта.

Герцог схватил Алису за руку и потянул к пышным кустам, черневшим у дороги.

Слуги и кучер возились у кареты, стараясь её поднять. Одна из лошадей билась на земле, вторая стояла, пытаясь освободиться от упряжи. Её бока часто раздувались.

— Да что вы там возитесь? — крикнул герцог.

Свет стал ещё ярче, словно рядом открыли дверцу большой печи.

Чёрная тень стремительно опускалась сверху.

И тогда Алиса сообразила, что на них напало огнедышащее чудовище! Это был дракон, похожий на того, который увёз графа Дракулу и маркизу. Но он был раз в пять больше и куда опаснее.

Пламя, которое бушевало внутри его, было подобно лаве вулкана. Его когтистые лапы были вытянуты к земле. Кучер и слуги с криками метнулись в разные стороны. Но дракон успел схватить по коню в каждую лапу и взмыл вверх, ударив хвостом по карете так, что она рассыпалась подобно карточному домику.

Алиса не могла оторвать глаз от чудовища.

Она увидела, как дракон, паря над ними, поднёс к раскалённому рту сначала одну лапу с конём, затем вторую.

— О мои кони! — зарыдал герцог. — Как я их любил!

Как Алиса понимала старого герцога! Люди часто больше любят животных, чем своих ближних. Ведь животные всегда верны тебе и никогда не подведут. Они не умеют предавать… Хотя есть исключение — кошки. Если кошке захочется, она всегда может покинуть тебя и уйти к тому, кто вкуснее кормит.

Это была странная и глупая мысль о кошках — было жарко, лучи оранжевого света пронизывали тьму. Герцог прижался к земле и тяжело надавил ладонью на затылок Алисе.

— Может, не заметит, — прошептал он, и его слова проникали в голову через вязаную шапочку. А Алиса почему-то думала, как бы ей эту шапочку не потерять, ведь её мама вязала.

— Какое счастье, что у них только один огнедышащий гигант, — сказала бабушка.

— Нам и одного хватит, — возразил герцог.

И тут, словно уловив мысли герцога, гигантский дракон направился к кустам. Он тяжело переваливался с ноги на ногу, его хвост с громким шорохом волочился по земле. Рот дракона был захлопнут, и лишь редкие искры вырывались с дымом из ноздрей. Видно, в носу у дракона температура была ниже, чем в пасти.

Дракон подошёл к кустам — люди успели отползти назад.

Дракон поднял лапу и ударил по кустам, выламывая их с корнем, срывая, осыпая с ветвей снег. Поднялся оглушительный треск. Запутавшись в густых кустах, дракон начал страшно реветь и испускать на кусты снопы пламени. Но кусты были сырые и никак не хотели загораться. От них поднимался пар.

Тут, перекрывая шум, треск и рёв дракона, с неба донёсся оглушительный свист.

Дракон перестал ломиться сквозь кусты, поднял украшенную зелёными пластинами морду к небу и засвистел в ответ, выпуская из ноздрей могучие струи белого пара, как старинный паровоз.

Он вырвался из кустарника и побежал по улице, всё шире раскрывая перепончатые крылья. Он задел крылом дерево — оно упало, он коснулся другим крылом угла крыши, и дом рассыпался… Но вот, набрав скорость, дракон взмыл в небо, подобрал толстые короткие ноги, сначала задние, потом передние, и скрылся в облаках.

— Ого-го, — произнёс герцог, — считай, что мы чудом остались в живых, Алиса.

— Спасибо вам, герцог, — сказала Алиса. — Вы меня спасли. Я и не догадывалась, какая меня подстерегает опасность.

— Принимаю твою благодарность, — сказал герцог. — Но, к сожалению, остаток пути нам придётся идти пешком — карета погибла, кони съедены, кучер убежал… ах, как я сообщу это его несчастной семье!

— У него большая семья?

— Большая, большая, — ответила за герцога бабушка.

Из кустов, подальше от кареты, выполз и, прихрамывая, подошёл к ним слуга Ганс.

— Я сейчас зажгу факел, — сказал он, — а то нам до дому не добраться, ваше сиятельство.

— Ах, как я тебе благодарен! — растрогался герцог. — Как нам повезло, что тебя дракон не съел! Мы бы заблудились в трёх шагах от дома. Я совершенно не приучен ходить пешком.

Он взял бабушку под руку и повёл вперёд.

Так вчетвером они пошли по окраинной улице между высокими зелёными изгородями и редкими домами.

— Как хорошо, — вздохнула Алиса, — что я и здесь встретила друзей.

Глава шестая
В ГОСТЯХ У ГЕРЦОГА

Небо совсем стемнело, над дорогой нёсся белый снег, а в воздухе всё ещё пахло гарью.

Герцог толкнул калитку, и они побрели между занесёнными снегом клумбами и грядками к небольшому дому с крутой красной черепичной крышей, железной дверью и маленькими окошками. Из высокой трубы струился дымок.

Когда несчастные путники подошли к крыльцу, зелёная дверь отворилась, и в ней показалась обширная белая борода лопатой.

Борода была такой, что её хозяин совершенно не был из-за неё виден. Только если приглядеться, то можно было увидеть над бородой яркие голубые глазки и лобик, прикрытый белыми кудрями, и торчащие из-под бороды в стороны ручки и красные сапожки.

— Неужели! — В бороде появился ротик, и из него выскочили слова. — Неужели я вижу моих родных и близких? Вы потерпели очередное поражение?

— Потерпели, потерпели! — сварливо откликнулась бабушка, которая с трудом ковыляла по снегу. — И нечего этому радоваться!

— Тем не менее! — закричал старик с бородищей. — Я вас предупреждал! Нельзя поднимать руку на грубую силу. Они всё равно победят. И разумный политик будет искать компромиссы, будет договариваться, а не вытаскивать шпагу при первой возможности. Против лома нет приёма, но руку, которая держит лом, можно отвести.

— Проходи, девочка, проходи, — сказал герцог, оттесняя в прихожую старика с бородищей и пропуская Алису внутрь дома.

В доме было тепло, пахло пирожками и ванилью, уютно тикали ходики.

— Ноги вытирай, — проворчала бабушка, — у нас слуг почти не осталось. Все, кто мог, эвакуировались.

Алиса вытирала ноги, а дед с бородищей напустился на герцога.

— Франсуа! — закричал он. — Что я вижу! Где твой правый ус? Разве ты не понимаешь, что герцогу Кросскану позорно ходить с одним усом? Как ты мог позволить его оторвать?

— Раздевайся, — приказала бабушка Алисе, — здесь тепло.

— Простите, — ответила Алиса, — но я не хотела задерживаться. Меня ждут.

— Где же, прости, ждут девочку на ночь глядя? — удивилась бабушка.

— Мой друг просил меня приехать в замок Кросскан.

— Именно в замок Кросскан? И именно сегодня? — спросила бабушка.

Она скинула шубу и оказалась в длинном скромном сером платье с кружевным воротничком.

— Да, — сказала Алиса. — Моего друга зовут Пашкой Гераскиным. Вместе с профессором Гоцем они изучают привидения.

— Изучают? Я сейчас упаду в обморок! — заявила бабушка. — Разве привидения можно изучать?

— Профессор Гоц посвятил этому всю жизнь.

— Почему я не знаю профессора Гоца? — удивилась бабушка. — Я всю жизнь проработала в библиотеке и знаю всех профессоров. Внучок, ты не знаешь сумасшедшего профессора по фамилии Гоц?

— Бабушка, — ответил герцог, — ты же знаешь, что лучшие годы своей жизни я провёл в замке Кросскан, где охотился, пьянствовал и отдыхал. Я никогда не видел ни одного профессора. Если бы не негодяй Дракула, который выгнал меня из замка, напустив на меня своих привидений и драконов, я бы и сейчас там жил.

— Ах, — сказала бабушка и махнула ручкой, — от моего внука Франсуа никогда не было толку. Кому нужна такая аристократия?! Любой проходимец с кучкой привидений и жалким драконом может выгнать его из замка.

— Бабушка, как тебе не стыдно! Ты же видела сегодня дракона! Кто может ему противостоять?

— Тот, у кого есть голова на плечах, — ответила бабушка.

Герцог хлопнул дверью и ушёл в другую комнату. За ним поспешил старичок с бородой.

— Ты не познакомилась ещё с моим мужем, — сказала бабушка Алисе. — Но можно и не знакомиться, он человек неинтересный. Франсуа мне тоже неинтересен, но когда у него отняли замок и угодья, он приехал в город и поселился в моём маленьком доме. Мы теперь очень тесно живём. Но не выгонишь же собственного двоюродного внука?

— Не выгонишь, — согласилась Алиса.

Бабушка хлопнула в ладоши, и в дверях показалась небольшая, серьёзного вида обезьяна в белом фартучке.

— Магдочка, — попросила бабушка, — ты не принесёшь нам с моей гостьей по чашечке чаю? И по кусочку кекса. Только смотри, чтобы мужчины не увидели, откуда ты достаёшь кексы, они сразу смолотят всю коробку. Они у меня всегда голодные. Презираю мужчин.

Обезьяна побежала исполнять приказание, а бабушка обернулась к Алисе:

— Теперь твоя очередь, девочка. Расскажи мне, как тебя зовут, откуда ты родом и зачем к нам пожаловала. Говори коротко, правдиво и не старайся упрощать. У меня хорошая голова для моих ста тридцати лет, я не боюсь смотреть правде в лицо. Начинай!

И Алиса всё рассказала бабушке герцога, которая, оказывается, сама не была герцогиней, потому что приходилась бабушкой герцогу по боковой материнской линии. Она звалась просто — госпожой Марианной Кросскан.

Бабушка слушала внимательно, иногда прерывала Алису, чтобы лучше понять, что такое, к примеру, параллельный мир, а иногда просила повторить непонятную фразу.

Обезьяна Магдочка принесла поднос с чаем и ничего не разлила и не разбила. Уходя, она хотела украсть кекс, который принесла для Алисы, но бабушка прикрикнула на неё, и та ускакала.

— Последняя моя служанка, — призналась бабушка. — Остальные сбежали. А ты продолжай, продолжай!

Алиса кончила свой рассказ тем, как она попала в подвал и услышала разговор графа Дракулы и маркизы. И тут появился герцог Франсуа.

— Хорошо, — сказала бабушка. — С тобой всё ясно. Давай вместе попробуем понять, что же у нас здесь происходит! Теперь буду рассказывать я, а ты задавай вопросы.

Старушка отпила маленький глоток чаю.

— Я не могу сказать, что мы жили хорошо, но мы жили и не очень плохо, — начала она свой рассказ. — Места у нас довольно отсталые, и многие здесь верят в привидения, вампиров, оборотней. Вместо науки люди у нас предпочитают гадать по руке, узнавать судьбу по звёздам, ходить к экстрасенсам и интрасенсам и даже слушаться гадалок. Порой я удивляюсь, как нам удалось изобрести железную дорогу, если все вокруг верили в чудеса и раскладывали карты. Ума не приложу. А ты пей чай, это хороший чай, последний остался. В этом году, говорят, чаю не завезут, потому что к нам корабли из других стран боятся причаливать — того и гляди накинутся какие-нибудь вампиры, заразят всё, людей перекусают. Ещё заразу с собой привезут…

Бабушка замолчала, задумалась. Она была очень старенькой, но держалась молодцом.

— А потом появились эти самые… Дракула с маркизой. Франсуа, ты далеко, Франсуа?

— Я здесь, бабушка!

Герцог вошёл в гостиную. Он успел сбрить второй ус, и лицо его снова стало симметричным.

— Бородку тоже придётся убрать, — сказала бабушка. — Нелепо носить бородку, если нет усов.

— Я отращу, — пообещал герцог.

— Вот когда отрастишь, то и бородку отпустишь, — сказала бабушка. И Алиса поняла, что именно бабушка в этом доме главная.

— Хорошо, — вздохнул несчастный герцог. — Зачем ты меня звала?

— Расскажи нашей гостье Алисе, только коротко, совсем коротко, как ты потерял свой замок и честь.

— Я не терял своей чести! — воскликнул гордый герцог.

— Тем не менее.

Герцог подошёл к буфету, открыл его, вытащил графин, полный красного вина, и высокий бокал, налил его до половины и встал, опершись о камин и приняв позу, которую всегда принимают герцоги, когда хотят рассказать о чём-то интересном.

— Этот негодяй! — воскликнул герцог. — Этот мерзавец! Он посмел явиться ко мне в замок и предложить продать фамильную собственность. Вы представляете?

— Я всё давно представляю, — сказала бабушка. — Иначе бы ты не занимал три четверти моего домика и не стучал сапогами, как рядовой кавалерист. Продолжай, мой мальчик.

— Я его выгнал, — сообщил герцог и отпил из бокала.

— А потом?

— Потом он приехал снова, и я снова его выгнал.

— Короче!

— Однажды ночью ко мне заявилось привидение и потребовало, чтобы я выматывался из родового замка. Я выгнал и привидение… но они пошли сплошным потоком. Оказывается, этот самозванец Дракула обладает властью над всевозможной нечистью. И мой замок его вполне устраивал как штаб для наступления на города нашей страны. Ты не представляешь, во что это вылилось! Десятки привидений бродили по замку, вампиры сосали кровь из моих коней и из меня лично, оборотни пугали моих слуг… в конце концов жить стало невозможно. И мы уехали. Я имею в виду тех, кто ещё оставался в живых. А вся эта свора неслась за нами до самой железнодорожной станции и терзала, терзала… — Герцог всхлипнул и нервно допил вино.

— Иди, мой милый, — велела бабушка. — Иди, отдохни.

Герцог ушёл, тяжело ступая.

— Когда он появился у меня, я думала, что он просто сошёл с ума в своих горах, — сказала бабушка. — Но оказалось, что мой внучок не лгал. Буквально через неделю после него на город стали нападать привидения и даже огненный дракон. Сначала люди пытались бороться с ними… но страх оказался сильнее. Люди предпочитали уехать из города, тем более что эти чудовища ещё и похищали детей.

— Зачем? — спросила Алиса.

— Я боюсь тебе ответить, — сказала бабушка. — Но вернее всего, чтобы съесть.

— Не может быть!

— Но привидения безжалостны! Им ничего не дорого! Это мертвецы, вставшие из могил. И нигде нет защиты от них! Даже в доме.

— И здесь?

— И здесь.

— Страшно, — призналась Алиса. — А как же я доберусь теперь до Пашки?

— Забудь о нём! Возвращайся домой, к своим родителям. Пашке ты не поможешь. И профессору не поможешь. Разве ты не поняла, что они специально подложили записку от твоего друга в сундук, чтобы тебя сюда заманить?

— А почему им надо было меня сюда заманивать? — спросила Алиса.

— Не знаю, — сказала бабушка, — но ничего хорошего я не жду.

— Нет, — возразила Алиса. — Почему-то они меня особенно не любят. И я бы сказала, что они даже побаиваются меня. Вернее, не меня, а моих знаний.

— Каких ещё знаний? — спросила бабушка.

— Что-то мне известно, а они этого боятся…

— Пока ты об этом догадаешься, они тебя уже на кусочки разорвут.

— А вдруг не разорвут?

— Я видела много смелых девочек, я сама в молодости скакала на лошадях и взбиралась на самые высокие горы. Но чтобы быть такой безрассудной девочкой — нет, такого я ещё не видела.

— Я хочу поехать к Пашке.

— Это смертельно опасно.

— У меня есть друзья.

— Твои друзья не смогут тебе помочь.

— Друзья всегда могут помочь. И вы в том числе.

— Ну какой я тебе друг? Я — выжившая из ума старуха, у которой всего-то в жизни, что домик, который не сегодня-завтра развалится, да вздорный дед с бородой лопатой, которую он полдня чистит и нежит, а полдня пачкает яичницей и гороховым супом.

— У меня есть друг волк, — сказала Алиса.

— Если волк — друг, значит, он не волк, — ответила мудрая бабушка. — Значит, он оборотень, днём — волк, ночью — человек. Будь с ним осторожна.

— Но он же друг! — закричала Алиса, которая никогда не предавала друзей.

— Ты уже взрослая девочка, — сказала бабушка, — и не мне тебя учить. Тем более что пора идти ужинать.

Бабушка поднялась и повела Алису в столовую.

Столовая в том домике располагалась прямо в кухне. Только кухня была большой и длинной, во весь первый этаж. У плиты возилась обезьяна Магда, и бабушка поспешила ей на помощь. Алиса тоже хотела помочь, но герцог сказал, что она — гостья и, если надо, поможет Ганс.

Герцог, старик с бородой лопатой и Алиса уселись за стол. Стол был старый, деревянный, без скатерти. Перед каждым стояло по серебряной тарелке, возле тарелки лежали ножик и ложка. Видно, вилками здесь не пользовались. Посреди стола стояло несколько графинов. Герцог и дедушка с бородой налили себе вина, а Алиса отказалась.

— Скажите, пожалуйста, — спросила она, — как мне лучше всего добраться до замка Кросскан?

— И не думай! — откликнулась от плиты бабушка.

— Вы же знаете, что я всё равно туда поеду, — сказала Алиса.

— С неё станется, — подтвердил герцог. — Это далеко, девочка, тебе никогда туда не добраться. Тем более если в пути будут поджидать граф Дракула и его паршивая маркиза. Ты не представляешь, сколько у них злобных слуг!

— Ничего особенного, — вдруг заявил дедушка с бородой. — Как бывший начальник железной дороги, я тебе советую сесть на поезд.

— Неужели ещё ходят поезда? — спросила бабушка.

— В этой стране есть отважные люди, — сказал старик с бородой лопатой. — Последний поезд ещё ходит!

— Ох уж эти герои! — воскликнула бабушка, но герцог Франсуа с ней не согласился:

— Пока в стране ходят поезда, она не погибла. Железнодорожники не боятся привидений.

— Это точно, — подтвердил дед с бородой. — Завтра утром мы тебя посадим в поезд, и доедешь почти до места.

— А я пошлю почтового голубя на станцию, чтобы тебя встретили и дали подводу, — сказал вдруг Ганс. — У нас остались ещё два почтовых голубя.

— Молодец, парень, — сказал Франсуа. — Теперь примемся за ужин!

— А вечером нельзя? — спросила Алиса.

Тут все засмеялись, и даже Алиса улыбнулась.

Потом дед с бородой на всякий случай объяснил:

— Ночью привидения хозяйничают как хотят. Никто не выйдет из дому. Они только утром утихомириваются. Так что выспись спокойно. А если ты с нами не согласна, то можешь пойти пешком, по горам и лесам, чуть больше трёхсот миль.

— Спасибо, — сказала Алиса. — Я подожду.

— Тогда будь любезна, расскажи нам о своей планете, о своём городе, — попросила бабушка, которая кончила разливать по тарелкам суп и уселась за стол. — Кто твой папа, кто твоя мама?

И Алиса часа три рассказывала хозяевам дома о Земле и своём доме. Им было так интересно, что Алису просили продолжать, пока она совсем не уморилась. И тогда бабушка пожалела её и погнала всех по комнатам спать.

Ганс проводил Алису наверх, в её комнату. Он нёс свечу и не заметил выложенную из кубиков полоску под последней ступенькой лестницы:

НЕ ЗАПИРАЙ ДВЕРЬ

От радости у Алисы забилось сердце. Как хорошо знать, что друг близко!

Ганс сказал:

— Я запру дверь, чтобы кто-нибудь не залез.

— Нет, пожалуйста, не запирайте! — попросила Алиса.

— Если не закрыть, то может прийти привидение.

— Всё равно не запирай, — сказала Алиса.

— Может, ты права, — ответил слуга. — В случае чего легче убежать. Имей в виду — у привидений зрение плохое.

— Вы меня порадовали, — сказала Алиса. — Спокойной ночи.

Ганс ушёл.

Слышно было, как его шаги прошуршали по каменным плитам пола. Стало тихо. Потом со всех концов дома стали доноситься скрипы, шорохи и даже голоса.

«Алиса, — сказала она себе. — Ты нормальный человек из XXI века. Чудес не бывает, если их не выдумывают люди. Так что давай не бояться призраков и вампиров».

Она разделась и легла.

Свечу она гасить не стала. Всё-таки ей было страшновато.

А при свече человеку немного спокойнее.

Некоторое время Алиса прислушивалась к звукам старого дома, но потом незаметно заснула.

Глава седьмая
ЧЁРНАЯ РУКА

Алиса не знала, сколько она проспала.

Но проснулась она от неприятного чувства, что в комнате кто-то есть.

Было тихо. Яркая, почти полная луна светила в приоткрытое окно.

Сна не было ни в одном глазу. Как будто хорошо выспалась.

Скрипнула половица. Алиса приподняла голову. Середина комнаты была отлично освещена лунным светом, зато в углах, за высокими тёмными шкафами, было темно. Алиса приподнялась на локте, чтобы рассмотреть, нет ли кого там. В жизни не ожидала, что попадёт в такой странный город. У нас никто не верит в чепуху вроде астрологии и колдовства.

…Что-то шевельнулось в щели между стеной и шкафом.

— Если тут кто-то есть, — сказала Алиса и осеклась, испугавшись собственного голоса. Она проглотила слюну и начала снова: — Если тут кто-нибудь есть, пускай он выйдет. Я никого не боюсь. Я не из вашего мира. У нас мертвяки не гуляют, вы поняли?

В углу кто-то тихо-тихо засмеялся, будто звук доносился не из угла комнаты, а с пятого этажа.

И тут же раздался удар в окно.

Алиса испуганно обернулась.

За окном покачивалось раздутое светящееся лицо — словно кто-то запустил белый воздушный шар с нарисованными на нём глазами и ртом. «Наверное, это и есть воздушный шар», — подумала Алиса, но воздушный шар открыл рот и зашевелил губами, стараясь что-то сказать. К счастью, Алиса не слышала, а то бы ещё больше испугалась.

С каждой секундой ей становилось всё страшнее. Она готова была уже убежать. Но бежать можно тогда, когда знаешь, куда бежишь. А куда побежишь в этом домике? Всех перебудишь, всех рассердишь, а себя покажешь трусливым ребёнком.

Алиса сидела на постели, накрывшись до горла одеялом, и мечтала, чтобы скорей пришло утро, но за окном всё так же тревожно светила луна.

И тут краем глаза она заметила, как нечто чёрное выдвигается из стены как раз над её головой.

Алиса посмотрела наверх.

Она увидела, как из стены медленно вылезает чёрная рука с длинными загнутыми пальцами. Пальцы шевелятся, как гусеницы, и с каждой секундой рука всё ближе к Алисиной голове…

Вот этого Алиса уже не могла вынести!

Она скатилась с кровати… И чуть не натолкнулась на белое привидение, закутанное в простыню, которое вышло из шкафа.

Алиса оказалась меж двух огней. И у неё не было никакого оружия, чтобы защищаться.

— Мамочка! — заплакала Алиса и зажмурилась.

Она уже пять лет не звала на помощь маму и два года как не плакала.

— Мама, спаси меня!

И тут она услышала, как по полу — ещё далеко, ещё в коридоре — стучат когти.

Неужели её мольбу услышали?

Всё ближе стучат когти — и тут дверь широко распахивается от удара волчьей грудью!

Волк Гаврюха влетает в комнату и останавливается на пороге, раскрыв пасть и рыча, как лев.

И — о счастье! — привидение тут же отступило в шкаф и даже закрыло за собой дверцу. Шаровое лицо за окном перестало кривляться и провалилось вниз.

Только чёрная рука не сдавалась. Она продолжала тянуть к Алисе свои гибкие пальцы.

И тогда волк Гаврюха совершил непостижимый прыжок — через всю комнату, на постель!

Он вонзил клыки в чёрную руку, и… о чудо! — рука оторвалась от стены.

Держа добычу в зубах, волк спрыгнул с постели и положил руку на пол у босых ног Алисы.

Алиса отпрянула от страшной добычи и только тут почувствовала, какой холодный пол.

— Зачем ты это сделал! — накинулась она на волка. — А где остальное тело?

Волк отрицательно покачал умной головой, и Алиса поняла, что остального тела у чёрной руки нет и не бывает, потому что чёрная рука — совершенно особая и самостоятельная пугалка.

— Там в шкафу ещё привидение осталось, — напомнила Алиса. — Оно в простыню завёрнуто.

Волк спокойно направился к шкафу, лапой отворил дверь и, зарычав, потянул за простыню. Простыня вытягивалась из шкафа, но кто-то держал её изнутри. Волк мотал головой, чтобы вырвать простыню, а призрак легонько, почти беззвучно топотал и бился внутри шкафа… Наконец волк победил. Он отлетел в другой конец комнаты с простынёй в зубах, а из шкафа выскочила совершенно голая женщина с длинными зелёными волосами. Она кинулась прочь из комнаты, и её спасло то, что волк не успел выпутаться из её одеяния.

— Больше никого не осталось? — спросила Алиса.

Волк наклонил голову.

— Ты тут побудь, пожалуйста, — попросила Алиса. — Они же спать человеку мешают. Я бы рада не бояться. Но кто не испугается, когда из стены чёрная рука лезет?

Она показала на пол, но рука куда-то исчезла, остался только чёрный рукав.

Тут в открытую дверь сунулся череп. Череп щёлкнул зубами.

— Пошёл, пошёл! — прикрикнула на него Алиса. — Ваших уже прогнали.

А волк, чтобы скелет понял его правильно, отважно пошёл к двери.

Череп исчез. Дверь со стуком захлопнулась.

— Спать хочется просто ужасно, — сообщила Алиса волку.

Волк улёгся поперёк комнаты, рядом с пустым рукавом. Теперь, если кто-нибудь захочет войти в комнату, он обязательно должен будет перешагнуть через волка. А вы пробовали шагать через волка?

Алиса улеглась и скоро заснула.

Ночью ей снились самые обыкновенные домашние сны, в которых участвовала мама и робот Поля. Они втроём искали марсианского богомола, который убежал на крышу. Если кто и шумел в особняке, Алиса этого не слышала.

Утром Алису разбудил колокольчик.

Сначала звон его донёсся издалека, снизу, потом человек с колокольчиком поднялся на второй этаж.

Звон раскатился по этажу, и Алиса проснулась.

Она открыла глаза.

Если солнце и встало, оно не смогло разогнать зимние снежные тучи. За окном было видно серое небо, с которого медленно летели вниз белые хлопья.

Волка нигде не было видно — наверное, он решил, что Алисе больше ничего не угрожает, и убежал по своим волчьим делам. Снизу доносился звон посуды, на кухне готовили завтрак.

Алиса встала с постели и увидела, что возле кровати стоят тёплые ночные туфли. Ночью она их со страху и не заметила. Надела их и подошла к окну.

Перед домом раскинулся газон с клумбами, на которых стояли на постаментах белые мраморные статуи. Газон, клумбы и дорожки были покрыты снегом. Одну из дорожек подметал старик с бородищей, а перед ним стояла бабушка Марианна, которая махала ручками, за что-то ругая мужа.

В дверь постучали.

Алиса обернулась.

Там стоял слуга Ганс. Он широко улыбался.

— А я, честно говоря, — сказал он, — боялся, что ты не переживёшь эту ночь.

— Я отлично выспалась! — ответила Алиса.

— Никто тебя не беспокоил? А чёрная рука приходила?

— Где-то от неё должен рукав остаться, — сказала Алиса.

И в самом деле пустой рукав от чёрной руки валялся возле кровати. Алиса не стала признаваться изумлённому слуге, что ей помог волк. Не надо Гансу об этом знать. Пускай они здесь все думают, что Алиса ничего и никого не боится. Ведь бесстрашных опасаются. «Жаловаться я буду папе и маме, — сказала Алиса сама себе. — А остальным и слезинки из меня не выжать!»

Слуга был потрясён Алисиной смелостью.

— Неужели ты сама с чёрной рукой справилась?

— А что в этом удивительного?

— Неужели ты отрубила руку мечом?

— Ганс, не придумывайте чепухи, — отмахнулась Алиса. — Вы отлично знаете, что у меня не было никакого оружия.

— Но как же?

— Считайте, что я отвинтила руку от тела, — призналась Алиса, и слуга помертвел от ужаса. — Кроме того, — сказала Алиса, показывая на простыню, которая лежала у двери, свёрнутая жгутом, — я вынула из этой простынки призрак, который прятался в шкафу. Он топал и мешал мне спать.

— Этого быть не может, — прошептал слуга, глядя на Алису квадратными глазами.

Он отступил в коридор. Сначала медленно, на цыпочках, а потом, оказавшись на безопасном расстоянии, кинулся бежать.

— Я думаю, что Пашка бы меня похвалил, — сказала Алиса.

Но никто её не услышал. Пашка был далеко. И неизвестно, каково ему приходилось в окружении всех этих призраков, вампиров и скелетов.

Честно говоря, Алисе не очень нравилось в этом мире. Она любила солнце, большие весёлые просторы и старинную песню: «Жил на свете капитан, он объездил много стран…»

Алиса оделась, увидела в стене небольшую дверцу и открыла её. Она правильно угадала. За этой дверцей скрывался очень простой туалет. Он состоял из ночного горшка и таза с чистой водой, стоявшего на табурете…

Через десять минут Алиса, вполне одетая и готовая к боям, спустилась вниз, в столовую.

Стол был накрыт, но пришла она первой. Кроме обезьяны Магдочки, никого ещё не было. Обезьяна поздоровалась с гостьей за руку.

Алиса не знала, можно ли здесь садиться за стол без хозяев. Поэтому она стала рассматривать портреты предков, прошлых герцогов, потемневших от времени и засиженных мухами. Видимо, убегая из замка, герцог успел захватить самые ценные вещи.

Она засмотрелась на эти портреты и вздрогнула, услышав сзади старческий голос:

— А это мой дедушка. По слухам, он убил трёх драконов, а четвёртый его испепелил, но в это верится с трудом.

За спиной Алисы стояла бабушка.

— Доброе утро, — сказала Алиса.

— Доброе утро, девочка. Как ты спала?

— Отлично, — улыбнулась Алиса.

Бабушка тоже ей улыбнулась.

— Никто тебя не беспокоил? — спросила бабушка.

«Так я тебе и сознаюсь!» — подумала Алиса и спросила:

— А кто мог меня беспокоить?

— Ах, у нас много всякой нечисти… дома так давно не ремонтировали. У нас водятся тараканы, блохи, клопы и даже пауки. Извини, моя девочка, но это именно так. Причём среди пауков встречаются кусачие.

Лицо бабушки было серьёзным, но глаза смеялись.

Алиса не успела ей ответить, как вошёл герцог.

Он был в серебряном халате, завязанном золотым поясом, волосы его были завиты, усы доставали до висков. Следом за ним вошёл Ганс и встал у дверей.

— Ах, как приятно узнать, что ты пережила ночь и осталась среди нас! — воскликнул он. — А я, должен тебе сказать, чуть не погиб.

Герцог прошёл к своему месту за столом и жестом пригласил дам садиться.

— Ночью ко мне в спальню проник вампир, — продолжал герцог, беря со стола салфетку и засовывая её угол себе за ворот. — К счастью, я проснулся, когда он уже сел мне на грудь.

— Франсуа! — возмутилась бабушка. — Как ты смеешь говорить о таких гадостях при нашей юной гостье! Она и в самом деле может подумать, что у нас водятся вампиры.

— Не только водятся, но и кровь сосут, — мрачно заметил Ганс, который принёс чайник с кипятком и стоял за спиной герцога, ожидая, когда можно будет разливать его по чашкам, в которые уже был насыпан растворимый кофе и налито молоко.

— А твои слуги, должна тебе заметить, — продолжала бабушка, — ведут себя недостойно. Совсем не помогают по хозяйству и слишком много едят. К тому же они меня и в грош не ставят.

— Бабушка, — ответил герцог, — к сожалению, со слугами в нашем городе очень трудно. У меня их почти не осталось. Я всё жду, когда сбегут или погибнут последние.

— Я и сам не знаю, что лучше, — согласился Ганс. — Порой думаю сбежать, а порой решаю — может, лучше здесь погибнуть?

Алиса увидела над камином прибитый к стене щит.

— Какой странный герб, — заметила она. На щите была нарисована рыцарская рука, которая держала сломанный меч.

— Это герб нашего герцогского рода, — сказал Франсуа. — Ему уже тысяча лет.

— Триста, — поправила герцога бабушка, — как сейчас, помню!

— Бабушка, вы же в маразме! — закричал герцог. — Каждый здравый человек скажет, что гербу больше тысячи лет.

— Я куда лучше помню то, что случалось со мной в юности, чем последние события. Вот, как сейчас, вижу — иду я по лужайке, а из кустов выскакивает шайка работорговцев, которые хотели меня украсть и продать турецкому султану в гарем. Я стала кричать, мой папа схватил меч, погнался за нами и начал сражаться с этими сарацинами. Он перебил их больше сотни, даже меч сломался. С тех пор на нашем щите помещают руку со сломанным мечом.

— Ах, не слушайте бабушку! — отмахнулся герцог. — Она сошла с ума от старости! На самом-то деле тысячу лет назад мой предок, которого тоже звали Франсуа, штурмовал замок, в котором скрывались наши враги. Ворота замка были такими крепкими, что их не удавалось пробить тараном. Тогда мой предок схватил свой меч и так ударил по воротам, что меч сломался, а ворота развалились. И наш род получил право на этот герб.

— Ах, как это не романтично! — воскликнула бабушка. — Мой вариант победил!

— Бабушка, или вы перестанете, — строго сказал герцог, — или я покину столовую. У нас гости. Что они подумают?

— Это мой дом! Я в нём жила, и я в нём, наверное, умру, от тесноты и топота ваших сапог! После этого назло тебе, мой внучок, я стану привидением и уеду к графу Дракуле.

Бабушка так разволновалась, что опрокинула чашку с кофе и убежала из столовой.

— Ну вот, — сказал герцог, промокая салфеткой пятно. — На неё не напасёшься… — Затем он сделал паузу, почесал кончик длинного породистого носа и закончил: — Что ж, раз теперь здесь остались только свои, можно обсудить твоё путешествие, Алиса. Ты согласна?

— Конечно. Чем скорее я уеду, тем лучше.

— Ты зря так думаешь, девочка, — заметил герцог Франсуа. — Твоё пребывание в этом особняке лишь лёгкая разминка по сравнению с тем, что тебя ждёт впереди. И чем лучше ты подготовишься к будущим испытаниям, тем больше шансов у тебя и твоего друга остаться в живых.

— Вообще-то шансов немного, — произнёс слуга Ганс, почёсывая затылок.

— Помолчи, Ганс! И лучше погляди, не подслушивает ли кто-нибудь из привидений или мертвяков. А то, если они услышат, обязательно донесут своему хозяину.

Слуга кинулся к двери и широко распахнул её — какие-то тени понеслись прочь, раздался тихий, леденящий душу смех.

— Не обращай внимания, — сказал герцог, — эти твари безмозглые.

Слуга вытащил из-за широкого пояса пистолет и выстрелил вдоль коридора. В отдалении кто-то завизжал.

Герцог поднялся из-за стола и, показав Алисе жестом, чтобы она продолжала пить кофе, принялся говорить:

— Ганс отвезёт тебя на станцию. Билет тебе куплен, в купе ты будешь одна. Ехать тебе два с половиной часа. На станции Суха-Быстрица поезд стоит десять минут. Ты выйдешь в тот момент, когда поезд тронется, чтобы те, кто за тобой следит, не успели сообразить и погнаться за тобой. За зданием станции тебя будут ждать сани.

Герцог выбил трубку о край буфета. Из-под буфета выскочила белая мышь и опрометью помчалась в другой угол.

— Карамба! — рассердился герцог. — Ганс, ты обещал обеспечить мне полную безопасность!

— На вид — самая простая мышь, — сказал слуга.

— Это только тебе кажется, что она простая. А я видел, что у неё на спине нарисован чёрный знак Дракулы.

— Жаль, — вздохнул слуга. — Если она говорящая, то она сообщит хозяину, на каком поезде едет Алиса.

— Поздно, мы ничего не сможем изменить, — сказал герцог.

— А где будет мой волк? — спросила Алиса.

— Во-первых, — ответил герцог, — он вовсе не твой волк и, может, даже не волк, а во-вторых, я не знаю, где он. Только учти — на железных дорогах есть правило. Волков, собак, кошек и вообще никаких животных провозить нельзя. Потому что железнодорожники охраняют своих пассажиров, а ведь никто не может быть уверен, что с тобой едет кошка, а не заколдованная принцесса. Кот, а не какой-нибудь вампир!

В дверь заглянула бабушка.

— Алиса, — сказала она, — я хотела с тобой попрощаться.

Бабушка выглядела печальной. В руке она держала узелок.

Она оглядела Алису с ног до головы — от вязаной шапочки до сапог с обогревом — и сказала:

— Ты выглядишь странно. Но я к тебе привыкла. Я испекла тебе пирожков на дорогу. Не возражай, возьми. Ты обязательно проголодаешься в поезде и ещё скажешь мне спасибо.

— Спасибо, — сказала Алиса и взяла узелок.

— Внучок, — спросила бабушка у герцога, — ты вызвал такси?

— Разумеется, — ответил герцог. — Я же остался без кареты.

— Кто повезёт Алису на вокзал?

— Ганс. Он сам вызвался.

— Отважный Ганс!

— Не хотел я его отпускать, — признался герцог. — Он последний толковый слуга, который у меня остался. Есть, правда, ещё трое, но они бестолковые.

Герцог вытащил из кармана большой кружевной платок и приложил его к глазам.

— Так мало надежды, Алиса, так мало надежды, что я увижу тебя живой, — сказал он и всхлипнул. — Правда, они тебя почему-то боятся.

— Я тоже так думаю, — согласилась с ним бабушка Марианна. — И потому, Алисочка, будь вдвойне осторожна! У тебя появились опасные и бессердечные враги, но зато стало больше верных друзей, которые на тебя надеются!

— Да, мы на тебя надеемся, — сказал герцог.

Бабушка подошла к Алисе и обняла её. От бабушки пахло ванилью и душистым мылом. Она поцеловала Алису в щёчку.

— Как жаль, — сказала она, — что мне уже больше ста лет. А то бы я составила тебе компанию. Но помни, что сердцем я всегда с тобой.

— Спасибо, — сказала Алиса. — Я помню об этом.

Глава восьмая
ПАССАЖИРКА

У калитки в сад стояла запряжённая гнедой лошадью небольшая повозка, покрашенная в жёлтый цвет, с откидывающимся чёрным верхом.

Ганс помог Алисе забраться внутрь, затем влез сам.

Таксист сидел на козлах. Когда пассажиры устроились, он повернул вниз ручку счётчика.

— На вокзал? — спросил он.

— Поезжай прямо, — ответил конспиратор Ганс, — по дороге скажу.

— Мне-то что, — сказал шофёр, — но в городе многие говорят, что приехали детишки из параллельного мира и герцог намерен с их помощью отвоевать свой замок Кросскан у графа Дракулы. Правду ли говорят или врут?

— Прямо, прямо и поторапливайся! — приказал Ганс.

— И ещё люди говорят, — продолжал возница, — что вчера граф Дракула, который побаивается этих детей из параллельного мира, насылал на них целую стаю драконов. В городе народу побили видимо-невидимо.

— Откуда нам такие вещи знать? — ответил Ганс. — Мы с племянницей герцога вчера весь день в шахматы играли. Правда, Луизочка?

— Да, — поняла Алиса. — Мы весь день в шахматы играли.

— С девчонкой? В шахматы? — удивился таксист. — Такого быть не может! Сейчас же проверю.

Он прикрикнул на лошадь, та остановилась, и таксист вытащил из-под своего сиденья шахматную доску.

Только сейчас, когда он обернулся к ней, Алиса его разглядела.

Возница был человеком массивным, почти толстым, крупным, носатым, бородатым, бровастым, рукастым. Всего в нём было много, даже голоса.

— Расставляй! — приказал он.

— Да ты с ума сошёл! — возмутился Ганс. — Поезд отходит через полчаса. Другого до завтра не будет.

— Если она умеет играть в шахматы, пускай сыграет блиц! — взревел таксист.

— Не беспокойся, Ганс, — сказала Алиса. — Мне даже интересно сыграть с местным любителем.

— Какой я любитель! — зарычал таксист и начал быстро расставлять фигуры. — Ты, ребёнок, хоть знаешь, как конь ходит?

— Надеюсь, что у нас с вами одинаковые правила, — сказала Алиса.

— Только не надо лукавить, — обиделся таксист. — Если не умеешь, так и скажи. И поедем дальше.

— А если умею? — спросила Алиса, оглядывая фигуры. Вроде бы они стояли правильно.

— Если умеешь, попрошу прощения и домчу до вокзала.

— А если я вас обыграю?

Таксист расхохотался и ответил:

— Тогда везу бесплатно.

И тут же сделал первый ход пешкой.

Противники быстро делали ходы, а Ганс чуть с ума не сошёл от страха, что Алиса опоздает на поезд.

Но всё обошлось. После восемнадцатого хода таксист, который совершенно не разбирался в защите Каро-Кан, ахнул и сказал:

— Как так мат?

— А вот так, — сказала Алиса. — И когда я вернусь сюда, дам вам возможность взять реванш. Не расстраивайтесь. Я ведь тоже когда-то не знала теории.

Таксист не сразу смог собрать фигуры. Руки у него дрожали. Алиса уж подумала, может, им подыскать другое такси. Но тут таксист запахнул шубу и завопил на свою лошадку.

Она покорно затрусила к станции.

Теперь перед Алисой лишь покачивалась широкая, укутанная тулупом спина.

Ганс пожал Алисе руку.

— Теперь у меня возникают кое-какие надежды, — прошептал он.

Таксист услышал и рявкнул не оборачиваясь:

— Если люди правду говорят, что ты хочешь с графом Дракулой сразиться, то считай, что на меня можешь рассчитывать! Конечно, мне обидно пигалице проигрывать, но лучше своя пигалица, чем чужая царица. Эге-гей!

Лошадка побежала чуть быстрее.

Она делала километров десять в час. Но Алиса верила в то, что таксист привезёт их вовремя.

Днём город выглядел совсем не так мрачно и страшно, как вечером, когда Алиса увидела его в первый раз. На улицах было немало людей, никто не таился по подворотням, магазины были открыты, в трактирах звенела посуда. Кареты, повозки и пролётки, жёлтые такси встречались на каждом шагу. Некоторые люди останавливались, видно, узнавали девочку из параллельного мира и махали ей. Алиса махала в ответ. Всегда приятно, когда тебя узнают. Но удивительно, как здесь быстро расходятся слухи.

— На тебя люди надеются, — сказал Ганс. — Так что ты уж оправдай их доверие. Когда плохо, мы за любой слух цепляемся: а вдруг нам помогут?

Справа показалось пепелище. На пепелище копошились люди. Какая-то женщина сидела на обгоревшей кровати и горько плакала.

— Этот дом, — напомнил Ганс, — сгорел вчера от нападения дракона. Ах, какое несчастье!

— Почему же люди не соберутся вместе, чтобы выгнать графа Дракулу?

— Хотели бы объединиться, но не приучены. Привыкли, что привидения сильнее людей. Вот и терпят.

Алиса с удивлением посмотрела на Ганса. Сидит рядом с ней молодой парень, жёлтые волосы до плеч, потёртый камзол, дырявые башмаки — бедный слуга обнищавшего герцога. А рассуждает так умно!

— А ты думаешь, как всё? — спросила Алиса.

— Я — сам по себе, — ответил Ганс.

Такси остановилось перед вокзалом. Ганс схватил Алисину сумку. Таксист помог пассажирке слезть и спросил:

— Скоро обратно?

— Наверное, завтра, — сказала Алиса.

— Будем ждать, — сказал таксист. — Я с собой всю нашу шахматную секцию приведу. Дашь сеанс одновременной игры?

— С удовольствием.

— Если разберётся с привидениями, — напомнил Ганс.

— А у вас там все так играют? — спросил таксист.

— Нет, не все, — ответила Алиса. — Многие лучше.

Таксист расхохотался так, что над покосившимся древним вокзалом взмыла чёрная стая ворон. Они подняли такой крик, что Ганс не выдержал и поспешил внутрь здания.

— Беги, заклюют! — крикнул таксист и стал отмахиваться от злых ворон метлой, которая лежала у него под сиденьем.

Алиса вбежала в вокзальный зал.

Он был неопрятный, неухоженный, даже штукатурка осыпалась с потолка. Людей было немного, да и вели себя люди осторожно, собирались в кучки, чтобы не было страшно.

На перроне перед поездом Алиса увидела небольшую толпу. Все рыдали. В центре толпы стоял молодой человек в железной каске и бронежилете.

— Что это? — спросила Алиса у одной из плачущих девочек, которые провожали молодого человека.

— Ах, это наш двоюродный брат Густав, — ответила девочка. — С ним случилось несчастье. Он кончил институт по специальности «Дошкольное образование», и его посылают в детский сад на станцию Суха-Быстрица.

— А почему все плачут?

— Там же нечистая сила правит! Там живёт граф Дракула.

Поезд загудел, предупреждая, что готов двинуться в путь.

Ганс поднялся с Алисой в вагон, провёл её в купе и убедился, что она едет одна. Потом попрощался и соскочил на ходу.

Поезд был старинный, даже первобытный. Но содержали его в порядке. Медные ручки дверей и шкафчиков были начищены, зеркало протёрто, диван застелен чистой простынёй и покрыт шерстяным одеялом. Второй диван в купе не был застелен — герцог не обманул, он заплатил за всё купе, чтобы Алисе не попался какой-нибудь неприятный попутчик. Алиса немного взгрустнула, что с ней нет волка и что он даже не пришёл с ней попрощаться. «Всё-таки дикое животное не может полюбить человека, как настоящая собака, — подумала она. — Наверное, волк нашёл себе настоящий лес и охотится на зайцев».

Конечно, Алисе на самом деле не хотелось так думать. Но лучше думать о грустном, чем наоборот: надеяться на златые горы, а найти медную монетку.

Постучал и вошёл проводник. Это был вежливый старик в поношенном, но чистом и выглаженном мундире и форменной красной фуражке. Он сказал:

— Госпожа едет одна?

— Мне так сказал герцог Кросскан, — ответила Алиса. — А скоро мы прибудем в Суху-Быстрицу?

— Это зависит от погоды, госпожа, — объяснил проводник. — Если ветер попутный, то к обеду доберёмся.

— А разве ваш паровоз парусный? — спросила Алиса.

Проводник пожал плечами.

— Вашу шутку, госпожа, я оценил, — сказал он. — Но наш паровоз питается углём. А вы, к сожалению, не знаете, какие у нас бывают ветры. Будете пить чай или кофе?

— Я уже завтракала, — сказала Алиса.

— Значит, лимонад, — буркнул себе под нос проводник и ушёл.

Поезд набирал скорость. Он катил через городские окраины. Домики здесь стояли маленькие, бедные, подушки снега лежали на соломенных крышах, кое-где из труб поднимался дым.

Потом пошли поля, по которым гуляла позёмка. Вдали виднелись гребёнки еловых лесов. Местность пошла унылая, заснувшая на зиму.

«Жалко, что я не купила какой-нибудь газеты или книжки — хоть почитала бы. А то ждать… Когда у них обед?»

Снова появился проводник. Он принёс бутылочку с лимонадом и высокий стакан.

— А дорога у вас здесь не опасная? — спросила Алиса.

— Почему же наша дорога должна быть опасной? — удивился проводник. — За рельсами мы следим, тормоза в порядке.

— А привидения не докучают?

— Привидения нас не трогают, — ответил проводник и лукаво улыбнулся. — И знаете почему? Привидения и все те, кто их придумывает, ничего не понимают в технике. В школах они не учились, паровой машины боятся, а уж когда кто-нибудь изобретёт самолёт, то они совсем попрячутся.

— Так пускай кто-нибудь у вас поскорее изобретёт самолёт.

— Не получается, — вздохнул проводник. — Самолёт испытывать надо, а тут сразу же слетаются драконы и вороньё. Заклёвывают модель. У нас уж некоторые пытались. А в прошлом году великий воздухоплаватель Весекалинский трагически погиб. Он поднялся на воздушном шаре, но на него напала такая стая воронья, что небо стало чёрным. Проклевали оболочку, и всё! Больше на воздушных шарах никто не летает. Вам ещё лимонаду принести?

— Нет, спасибо, — сказала Алиса. — Невесёлая жизнь в вашем параллельном мире!

— Но мы не теряем надежды, — ответил проводник. — Может быть, и вы нам поможете, Алиса.

— Вы меня знаете?

— Вас многие знают. И меня ваши друзья предупредили.

— А много народу в вагоне едет? — спросила Алиса.

— Кроме вас один торговец и ещё молодой воспитатель детского сада, который едет в посёлок Суха-Быстрица, где не осталось ни одного ребёнка.

— Так зачем же он едет?

— Раз детский сад есть, значит, нужен воспитатель. Когда-нибудь дети снова там будут.

— А вы верите, что всё хорошо кончится?

— Если не верить, Алиса, то и жить не стоит.

Проводник ушёл, и Алиса снова осталась одна. Небо за окном потемнело, снег пошёл гуще, и хлопья снега были большими, как клочки рваной бумаги.

Колёса громко постукивали на стыках рельсов. Неожиданно поезд ворвался в туннель, и стало совсем темно. Алиса сосчитала до двухсот, прежде чем туннель кончился, — и сразу стало тише и светлее.

Наконец-то можно остановиться и не нестись вперёд.

Алиса свернулась калачиком на мягком диване и стала думать.

Что она знает об этом параллельном мире?

Сюда умчался профессор Гоц, потому что он всю жизнь изучал привидения, охотился за ними и вот получил возможность на них посмотреть вблизи и узнать, как же они устроены. Потом сюда рванул Пашка, потому что хотел помочь профессору, к тому же он и дня не может прожить без приключений.

Пашка и Гоц исчезли в горах, в замке, который какой-то граф Дракула отнял у герцога Франсуа де Кросскан. Дракула командует привидениями и вампирами и запугал всех местных жителей. А слуги Дракулы к тому же похищают маленьких детей. С ума можно сойти!

Но почему же всесильный Дракула хочет поймать и убить Алису? Чем она ему досадила? Что в ней опасного? Узнать это можно только в замке.

«Ладно, — подумала Алиса, — всё равно я ничего нового не придумаю, пока не приеду на место. Я должна отдать Пашке тёплые вещи, а профессору микроскоп.

Хорошо быть первоклассницей! Захотела на другую планету — хоть сейчас! В бой с драконами? Только покажите мне этих драконов! В битву с космическими пиратами? Всегда готовы.

А сейчас ты уже стала взрослой, тебе скоро двенадцать лет. Пора задумываться.

А задумавшись, удивляешься.

Подумать только, в параллельном мире язык тот же самый, что и в Москве, и названия совпадают, и законы физики действуют такие же и даже в шахматы играют по тем же правилам. Тогда почему здесь привидения и вампиры делают что хотят? Почему драконы пожирают коней и сжигают дома? Что-то тут неладно — ведь у нас привидений не бывает!»

Снова пришёл проводник и принёс корзинку с бутербродами и фруктами.

— У меня, к сожалению, нет денег, — призналась Алиса, хотя она уже проголодалась.

— Не беспокойтесь, юная госпожа, — сказал проводник. — За всё уже заплачено.

— Герцогом?

— О нет, герцог у нас совсем разорился, — ответил проводник, который, оказывается, много знал о местных знатных господах. — За вас заплатила железная дорога. Мы на вас надеемся.

Проводник сел рядом с Алисой на диван, взял из корзинки бутерброд с сыром и принялся жевать его, запивая лимонадом.

— Вы простите, что я так по-простому, но в коридоре очень холодно, — сказал он.

— Не стесняйтесь, — сказала Алиса. — Мне очень приятно, что вы ко мне заглянули. Можно я буду вам задавать вопросы?

— Для этого я здесь и сижу, — признался проводник.

У Алисы было много вопросов. И она даже не знала, с какого начать. Поэтому она спросила:

— Кто такой граф Дракула? Герцог и его бабушка очень на него сердиты, но толком ничего не рассказали.

— Когда-то был такой граф. Он жил в заброшенном горном замке и разбойничал. У него была плохая репутация. Многие считали его злым колдуном. Но всё это происходило очень давно.

— А когда он умер?

Проводник почесал седую бровь, потом произнёс:

— Лет пятьсот назад. Точнее не скажу. Надо в энциклопедии поглядеть.

— Значит, речь идёт о другом графе Дракуле! — сказала Алиса. — Потому что герцог Франсуа утверждает, что именно граф Дракула отобрал у него замок.

— Все знают об этом, — сказал проводник. — И многие думают, что новый Дракула — самозванец.

— И он в самом деле командует привидениями?

— Так многие считают.

— Вы не верите? — спросила Алиса.

Проводник пожал плечами.

— Странный вы человек! — сказала Алиса. — Но хоть в привидения вы верите? Или в драконов? Почему все верят, а вы не верите?

— Я вообще ни во что не верю. Ещё в прошлом году я работал в университете и преподавал там физику. Я знал, что у физики есть законы. Теперь же университет закрыли, и все учёные разбежались. Хорошо ещё, что нас берут на железную дорогу, потому что всякая нечисть не смеет к ней приблизиться.

— А что же случилось с университетом?

— Университет закрыли, потому что не осталось студентов, — вздохнул проводник. — И все школы закрыли. Даже детские сады закрыли. Остались только училища для колдунов.

— Но почему?

— Во-первых, потому, что люди готовы верить в белиберду, особенно если подвесить к белиберде хрустальный колокольчик.

— Но я сама видела привидения и драконов!

— И я видел, — вздохнул проводник. — Но я не знаю, что они собой представляют. А законы науки гласят, что после смерти люди не возвращаются, чёрные руки не вылезают из стен, а скелеты не прячутся в шкафах. Наконец, ни один граф не сможет прожить пятьсот лет, даже если он будет питаться одной простоквашей.

— А что же тогда творится вокруг?

— Вот этого я и не могу понять! — воскликнул проводник. — И мои друзья находятся в таком же отчаянии. Ну что же делать, если привидения и колдуны крадут детей! Люди перестали посылать детей в школы. Люди стали жить куда хуже, чем раньше, они отдают все ценности сборщикам налогов, которых посылает граф Дракула.

— И как же быть?

— Думать, искать выход, бороться и надеяться!

— На что?

— Например, на тебя, Алиса, — ответил старый проводник. — На то, что тебя не удастся сбить с толку и околдовать.

— Но я же только девочка! Когда вчера ночью из стены вылезла чёрная рука, я чуть от страха не умерла.

— Но господин Канис в тебя верит!

— Кто такой господин Канис?

— Я не могу тебе открыть его. Но он хороший и честный юноша.

— Я буду рада с ним встретиться, — сказала Алиса.

— Он сам решит, когда с вами встретиться, — ответил проводник.

Они доели бутерброды, а потом проводник сказал:

— Простите, но мне пора идти. Надо растопить печку, поставить чай для пассажиров. А если кто-то захочет перекусить, я принесу еду из вагона-ресторана.

Алиса посмотрела на часы. Уже скоро два часа, как поезд в пути. Поля вокруг исчезли, пошли горы, поросшие лесом. Горы были пока невысокие, скорее холмы. Они были укрыты пышным снегом.

Глава девятая
ПОЕЗД ДАЛЬШЕ НЕ ПОЙДЁТ

Поезд начал тормозить. Он тормозил рывками, словно машинист увидел препятствие слишком поздно. Стакан слетел со столика.

Алиса кинулась к окну. Но ей был видел лишь склон холма. Она открыла дверь и выглянула в коридор — по ту сторону тоже был склон холма. Оказывается, поезд остановился в ложбине между двумя холмами. Как в большой, широкой канаве.

Алиса пошла к проводнику, чтобы узнать, что же произошло.

В служебном купе проводника не было.

Алиса пошла по вагону. Открылась дверь в купе, и выглянул испуганный молодой воспитатель детского сада.

— Что случилось? Почему стоим? Что за безобразие! — восклицал он.

— Не бойтесь, — сказала Алиса. — Сейчас поедем дальше.

— Вы так думаете? — обрадовался учитель. — Вы в этом уверены?

Открылась ещё одна дверь, высунулся толстый мужчина. Он крутил головой, вздыхал, но молчал.

«Ах, какие они все запуганные, — подумала Алиса. — За них страх всё решает. А ведь главное — никогда ему не поддаваться».

Алиса решила пройти вперёд по поезду и посмотреть, что же там произошло. Она перешла в другой вагон. Переходы между вагонами были открытыми, поэтому мороз сразу хватал за лицо и руки. Дул ветер со снегом.

Алиса перебежала в следующий вагон. Она не помнила, сколько вагонов отделяют её от паровоза. Хорошо бы поменьше!

В третьем вагоне было совсем пусто. Одно из окон было опущено, в него врывался снег, и он уже насыпал белый холмик в коридоре.

Алиса хотела закрыть окно, но ничего не получилось.

И тут она увидела, что навстречу ей по коридору спешит старый проводник. Вид у него был сумрачный, лицо бледное, усы повисли как макароны.

— Алиса, какое счастье, что я тебя нашёл! — воскликнул он. — Скорей назад, в этом вагоне оставаться нельзя.

Алиса не стала расспрашивать проводника — она уже отлично знала, что только глупые люди начинают задавать вопросы, когда надо уносить ноги. Она побежала обратно, за ней — проводник. Когда она пробегала мимо последнего купе, то услышала странное урчание — будто кто-то громадный чавкал и давился пищей.

Пробежав в свой вагон, проводник запер дверь и перевёл дух.

Они остановились в коридоре.

— Что случилось? — тихо спросила Алиса. Ей передалось волнение старого проводника.

— Впереди путь завален снегом.

— Лавина?

— Я бы не сказал, — ответил проводник. — Откуда взяться лавине, когда нет крутой горы? У меня такое впечатление, что завал сделали нарочно.

— Кто?

— Они. Слуги Дракулы.

— Зачем?

— Они всегда стараются уничтожить поезда — последний наш оплот. Они не смеют на них нападать, но строят ловушки.

— Так надо скорее дать задний ход! — предложила Алиса.

— Машинист хотел это сделать, — ответил проводник. — Он взобрался на паровоз и увидел, что сзади нас собралась целая толпа разных оборотней и привидений. Они заваливают пути снегом. Мы в ловушке.

— Неужели неоткуда вызвать подмогу? — спросила Алиса.

— Только из города, — ответил проводник. — Там есть специальная спасательная бригада. Но они же не знают, что с нами случилась беда.

— А как дать им знать?

— Для этого надо добраться до станции. Отсюда два километра до полустанка Праскава. Там есть телеграфный аппарат.

— Так пошли же! — сказала Алиса.

— Нет, нам не дойти, — вздохнул проводник.

— А если не идти, когда нас хватятся?

— Они пока не беспокоятся, потому что здесь часто бывают заносы и паровоз пробивается сквозь них очень медленно, хоть и везёт перед собой треугольную лопату, чтобы чистить рельсы. Только часа через два в городе начнут беспокоиться, ещё через час решат послать дрезину со спасателями, ещё через три часа они сюда доберутся. К этому времени нас не будет в живых.

— О, какое несчастье! — закричал из-за двери купе воспитатель детского сада. — Не надо было мне стремиться к образованию! Лучше бы меня выгнали из школы.

Проводник отворил дверь купе воспитателя и сказал:

— Выходите к нам! Мы соберёмся в служебном купе, закроем ставнями окна, запрём двери и будем ждать подмогу.

— А дождёмся? — Преподаватель выглянул в коридор, его трясло от страха.

— У нас всё уже рассчитано, — сказал проводник. — Не первый раз на нас нападают. Иногда удаётся удержаться до подхода помощи!

— А иногда? — спросил преподаватель.

— А иногда не удаётся, — сказал проводник и погрозил кулаком в сторону окна.

Алиса обернулась.

За окном торчала голова снеговика с угольками вместо глаз и морковкой вместо носа. Голова улыбалась, и это было неприятно.

Голова поднялась повыше, и Алиса поняла, что она надета на шест, а шест держит в руках облезлый медведь в валенках.

— Что это такое? — удивилась Алиса.

— Они снеговика лепят, — ответил проводник. — Он умеет замораживать людей.

— Нет, так нельзя! — возмутилась Алиса. — Мы с вами рассказываем детскую повесть. Так вы всех читателей перепугаете! Да и не только детей — вы только посмотрите на преподавателя детского сада, на нём лица нет.

Воспитатель так перепугался, что принял слова Алисы всерьёз и стал ощупывать своё лицо, будто его могли украсть.

— Этого я не хотел, — вздохнул проводник. — Но, к сожалению, в нашем мире это грустная правда жизни. Пускай те, кому страшно, дальше эту повесть не читают. А мы, Алиса, с тобой и с другими пассажирами поскорее спрячемся, чтобы привидения и оборотни не могли к нам пролезть.

— Скорее, скорее! — обрадовался преподаватель. Он схватил свой чемодан и, толкаясь, первым побежал в купе к проводнику. За ним поспешил толстый торговец.

Последней в маленькое служебное купе прошла Алиса. Было тесно. Воспитатель стонал, торговец вздыхал.

Проводник куда-то ушёл и долго не возвращался.

В вагоне становилось всё холоднее — видно, выгорела печка, а больше угля не подбрасывали.

В окно Алиса увидела, как из ельника вышел небольшой медведь. Он поднялся на задние лапы, чтобы получше разглядеть застрявший поезд, будто проверял, надёжно ли он застрял. Может, это был самый обыкновенный медведь, но Алиса уже стала подозревать всех животных в служении этому злодею — графу Дракуле.

Нет, так сидеть нельзя. Скоро уже начнёт темнеть, а в темноте, как известно, нечистая сила становится вдвое сильнее.

И тут вернулся проводник.

— Машинист сказал мне, — сообщил проводник, — что есть надежда на выручку. Надо ждать.

— Сколько надо ждать?

— Я думаю, часа два.

— А сколько до разъезда? — спросила Алиса.

— Два километра. До полустанка Праскава.

— Я туда пойду, — сказала Алиса.

— С ума не сходи! — воскликнул проводник. — Они тебя перехватят.

— Я замаскируюсь, — пообещала Алиса.

— Ты замёрзнешь!

— Я тепло одета. И я не боюсь мороза.

— Они тебя растерзают!

— У меня есть «Пилат». Я могу ходить по воздуху и подниматься на несколько метров.

— Но вокруг дежурят совы и вороны! У них есть летучие вампиры! Они тебя поймают и в воздухе.

— Я не могу ждать, — возразила Алиса. — Я и в детстве этого не выносила. Они же думают, что мы сидим и ждём помощи, правда?

— Конечно, они уверены, что никто из нас и носа не высунет из поезда.

— Тогда я буду делать то, чего от меня не ожидают, — сказала Алиса.

— Ну как знаешь, — вздохнул проводник. — Ты уже большая девочка. Моё дело — честно предупредить.

— Можно я возьму простыню? — спросила Алиса.

— Зачем?

— Чтобы меня не сразу заметили.

— Это же надо так придумать! — обрадовался проводник Алисиной догадке. — На белом снегу под белой простынкой! Бери простыню, конечно, бери.

— А когда я доберусь до полустанка Праскава, что мне делать дальше?

— Первым делом сообщи тамошнему начальнику, телеграфисту Михаю, что путь завален снегом, пусть он вызывает помощь из города.

— А дорога от Праскавы до замка Кросскан есть? — спросила Алиса.

— Есть дорога. Только плохая, через лес.

— Я пойду через лес.

— Может, подождём вместе? — спросил проводник. — Ведь в Сухе-Быстрице тебя ждёт экипаж, он домчит до замка за полчаса.

— А когда это будет?

— Когда помощь придёт.

— Но никто не знает, когда она придёт!

— Никто не знает, — признался проводник, — но все надеются.

Алиса не стала больше тратить время даром. Она оделась, накинула на плечи лямки рюкзака, надвинула пониже на брови шерстяной шлем.

— Жалко, я лыж не взяла, — сказала Алиса. — И Пашка мне не сказал.

— Он же не думал, что вы будете по лесам ходить, — заметил проводник. Он был прав. Пашка не мог о таком догадаться.

— А здесь кто-нибудь ходит на лыжах? — спросила Алиса.

— У нас никто не смеет сунуть нос в лес, — сказал проводник. — И вообще люди предпочитают не отходить далеко от своего каменного дома.

Алиса сняла с дивана простыню. Накинула её на голову. Теперь она была в белом плаще с капюшоном. Алиса подобрала подол белого плаща и сказала проводнику:

— До встречи!

— Я был рад с тобой познакомиться, — ответил проводник. — Надеюсь, скоро встретимся вновь!

Он проводил Алису до двери вагона, открыл её треугольным ключом и осторожно выглянул наружу.

Всё так же сыпал снег, небо скрылось за снежными хлопьями.

— Ещё долго до темноты? — спросила Алиса.

— Часа два, — ответил проводник.

Они разговаривали вполголоса, чтобы не привлекать внимания врагов.

Врагов пока не было видно. Но Алисе казалось, что за каждым деревом кто-то прячется.

— Снег очень глубокий, — прошептал проводник. — Как минуешь завал, выходи на железнодорожные пути и иди по шпалам — там снегу меньше.

— Зато меня лучше видно, — сказала Алиса.

— И это правильно, — вздохнул проводник. Он протянул ей руку на прощание и произнёс со слезами в голосе: — Жалко тебя, такая хорошая девочка и, вернее всего, погибнешь!

Хотела Алиса ему ответить, что не надо бояться, тогда и чудовища не возьмут над тобой власть. Но зачем обижать пожилого человека?

Алиса спрыгнула в снег и сразу ушла в него по колени.

Она поплотнее закуталась в простыню и стала карабкаться вверх по склону, к ёлкам, чтобы укрыться за ними.

Вскоре она уже оказалась выше поезда и смогла, выглянув из-за дерева, увидеть, что же произошло.

Справа, через три вагона, стоял паровоз с высокой трубой. Паровоз уткнулся в высокий вал снега и отчаянно дымил, будто сердился. Снежный завал тянулся метров на десять в длину. Если бы все пассажиры и проводники выбрались с лопатами, они бы его до темноты разбросали. Но Алиса уже знала, что никто вылезти не посмеет.

Если не считать дыма из паровозной трубы, ничто вокруг не шевелилось. Не было видно ни людей, ни животных.

Алиса пошла вперёд, вдоль поезда. Идти было очень трудно — каждый шаг давался с трудом. Снег был где по колено, а где и по пояс. Ведь в лесу никто не протаптывал тропинок для Алисы.

Алиса поняла, что так она доберётся до полустанка только к завтрашнему дню.

Сделав из простыни маленькую палатку, Алиса присела на корточки и прикрепила подошвы «Пилата» на свои сапожки.

Высоту полёта можно установить на браслете, приклеенном к руке, как вторые часы. Дальше всё зависит от твоего умения. Алиса знала, как пользоваться ранцем, главное, надо помнить о равновесии. Забудешь — полетишь к земле быстрее камня. Так что детям пользоваться подошвами «Пилата» строго воспрещается, пока они не сдадут специальный экзамен.

Алиса поставила на циферблате высоту два метра — ей не хотелось подниматься над вершинами ёлок, чтобы её не заметили. Она заскользила между зелёными ветками, умело отклоняясь от колючих иголок. Белая простыня развевалась сзади, и со стороны Алиса казалась привидением.

Она не успела толком подумать, какая ей польза от такого сходства, как заметила слуг графа Дракулы.

Оказывается, они таились прямо за снежным завалом. Поэтому их не было видно с поезда.

Если не знать, что это злодеи, захватившие всю страну, можно подумать, что за сугробом собралась сказочная компания.

Большой белый медведь, три привидения, снеговик с морковкой вместо носа, три волка, маленький, ростом с человека, дракон, скелет в чёрных брюках и без головного убора, на плече которого сидел большой чёрный ворон.

Заговорщики беседовали шёпотом, видно, боялись, что их подслушают. Но Алиса подобралась к ним довольно близко. Она подлетела сверху с откоса и притаилась за молодыми ёлочками. Теперь ей было всё слышно.

— Главная задача — найти чужую девочку по имени Алиса, — сказал чёрный ворон, сидевший на плече скелета. — Кто её увидит, пускай не ест, не кусает, кровь не пьёт, а связывает и везёт в замок господина Дракулы на допрос.

— А маркиза Жанна сказала не так! — заявило одно из привидений. — Она велела эту девочку не жалеть. Как увидишь, сказала, сразу бей током! А потом высасывай из неё все силы, пока она не станет бесчувственной тряпкой.

Дракон радостно пустил из носа две струи дыма, волки завыли.

— Это что же получается, бунт? — спросил скелет.

— Карр! — крикнул ворон.

— Мы всех их разорвём и замучаем! — сказало второе привидение, и остальные обрадовались ещё больше.

— Карр! — закричал ворон ещё страшнее.

И тут, подчиняясь его призыву, сверху, из облаков, скрытых снегопадом, ринулась вниз стая ворон.

Они начали кружиться над бунтовщиками, щипать их клювами, бить крыльями, терзать когтями. Те сбились в кучку, стараясь залезть под белого медведя, которому вороньё повредить не могло.

— Будете слушаться? — спросил скелет.

Никто не ответил, но никто и не возразил.

— Всех остальных, кого найдёте в поезде, вы можете есть, терзать, уничтожать, как вам нравится. Но девочка Алиса должна быть доставлена ко мне!

— А как мы её узнаем? — спросил снеговик.

— Будем всех спрашивать, — ответил скелет. — Кто скажет, что он не Алиса, — уничтожайте, терзайте. А если кто скажет, что он Алиса, свяжите ей ручки и ножки, заткните ей ротик, и мы её отвезём к начальству.

— А если станет сопротивляться, можно сначала её убить, — добавил ворон.

Алиса была рада, что подслушала этот разговор.

Из него она узнала для себя важные вещи. Во-первых, кто-то уже знает, что она едет этим поездом и к её приезду готовятся. Во-вторых, её намерены везти в плен, связав руки, ноги и заткнув рот. Вот этого Алиса не выносила и не собиралась допускать! В-третьих, она поняла, что всем, кто остался в поезде, грозит смертельная опасность! Она должна, обязана прорваться к телеграфному аппарату и сообщить в город о том, что поезд попал в ловушку.

— Когда мы будем их терзать? — спросило привидение.

Волки завыли от радости.

Алиса боялась увидеть среди этих злобных существ своего друга. Но эти волки были совсем другие — мелкие, с клычищами, облезлыми и злыми мордами.

— Сначала, — сказал ворон, — мы наберём камней и будем кидать в окна. Надо разбить окна и влезть внутрь.

— Но они знают об этом и прячутся в одном вагоне. В нём они закрывают окна чемоданами, досками, всем, что под руку попадается, — прорычал белый медведь.

— Знаю, — проскрипел скелет. — Терпение, друзья, терпение. У нас впереди целая ночь!

— А если к ним придёт подмога?

— Никто не знает, что они застряли. А телеграфисту Михаю на полустанке Праскава сам господин Дракула послал лживую телеграмму о том, что поезд отменили. Так что он тоже не беспокоится.

«Ой! — сказала себе Алиса. — Мне надо спешить!»

Привидения, волки, медведь и остальные чудовища полезли на холм и стали разгребать снег в поисках камней, палок и другого оружия.

Пришлось Алисе отступить повыше, чтобы они на неё не наткнулись.

Но как ей идти дальше?

Лететь на гравиподошвах между ёлок слишком медленно и ненадёжно. Это же не полет, а слалом. Подняться над деревьями — чересчур опасно. Тут тысячи ворон — они сразу тебя увидят.

И тут Алиса сообразила.

Ну как же она раньше не подумала?

Если боишься кого-то, то старайся казаться таким же!

А почему бы ей не стать призраком под белым покрывалом?

Гравиподошвы должны ей в этом помочь.

Алиса быстро сняла простыню и охотничьим ножиком прорезала в ней отверстия для глаз. Потом накинула простыню как балахон, скрепив её на боку так, что высовывались только руки. К счастью, Алиса никогда не расставалась с футлярчиком, в котором хранятся вещи, необходимые для путешественника. Там лежат нитки с иголками, скрепки, булавки, рулеточка, леска, крючки, шпагат, способный выдержать вес динозавра, и многое другое. И этот футлярчик помещается в широком поясе.

Соорудив себе одежду привидения, Алиса включила подошвы и поднялась на них на полметра над землёй. Теперь простыня почти доставала до снега. А Алиса казалась ростом со взрослого человека или, вернее, со взрослое привидение.

После этого Алиса включила движок и медленно, словно плыла по воздуху, спустилась к занесённым снегом рельсам по ту сторону сугроба.

Возле сугроба остались лишь два волка и снеговик.

Волки подняли головы и даже зарычали, словно почуяли чужого, но вставать со снега они не стали — больше поверили глазам, чем нюху.

Алиса не оборачиваясь поплыла над путями прочь от волков. А так как летела она медленно и со стороны казалось, что она не летит, а идёт, как ходят привидения — чуть касаясь земли, то никто не догадался, что Алиса — человек.

Правда, одна любопытная ворона довольно долго кружила над ней, время от времени каркая, словно удивляясь, но никто к ней не присоединился.

Через несколько минут Алиса пролетела мимо небольшой деревеньки домов в пять. Может быть, там жили стрелочники или путёвые рабочие. У одного из домиков стоял старик в меховой шапке и тулупе. Он увидел Алису, но сначала не смог разобрать, кто это белый несётся по рельсам. Алиса уже решила было спросить его, долго ли ещё ей добираться до полустанка, но не успела и рта раскрыть, как старик сообразил, что видит привидение.

— Ещё одно! — закричал он. — Чур меня, чур меня!

И кинулся в дом.

Только дверь хлопнула.

«Бедненькие, — подумала Алиса. — Каково же им жить здесь и всегда бояться! Жить в страхе год за годом. Бояться, что их обидят, укусят, а то и съедят.

Эх, позвать бы на помощь всех ребят из класса, наверное, мы бы придумали, как помочь этим людям. А так мы здесь только вдвоём. Я и Пашка. Но совершенно неизвестно, что там с Пашкой. То ли он заточён в подземелье, то ли стал лучшим другом графа Дракулы. И то и другое возможно, потому что Пашка хоть и смелый, но наивный и доверчивый. А этим порой пользуются всякие мерзавцы».

Алиса посмотрела на часы.

По местному времени около четырёх. Уже начало смеркаться.

Алиса вспомнила своё любимое стихотворение Лермонтова. Он писал:

Просёлочным путём люблю скакать в телеге

И, взором медленным пронзая ночи тень,

Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,

Дрожащие огни далёких деревень.

Наверное, он тоже чувствовал себя таким одиноким и никому не нужным! Вот пропадёшь в этих снегах, никто и не найдёт твоих следов. Только папа и мама будут плакать и спрашивать всех: «Где же наша дочь?» И Пашкина мама тоже…

Как жалко, что она не спросила проводника, зачем же эти привидения и вампиры лезут к нам, на нашу Землю, в нашу Москву?

Но кто тебе ответит?

Сбоку появилось привидение, издали похожее на Алису, только зелёнее.

— Где поезд? — спросило привидение. — Мне приказано там быть немедленно.

— Жди здесь, скоро приедет, — сказала Алиса привидению, и оно остановилось, поверив призраку в белой простыне.

И тут вдали показались огоньки.

И больше всего Алису порадовал самый высокий из огоньков — он был зелёным. Это горел семафор.

Значит, близко станция.

Алиса включила подошвы на полную мощность и помчалась к полустанку Праскава, где её должен ждать, если ещё жив, телеграфист Михай.

Ещё через пять минут Алиса как вихрь ворвалась на станцию.

Она забыла, что выглядит, по крайней мере, странно, и потому, увидев, что на платформе под фонарём стоит человек в красной фуражке начальника станции, она кинулась к нему.

— Господин Михай! — крикнула она.

Господин Михай поднял пистолет.

— Не подходи, — предупредил он. — Мой пистолет заряжен серебряной пулей. Ни одно привидение ещё не посмело на меня напасть. Лети к своему графу Дракуле! — Но, сказав так, он стал отступать к открытой двери в станционное здание.

— Не бойтесь меня, господин Михай! — взмолилась Алиса, и, чтобы начальник станции не ошибся, она сорвала с себя простыню, и та упала у её ног.

— Я живой человек! — закричала Алиса. — Я не привидение.

Глава десятая
ПОЛЕТ НАД ЛЕСОМ

Алиса сидела в жарко натопленной комнатке станции, где стоял телеграфный аппарат, а ещё помещался стол, два стула и печка, на которой шумел чайник.

Михай отправил срочную телеграмму в город, и теперь они пили крепкий чай с Алисиными бутербродами. Алиса удивлялась, чего же она замёрзла, если летела не спеша и укрытая простынкой.

— Простыня — не одежда для нашей зимы, — говорил Михай, разговорчивый, жилистый человек, у которого даже голова была такой маленькой, что форменная фуражка всё норовила сползти ему на нос. В конце концов он снял её и бросил на вешалку. Фуражка опустилась на крюк и спугнула маленького летучего мышонка, который затаился за плащами и куртками, висевшими там.

— Ах ты, мерзавец! — закричал Михай, выгоняя вампирчика в форточку, и плотно закрыл её за ним. —

Ну, нигде от них покоя не стало! Если им удастся нас покорить, люди будут рабами.

— Но зачем им это?

— А мне тут один вампирчик в лесу сказал: «Нам нужна власть, чтобы сосать кровь в своё удовольствие! Хватит побираться и таиться. Я хочу прийти на пункт питания и потребовать, чтобы мне дали девочку помоложе и послаще!»

— И вы думаете, что у них получится? — спросила Алиса.

— Не знаю. Но мы очень слабые, а их много, и у них сила.

— Но откуда их сила? — спросила Алиса.

— Никто не знает. Наверное, от колдовства.

Алиса вздохнула.

— С вами разговаривать — одно мучение. Откуда их сила — вы не знаете, как с ней бороться — вы тоже не знаете…

— Нет, мы сопротивляемся. Мы защищаемся.

— Конечно, вы меня простите, — сказала Алиса. — Вы человек взрослый, но у меня больше жизненного опыта, и я знаю, что нет такой крепости, которая бы в конце концов не сдалась. Так учил меня мой друг Ричард Львиное Сердце.

— О Ричарде не слышал, — заметил начальник станции. — А про крепость не понял.

— Ну как вам объяснить, Михай! Вот вы построили крепость. Всем крепостям крепость! И засели в ней. Но если вы себя посадили в крепость, значит, признались, что вы слабее врага. Вы уже в темнице, уже в плену. Пройдёт день, месяц, год, и ваши стены не выдержат вражеских снарядов, а ваши ворота проржавеют. И враги вас обязательно победят.

— А что же делать? — спросил Михай.

— Вылезать из крепости и идти на врага, — сказала Алиса.

— Наверное, в твоих словах есть правда, — сказал Михай. — Но тебе хорошо говорить — у вас-то привидений нет! А нас они замучили. Нельзя же сравнивать!

— А почему бы и не сравнить? Я одна, но я сейчас пойду дальше, в замок графа Дракулы.

— Ты с ума сошла! И не думай. Мы с тобой посидим здесь запершись. Ни один вампир нас не тронет. А утречком придёт поезд, ты вернёшься в своё купе. В Сухе-Быстрице тебя встретит карета, и ты увидишь своего Пашу уже завтра днём.

— Может, увижу, а может, не увижу. Может, придёт поезд, а может, не придёт, — возразила Алиса. — А я не хочу зависеть от других. Я хочу рассчитывать на себя. И я знаю, что Пашка ждёт меня, что я ему нужна.

— Мы все очень на тебя надеемся, — сказал Михай. — О тебе уже слухи идут по нашей стране. Вернее всего, привидения устроили засаду на поезд, чтобы тебя схватить. Так приказал сам граф Дракула.

— Михай, расскажите мне, как отыскать дорогу к замку Дракулы?

— Дорога-то есть, — вздохнул Михай, — но очень опасная. Она ведёт через лес, через развалины и потом через кладбище. Это просто ужас, а не дорога. Умоляю тебя, Алиса, останься со мной.

— Если я сейчас испугаюсь, — отрезала Алиса, — значит, я буду всю жизнь бояться. Не верю я в ваши привидения!

— Но как же можно не верить в привидения, — ахнул начальник станции, — если мы ими угнетены и запуганы?

— Вот в этом я и хочу разобраться, — сказала Алиса и стала собираться в дорогу.

Так как лыж на станции не было, она решила и дальше лететь на гравиподошвах. Если её маскарад удался днём и обманул привидения, то вечером уж тем более никто не узнает в ней девочку с Земли.

Михай нарисовал для Алисы карту пути.

Сначала дорога к замку ведёт через лес. Потом начинаются развалины маленького городка, который жители покинули из страха перед нечистью. За городком дорога пересекает старое кладбище. И потом начинается подъём на холм, на котором и стоит фамильный замок герцогов Кросскан, который Дракула у них отобрал.

Алиса спрятала карту на груди, хотя надеялась, что она ей больше не пригодится.

Алиса сделала вид, что ничего не боится. Так было надо. Потому что если она не боится, то и Михай становится смелее. Страх ведь заразный, как грипп. Можно заразить страхом целую страну или планету. А потом много месяцев придётся её лечить.

— Завтра, в крайнем случае послезавтра, ждите меня обратно, — сказала Алиса. — Я вернусь на поезде или каким-нибудь другим путём, но вам я обязательно обо всём сообщу. Вы ведь очень смелый человек.

— Ой, и не говори так, — ответил Михай. — Я сижу и дрожу. За себя дрожу, за тебя дрожу, за станцию дрожу. Хорошо ещё, что я холостой.

— Глупости, — сказала Алиса, натягивая свою маскировочную простыню с прорезями для глаз. — Если бы вы были трусом, то давно бы убежали с этой маленькой станции, где остались одни.

— У меня есть стрелочники, но они редко приходят, — сказал Михай.

— Скоро всё кончится, — сказала Алиса. — А сказки кончаются хорошо. Потерпите, Михай.

Михай похлопал Алису по плечу и проводил гостью до края платформы. От последнего фонаря начиналась просёлочная дорога к замку Кросскан. Она вела через поле и была обсажена по сторонам старыми дубами. Алиса включила подошвы, немного поднялась над дорогой и понеслась вперёд. Простыня чуть касалась снежного покрова, и снежок кружил серебряными облачками в синем вечернем воздухе.

Алиса обернулась.

Чёрным кубиком виднелось здание станции. На чёрном высоком столбе сиял зелёный свет. А в окошке уютно горела керосиновая лампа. Там сидел отважный Михай и ждал своего поезда.

— До свидания! — закричала Алиса, но её крик растаял в снегопаде.

Она полетела над дорогой, теперь уже как можно скорее, кутаясь в простыню, чтобы не замёрзнуть.

Алиса могла бы включить небольшой фонарик, который был вшит в её шерстяную шапочку, но потом подумала, что ей достаточно света луны.

Наверное, по этой дороге в последний раз кто-нибудь проезжал в прошлом году. И если бы не деревья по сторонам, трудно догадаться, что летишь над дорогой, а не над просекой в лесу.

Снегопад только-только прекратился, и облака улетели, унесённые последним усилием ещё недавно бешеного ветра. Наступит сказочный новогодний покой, когда воздух прозрачен и видны улыбки на личиках звёзд, когда снег настолько ровный и нежный, что даже птицы ещё не решаются оставить на нём тонкие треугольники своих следов. И всё это снежное одеяло соткано из миллиардов снежинок, из бриллиантиков голубого цвета.

Тишина такая, что слышно, как шепчутся звёзды, как пролетает по небу метеорит, как вздохнул в берлоге медведь, как пискнул в своей глубокой норе крот, увидев страшный сон.

Алиса летела над дорогой, стараясь не дотрагиваться краем простыни до снежного покрова.

«Странно, — думала Алиса, — я здесь уже давно, целый день, а не видела ещё ни одного ребёнка. Неужели их совсем не осталось?»

Дорога привела Алису к развилке. От развилки надо было брать левее, к развалинам городка, покинутого жителями.

На развилке стоял навес на четырёх каменных колоннах, за ним плита и в ней кран, от которого к самой земле тянулась сосулька.

Алиса догадалась, что летом из крана течёт родниковая вода.

Она остановилась, подошла к крану, отломила сосульку и начала её сосать. Если бы сейчас эту картинку увидела мама, а тем более домашний робот Поля, они бы с ума сошли. Впрочем, они бы ещё скорее сошли с ума, если бы знали, что Алиса летит в замок, которым правят привидения, да ещё мчится по заколдованному зимнему лесу, куда ни один человек не смеет сунуться…

И не успела Алиса додумать мысль до конца, как из-за каменной колонны вышел маленький мальчик в серых лохмотьях и шапке с оборванным ухом.

— Добрая тётенька, — сказал он, протянув к Алисе тонкую, посиневшую от мороза ручку, — подайте кусочек хлебца несчастному сиротке.

— Ой! — испугалась Алиса. — Ты что здесь делаешь? Ты же замёрзнешь!

— Я обязательно замёрзну, — сказал мальчик. — Я чувствую, как онемели мои ножки и отморозились уши.

— Так беги домой!

— У меня нет дома, — сказал мальчик, — я днём сижу в снегу, ночую в ледяном погребе, а кушаю льдинки и сосульки. Помоги мне, обними меня! Неужели ты дашь мне погибнуть?

Мальчик шёл к Алисе, протягивая бессильные ручки и дрожа всем тельцем.

Алисе стало его безумно жалко. Она подбежала к нему и обняла.

— Как же так! — говорила она. — Сейчас я тебя разотру, сейчас я дам тебе глюкозы…

Но она не успела ничего сделать, потому что в мгновение ока ручки мальчика, которые обнимали её шею, стали цепкими и когтистыми. Он вцепился в шею Алисы и раскрыл ротик… изо рта торчали длинные загнутые зубы!

Ещё секунда — и он вонзит зубы в шею Алисе!

Алиса рванулась в сторону, но мальчик висел на ней, не отпуская.

Он злобно захохотал, и его хохоток понёсся над снежной пустыней, устремившись к звёздам.

Ужас придал Алисе дополнительные силы. Она оторвала от себя когти маленького чудовища и успела нажать на кнопку гравиподошв.

Тут же подошвы заработали и понесли Алису вверх.

Секунду, а может, две маленький нищий висел на Алисе, а потом его когти разжались, и с отчаянным криком он понёсся к земле.

Алиса только тут сообразила, что она могла и убить этого перевёртыша. Ведь за две секунды подошвы вознесли её на высоту пятиэтажного дома.

Опомнившись, Алиса испугалась за мальчика и быстро спустилась к нему. Но касаться его не стала.

Мальчик лежал, зарывшись в снег, глаза его были закрыты.

— Ты не разбился? — спросила Алиса.

Мальчик не отвечал.

Алиса протянула руку, и тут мальчишка сразу ожил и снова кинулся на Алису. Бывают такие собачонки. Вроде ты ей всё объяснил и она уже поджала хвост, но стоит тебе повернуться к ней спиной, как она в бешенстве кидается, чтобы схватить тебя за пятку.

Но Алиса два раза на одну уловку не попадается.

Она успела отскочить.

Мальчонка стоял, расставив руки и согнув ноги, готовый прыгнуть. Глаза его сверкали отчаянным зловещим блеском. Он снова кинулся на Алису, и она опять отпрыгнула в сторону. Злости в этом мальчонке было хоть отбавляй, но вот спортом он никогда не занимался и конечно же в ловкости ему с Алисой не сравниться.

Когда он кинулся на Алису в третий раз, она подставила ему ножку, и мальчишка растянулся во весь рост. Теперь-то уж Алиса его не жалела. Она поняла, что он мальчик-ловушка для случайного путника. И относится он к компании привидений.

Хитрец сообразил, что Алису ему в честном бою не одолеть, поэтому он кинулся на землю и принялся кататься по снегу и горько плакать.

— Ты меня избила! — кричал он. — Ты меня искалечила! Вот мой старший брат придёт, он тебе покажет.

— И кто же такой, если не секрет, твой брат? И где он живёт?

— Мой старший брат — великий волшебник! — заявил нищий мальчик. — Он живёт в замке.

— А ты, несчастный врунишка, побираешься? И давно ты видел здесь прохожих?

— Давно, — ответил мальчик, — очень давно. И я сильно проголодался.

— Так чего же сидишь?

— Потому что жду девочку Алису. Я должен её поймать.

— А потом?

— Раньше был приказ доставить её в замок. А сегодня пришёл новый приказ — если будет сопротивляться, её можно убить!

— И кто же приказал?

— Меня не спрашивают, — ответил мальчик.

— И где же ты живёшь? — спросила тогда Алиса.

— Я на кладбище, — быстро ответил мальчик, и Алиса подумала: снова врёт!

Алиса потуже закуталась в простыню и включила подошвы.

Мальчик, который смотрел на неё с земли, спросил:

— Так ты Алиса или не Алиса?

— Я привидение! — откликнулась Алиса. — Неужели тебе это непонятно?

Она летела всё выше, и снизу донёсся голос мальчика:

— Чего же ты раньше не сказала! А я думал, что ты Алиса…

Алиса больше не слушала его. Она полетела левее.

Никто её не преследовал, никто не обращал на неё внимания.

Снова набежали облака, и луна всё чаще скрывалась за ними.

Сразу становилось совсем темно, и Алиса поднималась повыше, чтобы не задеть вершины деревьев.

Она миновала развалины городка, покинутого жителями.

Некоторые дома ещё стояли совсем целые, у других провалились крыши или упали стены. Летучая мышь поднялась с развалин и погналась было за Алисой, но, не долетев до неё, повернула обратно, крикнув:

— Извини, я тебя за девочку Алису приняла, а ты, оказывается, одна из наших!

«Чего же они так стараются, так хотят меня поймать? — удивилась Алиса. — Ничего плохого я им не делала и всего-то везу Пашке тёплые вещи. А можно подумать, что обо мне чуть ли не каждое второе чудовище уже знает. Даже драконы!»

Вот и городское кладбище.

Тут Алиса взяла ещё повыше. Ведь если здесь мертвяки всю страну завоевали, можно представить, что они творят на кладбище! Если спустишься, тут же разорвут.

Сверху Алисе показалось, что при её приближении стали двигаться каменные плиты, из-под них вылезали руки скелетов, но, может, это показалось с перепугу — ведь Алиса летела высоко, а луна зашла.

И вот впереди показались стены и башни замка, который венчал собой пологую гору, поросшую вековыми елями. Ели стояли тесно, так что холм был похож на спину ежа.

Сам замок был сложен из плит светлого камня и поэтому казался призрачным. Железные ворота были закрыты, стены — высокие, по углам поднимались круглые башни, а в центре стояла главная толстая и высокая башня с узкими окнами. В некоторых поблёскивал свет. Алиса знала, что такая башня называется донжон.

Сомнений не оставалось. Это был замок Кросскан, захваченный привидениями графа Дракулы.

Путешествие Алисы закончилось.

Глава одиннадцатая
ЖИТЕЛИ ЗАМКА КРОССКАН

Ворота в замок были закрыты, и Алиса предпочла подняться повыше и перелететь через стену. Зачем стучаться в ворота замка, где тебя ждут не только друзья?

Алиса надеялась, что её не заметят. Было уже совсем темно. Луна спряталась, снова пошёл снег, правда, не такой густой, как прежде.

Алиса поднималась всё выше, вот зубцы крепостной стены остались внизу, и её глазам открылся двор замка, освещённый факелами. Двор замка был очень велик, в половину футбольного поля. Он был занесён снегом, но не весь — по краям его, в тени стен и башен, рядами тянулись хижины, видно, окрестные жители скрывались в них от непогоды или вражьих набегов.

Алиса медленно кружила над двором замка, стараясь понять, живёт ли кто-нибудь в этих хижинах.

Казалось, что там есть люди — снизу доносились голоса, стоны, бормотание, но ни в одной из хижин не горел свет, из труб не поднимался дым, да и не было видно тропинок или дорожек в снегу, словно обитатели хижин сидели дома и не смели высунуть носа на мороз.

Алиса не заметила, как рядом с ней появилась большая сова, ростом с немецкую овчарку.

— Пароль! — просвистела сова.

Алиса не стала ей отвечать — что бы ни ответила, всё равно ошибёшься. Вместо этого она приказала подошвам нести её вниз и ухнула к самой высокой башне скорее, чем сова успела спуститься за ней.

На верхушке башни был люк, от которого вниз вели ступеньки.

Алиса прыгнула к люку и побежала вниз по каменной лестнице. Лестница была узкой, она жалась изнутри к каменным стенам башни.

Сова громко захлопала крыльями, крикнула что-то неразборчиво, но внутрь башни сунуться не посмела.

Алиса понимала, что если сова служит в замке часовым, то она обязательно сейчас доложит своему начальству, что видела подозрительное привидение в белой простыне, летающее, но не желающее сообщить пароль.

Ах, как жаль, что у Алисы нет шапочки-невидимки. Когда-то была, но она сдала её в музей, потому что эта шапка соткана из невидимого растения, растущего на планете Блайвау. Там такие растения встречаются очень редко. Они стоят в степи и поджидают пролетающих мимо птиц. Те попадаются в колючие, гибкие, упругие ветви, как в паутину, и растение, задушив птичку, пьёт её соки. Со стороны совсем непонятно, что происходит. Почему птичка бьётся в воздухе, когда рядом нет никаких врагов? Из волокон такого растения и была соткана шапка-невидимка, которая досталась Алисе совершенно случайно на ярмарке возле города Палапутра на планете Блук. Тогда Алиса была ещё совсем ребёнком, но, честно говоря, шапка-невидимка здорово помогла Алисе в её приключениях. А вот когда они с папой вернулись домой, папа сказал, что такой редкой и ценной вещи место в музее, потому что если её не сдать в музей, то шапка-невидимка быстро износится. Он сам ещё относительно недавно был школьником и знал, сколько всяких шалостей можно сотворить в школе с помощью шапки-невидимки. Алиса вздохнула и послушалась папу. Она всегда его слушалась, если думала, что он прав.

Жалея о шапке-невидимке, Алиса спускалась по лестнице в башню. На верхних этажах никого не было. Там валялись сломанные стулья, стояли покосившиеся кровати без матрацев, валялись дырявые тазы и мятые кастрюли — люди хранили там ненужные вещи, которые было жалко выкинуть.

Алиса миновала три этажа.

Перед спуском на нижний этаж она остановилась, потому что снизу пробивался свет. И слышались голоса.

Алиса подошла к отверстию в полу, от которого вниз вела лестница, и, присев на краю, заглянула вниз.

Она увидела большой круглый зал, занимавший нижний этаж центральной башни. Зал был кое-как освещён факелами, которые торчали из железных колец, укреплённых в стенах меж каменных глыб.

В зале было два стола. Один длинный, видно письменный, заваленный бумагами, книгами и пергаментными свитками, стоял у камина, над которым был прибит щит с гербом — рыцарская рука с обломанным мечом. Второй стол, круглый, столовый, стоял посреди башни.

На стенах висели неприятные картины: тщательно вырисованные изображения всевозможных чудовищ: привидений, драконов, вампиров, ведьм, а также воронов, филинов, чёрных котов и бурых жаб.

Вокруг обеденного стола, на котором стояли бутылки и кувшины с напитками, на стульях с высокими спинками сидело несколько человек. Все они были Алисе знакомы.

Ближе всех к Алисе сидел человек, похожий на белого ворона. У него был длинный, как клюв, розовый нос и ёжик белых волос на голове. Конечно же, это граф Дракула!

В соседнем кресле расположился лысый длиннорукий человек, головка тыквочкой, одетый в обычный мужской костюм, поверх которого было надето широкое пальто. Это был профессор Гоц.

Третьей персоной за столом была маленькая красивая женщина средних лет в длинной горностаевой шубе, похожей на королевскую мантию. Высокий твёрдый воротник подпирал подбородок женщины, её голова в маленькой круглой меховой шапочке была поднята, подбородок торчал впереди, и оттого она казалась ужасно гордой и даже спесивой. Алиса эту женщину видела в городе. Называли её маркизой. Четвёртого человека за столом Алиса отлично знала. Это был, разумеется, Пашка Гераскин. Чтобы не мёрзнуть в холодном зале, он разыскал где-то старую кожаную курточку, а горло обмотал полотенцем. Алисе стало жалко Пашку, и она уже готова была спуститься вниз и сказать ему, что в рюкзаке лежит его настоящая зимняя куртка с обогревом. Но что-то её заставило замереть у лестницы.

Если бы Алиса не добиралась сюда с таким трудом и через такие испытания, если бы не знала, что граф Дракула велел её поймать, она бы вела себя иначе.

Алиса стояла, склонившись над люком в полу второго этажа, и глядела вниз. Ей был отлично слышен разговор, который вели люди внизу. И Алиса решила, что постоит здесь немного, может быть минут пять, и послушает, о чём идёт речь.

Граф Дракула налил себе в бокал из кувшина и сказал:

— Немного осталось ждать, немного. Мы ждём твою подругу с минуты на минуту.

— А я уже волнуюсь, — сказал Пашка.

— Скоро она будет, очень скоро. Я послал ей навстречу верных драконов.

— Только не испугайте её, пожалуйста, — попросил Пашка.

— Чтобы я посмел поднять палец на саму Алису Селезнёву?! Да никогда! — возмутился граф. — Ты меня оскорбляешь, мой друг Гераскин.

— Послушайте, граф, — трескучим голосом сказала маркиза, — а вы уверены, что Алису не перехватят ваши враги?

— Всё в порядке, — ответил граф-ворон. — Мои привидения её не пропустят.

— Я тоже с нетерпением жду Алисочку, — сказал длиннорукий человек в пальто. — У меня руки связаны без микроскопа! Какая жалость, что я слишком торопился!

— Мы с уважением относимся к вашим исследованиям, профессор Гоц, — сказал граф Дракула и задумчиво покачал носом, словно хотел клюнуть профессора. — Мы желаем узнать, из чего сделаны привидения.

— Скорее бы, скорее! — Маркиза потёрла руки, словно обжора, увидевший, как несут кастрюлю с борщом. И Алиса подумала, что эта женщина — притворщица.

— Не дождусь! — воскликнул Пашка. — Мы с Алисой тут же полетим в Дикие горы.

— С минуты на минуту, Пашенька, — сказал Дракула. — А потом ты отвезёшь меня в гости к себе.

Он для всех находил доброе слово, всем улыбался, но Алиса остерегалась его даже на расстоянии. Неужели Пашка и Гоц не чувствуют опасности? Конечно, они не знают, сколько горя Дракула принёс людям, но надо же чувствовать!

А что ей самой делать?

Спрятаться где-нибудь в замке, а потом тихонько отыскать Пашку и всё рассказать?

Но где спрятаться, как выследить Пашку?

Алиса так задумалась, что не услышала, как кто-то подошёл совсем близко. В последний момент она вскочила и прижалась спиной к стене.

В свете редких факелов Алиса увидела, что сверху спускается скелет. Деваться Алисе было некуда.

У Алисы было три секунды на размышление.

И она решилась.

Она сбросила простыню, взяла в руку рюкзак и, ничем не показывая, что волнуется, пошла вниз по каменной лестнице.

Она спустилась в нижний зал, и только тогда её заметили.

Первым её увидел Пашка.

— Урра! — закричал он, вскакивая со стула и кидаясь к Алисе. — Я же знал, что ты к нам прорвёшься! Не может быть, чтобы Алиса не пришла на помощь к друзьям.

— Алиса? — граф Дракула выпрямился, как складной нож. — Этого быть не может! Кто допустил?

Ещё больше разозлилась гордая маркиза.

— Где мой пистолет? — закричала она. — Я убью этого обманщика Дракулу!

Маркиза хлопала себя по бокам, но пистолета не находила. Она совершенно потеряла рассудок.

— Ты же мне обещал! Ты же здоровьем мамы поклялся, что она сюда не придёт! — кричала гордая дама. Её жесты, ужимки и прыжки были знакомы Алисе. Но кого же она ей напоминала?

— Моя мама давно померла, — ответил граф Дракула. — Ты поменьше верь моим клятвам. Я же негодяй!

— Но между своими… нельзя же так!

— Её уничтожить никогда не поздно, — сказал граф Дракула. — Так что ты, маркиза, не беспокойся. Мне сейчас важнее понять, как она сюда попала и кто ей помог! Я думал, что меня вся планета боится. Но, оказывается, кто-то не боится. И это мне не нравится. Придётся Алису пытать. А я так не люблю пытать девочек…

— Вы всё сказали? — спросил Пашка, который держал Алису за руку. — Теперь давайте я вам кое-что скажу. Меня очень удивляет ваше поведение, граф Дракула. Зачем вы мне клялись, что сделаете всё, чтобы Алиса нас нашла? Почему изображали из себя доброго человека и учёного? Говорите правду, иначе я приму меры!

— Ха-ха-ха! — затряслась от хохота маркиза. — Этот клопик хочет нас учить! Да я его растерзаю!

— И не мечтай, — ответил Дракула. — Эти людишки мне нужны. И без них мне трудно будет осуществить мои великие планы.

— А нам нужна Алиса! — бушевал Пашка. — И только попробуйте тронуть моего друга! Я весь ваш замок разнесу!

Маркиза снова засмеялась, правда, не очень громко.

— Вам придётся убить нас всех! — сказал Пашка. — Правда, Иона Ионович?

Профессор Гоц, который сидел в глубокой задумчивости, расчёсывая три волоса на макушке, сообразил, в чём дело, и сказал:

— Я полностью солидарен с Павлом Гераскиным. Немедленно отпустите девочку!

— Интересное кино! — возмутилась гордая маркиза. — Я-то думала, что он только о своих микробах умеет думать. А он нам угрожает!

Профессор отвернулся от маркизы и спросил у Алисы:

— Прости, девочка, привезла ли ты электронный микроскоп?

— Я выполнила все просьбы Пашки, — сообщила Алиса.

— Ещё бы! — сказал Пашка. — Я же на тебя надеялся.

Гордая маркиза оттащила высокого негнущегося Дракулу в сторону. Она что-то шептала ему, уговаривала, даже повизгивала от нетерпения и притопывала красной туфелькой.

Дракула глубоко вздыхал и думал.

Алиса тем временем вытащила из рюкзака тёплый костюм для Пашки, коробку с электронным микроскопом и футляр с хирургическими инструментами для профессора.

— У вас есть лаборатория? — спросила она.

— Нам обещали её выделить, — сказал профессор. — Иначе где я поставлю микроскоп?

Профессор приоткрыл коробку и проверил, правильно ли исполнила его просьбу Алиса.

— Ты не бойся, Алиска, — сказал Пашка, — мы тебя в обиду не дадим. Да и вообще это всё шутка. Они славные ребята. Дракула командует привидениями, а маркиза просто весёлая, ты её полюбишь. Её зовут Жанна ля Мотт. А она велит звать её попросту Жанной, представляешь, какая она демократичная?

— Тогда почему она так кричит? Почему хочет меня убить?

— Я полагаю, — сказал профессор Гоц, — что никто не собирается здесь вас убивать. Это всё шутки.

— Шутки? — Алиса хотела было рассказать, как она сюда добиралась. И как узнала, что есть приказ её убить.

Но тут Дракула кончил беседовать с маркизой Жанной и вернулся к своим гостям.

— Мне надо поговорить с Алисой один на один, — сказал он. — Так что все остальные свободны. Маркиза проводит вас в дом, где будет ваша лаборатория. Там ждите Алису.

— Дай-ка я сама с ней побеседую, — сказала маркиза.

— Жанночка, — попросил её Дракула, — проводи гостей. Я жду тебя к ужину.

— Я тебе не верю, — сказала Жанна. — На самом деле ты не хочешь её убивать. Если ты её не убьёшь, я сама её убью. А то она всё нам испортит.

— Я никогда и никого не убивал, — сказал Дракула. — Я очень добрый человек. Но жизнь заставляет… да, тяжёлая жизнь заставляет быть жестоким.

Он взмахнул рукой, и тут сверху, из тёмного отверстия в потолке, влетела воронья стая. С громким карканьем вороны принялись кружиться над людьми.

Отбиваясь от галдящих птиц, Пашка с профессором выбежали из башни. Маркиза, подобрав юбки, поспешила за ними.

— Теперь, когда мы остались одни, Алиса, можем поговорить серьёзно, — сказал Дракула.

Дракула отошёл к очагу и остановился там. Алиса посмотрела на знакомый герб над дверью — на щите рыцарская рука, которая держит сломанный меч. Она вспомнила, что это герб герцогов Кросскан, но ей было интересно послушать, что скажет Дракула.

— Чей это герб? — спросила Алиса.

— Наш герб, дракуловский, фамильный, — ответил Дракула, задрав голову, чтобы лучше рассмотреть щит.

— Какой он необычный!

— Ясное дело — необычный. Мой предок Дракула Третий однажды встретился в лесу с драконом. Дракон как раз поймал прекрасную княжну Мойру, единственную племянницу владетеля Бланманже. Дракон положил девицу на траву и думал, то ли съесть её, то ли на ней жениться.

— Неужели драконы женятся на девицах? — спросила Алиса.

— Когда девушки красивые, а драконы не очень большие, то чаще всего женятся. А если дракон большой, а девушка некрасивая, то скорее всего едят.

— И что же случилось потом?

— А потом мой предок Дракула Третий выхватил свой волшебный меч и ударил им дракона. Меч ударился о железную чешую и сломался, но дракон перепугался и улетел. Дракула Третий привёл девушку в чувство, вернул её родственникам, а сломанный меч стал основой нашего герба, потому что до того на нашем гербе был целый меч.

— А почему ваш предок не женился на Мойре?

— Потому что у него была жена и трое детей.

— А какой вы сам по счёту? — спросила Алиса.

— У меня шестнадцатый номер. Официально я именуюсь Дракула Шестнадцатый.

— Ну вот, — произнесла Алиса. — Наконец-то вы правду сказали.

— А остальное было неправдой?

— Боюсь, что да, граф, — вздохнула Алиса, которая отлично помнила рассказ о гербе, который слышала от герцога Франсуа и слуги Ганса.

— Ты плохо воспитана, Алиса, — сказал Дракула. — Но дело не в этом. Садись. Камин совсем погас.

Дракула хлопнул в ладоши. Послышались частые шажки, и по лестнице сверху сбежали на задних лапах гигантские белые крысы, каждая ростом со свинью. Они держали в лапах факелы. И улыбались, поводя усами.

— Ну и народец у вас, — сказала Алиса. — Предупредили бы, а то и испугаться недолго.

— А я думал, что ты любишь животных, — криво ухмыльнулся Дракула. Он так надеялся, что Алиса перепугается, но ошибся.

— Люблю, — согласилась Алиса. — Но обыкновенных.

— Обыкновенных животных не бывает, — возразил Дракула. — Проходи, проходи, не укусят. Они у меня смирные.

По знаку Дракулы крысы разожгли очаг и отошли к двери.

Низкий сводчатый потолок был покрыт сажей от свечей и факелов. Окошки, совсем маленькие, помещались под потолком. Дракула прошёл за стол и уселся на стул. Алиса стояла по другую сторону стола.

— Теперь, — сказал Дракула, — давай поговорим откровенно.

— Давайте, — согласилась Алиса.

— Признаюсь, что я приказал тебя убить.

— Я знаю.

— И знаешь почему?

— Нет, не знаю.

— Меня умоляла об этом маркиза Жанна ля Мотт.

— Почему? — удивилась Алиса.

— А вот это ты мне скажи, — ответил граф Дракула. — Маркиза — моя подруга, но истина дороже.

Крысы внимательно смотрели на Алису и улыбались. Какой противный этот Дракула, и друзья у него такие же! И верить ему не хочется.

Он обманывает, хитрит, даже говорит добреньким голосом, но забыл о том, что нормальный хозяин, если хочет поговорить с гостем, обязательно предложит ему стул, тем более если его гость — девочка, которая страшно устала. Но Алиса и виду не подала, а вежливо ответила:

— Давайте говорить откровенно.

— Тогда открой мне первый секрет. Как ты до меня добралась?

— С трудом, — честно ответила Алиса.

— Ты не должна была добраться! Все мои слуги ловили тебя!

— Это было отвратительно! — сказала Алиса.

— Почему же ты не вернулась?

— Но я обещала Пашке привезти тёплые вещи, — серьёзно ответила Алиса, глядя на Дракулу в упор и делая вид, что она не очень умная девочка.

— И поэтому ты не испугалась драконов?

— Нет, я испугалась драконов!

— Кто тебе достал билет на поезд? И не пытайся меня обмануть! Я всё знаю, у меня везде шпионы. Это был герцог? Этот проклятый Франсуа?

— К сожалению, я не могу вам ответить, — сказала Алиса.

— Ты ответишь! — Графа Дракулу охватил страшный гнев. — Я тебя растерзаю! От тебя одни уши останутся.

— Терзайте, — согласилась Алиса.

Не думайте, что она не боялась этого сумасшедшего графа. Как можно такого не бояться! Но ей казалось, что всё вокруг как бы понарошку. Даже крысы у дверей, которые подошли поближе и сидят, как сурки, на задних лапах, держа в лапах факелы, тоже ненастоящие.

Дракула ещё немного пошумел, потопал сапогами, но вдруг спросил обыкновенным голосом:

— Кто тебе помог из поезда удрать? Кто? Молчишь? А я вот узнаю! А кто тебе помог от поезда до моего замка добраться? Молчишь? А мы и это узнаем. У меня везде есть шпионы — всё небо, вся земля меня слушаются. Даже под землёй гномы и кроты на меня работают!

— Господин Дракула, — сказала Алиса, — если вы не знаете, как я сюда добралась, значит, ваши шпионы — барахло.

— Что-о-о? Что она мне говорит! Что ты понимаешь, пигалица, в шпионаже?

— А раз вы всё знаете, зачем меня спрашивать? — сказала Алиса.

Одна из крыс положила факел на пол и зааплодировала белыми лапками.

— Немедленно прекратить! — завопил Дракула. — Подними факел! Ты кому хлопаешь?

Он выхватил шпагу и попытался проткнуть крысу. Та взвизгнула и кинулась наутёк. Вторая, прежде чем последовать примеру подруги, умудрилась ткнуть Дракуле в лицо факелом, отчего кончик его носа почернел, а Дракула стал бить себя по носу, прыгать и ругаться. Глаза его злобно сверкали.

Наконец он пришёл в себя.

— Девочка, — сказал он хриплым голосом, — никогда не суди о сильных мира сего по их слабостям. Да, у меня бывают глупые слуги. Но их накажут.

— У-у-ух! — послышалось в ответ, и появившаяся из тёмного угла сова вылетела в дверь.

— Хорошо, Алиса, — продолжал Дракула. — Забудем прошлое. Я и без тебя узнаю, кто тебе помог, и накажу этих помощников. У тебя же теперь есть выбор. Ты можешь стать моей союзницей, помочь мне, подружиться со мной. А можешь погибнуть.

— Спасибо за такой выбор, — сказала Алиса. — А что значит дружба с Дракулой?

— Молодец, что так быстро соображаешь. Тогда и я буду с тобой откровенен. Я овладел всей этой страной. Мне подчиняются все привидения, оборотни, вампиры, гномы, водяные, ведьмы и живые скелеты. От меня нет тайн. Стаи драконов и воронья могут растерзать любого врага. Мой старый враг герцог Франсуа жив только потому, что я его жалею. Власть моя беспредельна!

— Так чего же вам ещё надо? — спросила Алиса.

— Мне нужна твоя Земля, — сказал Дракула. — Я не могу остановиться. Потому что я страшный тиран и типичный завоеватель. Как только я покорю одну страну, мне приходится покорять следующую. Если их не покорять, то они все восстанут и мне придёт конец. Но, к счастью, нет предела моему могуществу.

— Так и завоёвывайте, — сказала Алиса. — Зачем вам моя дружба?

— Труднее всего сделать первый шаг. Мне нужно проникнуть в твою Москву и установить там секретную базу. Оттуда я начну свои нападения… Ах, как славно! — Дракула даже подпрыгнул от радости. Он был похож на белого ворона с чёрным клювом.

Стукнув кулаком по столу, Дракула стал метаться вокруг стола, будто гонялся за тараканом.

— Мне нужны союзники, — заявил он. — Кто-то должен помочь привидениям и драконам вылезти из сундука, поселиться в тайном безопасном месте, накопить силы… ну как тут обойдёшься без помощников? Вам с Пашей и профессором Гоцем придётся взять на себя эту задачу. За это я вам обещаю что угодно. Хочешь стать министром? Хочешь быть начальником тюрьмы? Хочешь стать директором зоопарка и мучить всех животных? Ну скажи, чего ты хочешь?

— Пожалуй, я ничего не хочу, — сказала Алиса.

— Тогда моя подруга маркиза Жанна права, — вздохнул граф Дракула. — Обойдёмся без твоей помощи. Нам хватит Пашки и профессора. А для того чтобы ты их не испортила, мы тебя убьём прямо здесь!

— А они согласны вам помогать? — спросила Алиса.

— Почти-почти, — ответил Дракула.

Тут отворилась дверь, и показался Пашка Гераскин.

— Ну вот, — сказал он с облегчением. — Вы здесь. А то я уж стал беспокоиться за Алису.

— Спасибо, Пашенька, что ты пришёл. Значит, тебя ещё не до конца здесь испортили, — сказала Алиса.

— А разве меня можно испортить? — удивился Пашка.

— Вот видите, — повернулась к Дракуле Алиса. — Пашку испортить невозможно.

— Конечно, невозможно, — заговорил Дракула сладким голосом. — Пашенька — мой дружок, и его никто не испортит.

— Спасибо, — сказал Пашка. — Мне нужна Алиса. Можно, она пойдёт со мной?

Дракула с сожалением посмотрел на свою шпагу и сказал:

— Идите, дети, и помните, что через полчаса ужин. Чтобы не опаздывать.

Пашка взял Алису за руку и потянул наружу.

— Спасибо, Пашка, — сказала Алиса, — а то он уже приготовился меня убить.

— Ты ошибаешься, — возразил Пашка. — Дракула — хороший парень. Кстати, профессор ждёт привидения для исследования.

— После ужина! — крикнул вслед им граф.

Глава двенадцатая
УЖИН В ЗАМКЕ

Опять пошёл снег. Но не сильный. По углам замкового двора горели фонари.

— Ой! — воскликнула Алиса. — Какой ужас!

— Что случилось? — удивился Пашка.

Алиса выбежала на середину двора. На длинной перекладине между двумя столбами в двух петлях покачивались под ветром тела больших белых крыс.

— Он их убил! — произнесла Алиса. — Он приказал их убить.

— Ты что, Алиса, крыс пожалела? — удивился Пашка. — Да что эту нечисть жалеть! Правильно Дракула делает, что их уничтожает, а то они всё сожрут.

— Это не обыкновенные крысы, — возразила Алиса. — Они пожалели меня.

Сзади раздался воркующий голос:

— Так будет с каждым, кто не послушается приказов великого вождя и доктора чёрной магии графа Дракулы Шестнадцатого.

Алиса быстро обернулась и увидела, что сзади стоит маркиза Жанна ля Мотт. Задрав длинную юбку, маркиза достала из голенища сапога плоскую бутылку и, отвинтив пробку, запрокинула прекрасную фарфоровую головку. Маркиза пила из горлышка как последний пьяница.

— Алисочка, не преувеличивай, — засмеялся Пашка. — Здесь все такие милые. И Дракула совсем нестрашный. Он вместе с нами будет изучать привидения.

— Вот это правильно, — сказала маркиза и похлопала Алису по плечу тонкой рукой в красной кожаной перчатке. — И учти, что никуда ты от нас не уйдёшь. Мы ведь добрые, как считает Пашка, и будем играть с тобой в весёлые игры.

Она снова отхлебнула из горлышка.

— Жанна, — сказал Пашка, — перестаньте пить, граф будет недоволен.

— А ты ему не скажешь, лапулечка, — захохотала маркиза.

Алиса могла поклясться, что знает маркизу. Но откуда? Почему?

— Я скажу, я скажу! — закричал сверху ворон.

— Ах ты, птичья кровь! — завопила маркиза и кинула в птицу своей бутылкой.

Сверху полился спирт, и в воздухе запахло больницей.

Паша провёл Алису в соседний дом, прижавшийся задней стенкой к стене замка. Маркиза Жанна шла за ними и громко ругала ворон.

Внутри в небольшой полутёмной комнате за грубо оструганным столом сидел профессор Гоц. На столе стоял электронный микроскоп и лежали инструменты для изучения привидений. Профессор услышал, как входят Алиса с Пашкой, и радостно воскликнул:

— Ну как, скоро мне приведут привидение?

— Успеешь, дедуля, — сказала маркиза Жанна. — Хочешь выпить?

«Ну откуда я знаю эту маркизу? — мучилась Алиса. — Точно встречала. Только в другом виде».

— После ужина. Так обещал граф Дракула, — сказал Пашка.

— Это точно, — сказала Жанна. Она уселась на табурет и положила на стол ноги в сапогах со шпорами.

Потом откинула голову назад и сразу захрапела.

— Опять весь спирт выпила, — вздохнул профессор. — Мне же граф Дракула выдал бутыль для опытов, а она её утащила и выпила. Ох как трудно работать в таких условиях!

Никто ему не ответил. Алиса оглянулась на спящую Жанну и решила, что маркиза не услышит.

— Пашка, — спросила она тихонько у своего друга, — что тебе обещал граф Дракула?

— Ничего не обещал. Мы с ним дружески сотрудничаем.

— Он собирается к нам на Землю?

— Конечно, собирается, — ответил Пашка. — Он хочет показать нашим учёным своих чудовищ. Ведь он их выводил здесь генетически. Это очень интересно.

— Это замечательное открытие! — подтвердил профессор Гоц. — Граф Дракула прославится у нас на Земле. Мы обязательно поможем ему перевезти на Землю своих питомцев.

— Всё ясно, — сказала Алиса. — Вас обманули. Не нужны графу Дракуле ваши научные опыты. Он хочет завоевать Землю.

— Зачем? — удивился профессор Гоц. — Это нелогично! Учёные не бывают завоевателями.

— Дракула не учёный!

— Девочка, — возразил профессор Гоц, — не может быть, чтобы дикая, отсталая страна сумела победить нашу великую Землю! Как? С помощью драконов?

— С помощью земных предателей, — ответила Алиса. — Или наивных людей, которые думают, что завоевателям и покорителям можно доверять.

— Кого ты имеешь в виду? — спросил Пашка.

— Тебя, мой ангел, тебя, — вдруг проснулась маркиза Жанна. — И твоего дружка профессора. С вашей помощью мы перебросим на Землю передовые отряды драконов и привидений. Наш удар будет неожиданным и жестоким!

— Алиса, не верь ей! — закричал Пашка. — Никакие мы не предатели! Мы ничего не обещали.

— Но вы уже верите графу! А скоро он вас совсем запутает! — сказала Алиса.

— Если ты так будешь говорить, — возмутился Пашка, — то я тебе не друг!

— Именно этого Дракула и добивается, — едва ворочая языком, проговорила пьяная маркиза. — Вы все будете друг дружке не доверять. Сами себя… перебьёте!

— Не выйдет! — рассердился профессор.

— А он сначала вашу жену возьмёт в плен, — объяснила Жанна, — и ваших детишек посадит в подвал.

— Да помолчите же вы! — возмутился профессор. — Это сказка какая-то!

— Это страшная сказка, — ответила маркиза Жанна.

Тут дверь хлопнула, и внутрь комнаты ворвался снег.

На пороге стоял граф Дракула в чёрном плаще. Нос торчал, как меч, глаза горели, как угольки в печке.

— Поговорили, и хватит, — сказал он, схватил за шиворот маркизу Жанну ля Мотт и поднял. Затем приказал: — Собирайтесь на ужин. Стол накрыт в круглом зале главной башни. И чтобы без опозданий!

Он вытащил из комнаты Жанну, которая слабо сопротивлялась. Дверь хлопнула.

— Ну что ж, — сказала Алиса, — если приглашают, то надо идти.

— Ты считаешь, что я предатель! И я никуда не пойду! — заявил Пашка.

— Оставайся, — улыбнулась Алиса. — Я тебе чего-нибудь с ужина принесу.

— Не смейся надо мной!

— Тогда не принесу, — сказала Алиса и пошла наружу. Ей надоел этот детский сад.

Поднялся сильный ветер, мороз стал крепче. В некоторых хижинах вокруг двора поблёскивали огоньки, словно там горели свечки.

Вдруг Алиса увидела два привидения. Они шли медленно, не обращая внимания на Алису, и одно за другим они скрылись в одной из хижин.

«Зачем же привидениям дома? — подумала Алиса. — Они же живут в могилах!»

Вдруг Алиса споткнулась обо что-то.

В снегу цепочкой лежало несколько детских кубиков с буквами. Они составляли фразу:

НЕ ПЕЙ НИЧЕГО ИЗ ЧУЖИХ РУК

Алиса страшно обрадовалась, прочтя эту надпись. Она даже присела на корточки и, разгребая снег, погладила эти кубики. Только одно существо на всём свете могло отправить такое послание — приблудный волк Гаврюха. Милый, добрый, умный Гаврюха, который не потерялся, а нашёл Алису!

Пашка догнал Алису и чуть не налетел на неё.

— Ты чего в снегу сидишь? — спросил он.

— Так, — ответила Алиса. — Отдыхаю.

Сначала она хотела сказать Пашке, что волк Гаврюха в замке, но потом прикусила язык. Пашке-то она доверяла, он был хорошим другом. Но, к сожалению, у Пашки был один злейший враг — его язык. Так что Алиса с Пашкой дружила, а с его языком не дружила.

— Чего же ты сидишь в темноте, на снегу…

Алиса быстро поднялась, ударила ногой по кубикам, и они откатились в сторону. Пашка даже не сообразил, что случилось.

— Я подошву укрепляла.

— «Пилата»? Он тебе не пригодится, — сказал Пашка. — Нам ничего не грозит.

— Это замечательно, что нам ничего не грозит, — согласилась Алиса. — И всё-таки, если Дракула тебе будет предлагать что-нибудь пить, пожалуйста, воздержись.

— Ах, Алиса, — отмахнулся Пашка, — брось играть в детские игры. Мы с тобой не в логове пиратов, а в гостях в самом обыкновенном замке, в самом обыкновенном параллельном мире. Мы прилетели сюда изучать самые обыкновенные привидения.

— Отлично, — ответила Алиса. — И когда же начнём?

Пашка не почувствовал подвоха в вопросе.

— Завтра с утра нам приведут привидение, и мы начнём делать анализы.

— Эту ночь нам ещё надо прожить, — сказала Алиса.

Пашке надоело спорить с Алисой, и он пошёл вперёд, к главной башне.

Алиса оглянулась. Где-то здесь неподалёку прячется её чудесный волк! Какое счастье, что ты не одна! Ведь Пашка, к сожалению, не защитник.

Но Алиса никого не увидела. Она пошла вперёд к приоткрытой двери в круглую башню.

Зал был освещён. Не ярко, но ярче, чем другие комнаты в ночном замке.

Точно посреди башни слуги поставили большой круглый стол без скатерти. На нём тесно стояли всевозможные блюда и напитки. В центре возлежал поросёнок, отдыхающий на блюде, рядом возвышался приготовленный целиком павлин, а на продолговатом блюде таращился сом. Вокруг громоздились миски и плошки с салатами, капустой, грибами, тушёными баклажанами, картошкой и икрой. Между блюдами были втиснуты бутылки с вином и водкой, кувшины с квасом, лимонадом и даже банки с консервированным пивом.

Вокруг стола стояло пять стульев с высокими спинками.

Самая высокая спинка была у стула, на котором сидел граф Дракула.

Напротив него расположилась маркиза Жанна ля Мотт, которая успела переодеться и теперь была в розовом пуховом платье и обмахивалась веером из страусиных перьев. Её голову украшала необычная причёска с локонами на верхушке, а к этим локонам, как к волнам, был прикреплён шпильками маленький корабль под шёлковыми красными парусами.

Алису Дракула посадил справа от себя, Пашку — слева. На пятый стул уселся пришедший последним профессор Гоц.

Заиграл оркестр.

Алиса посмотрела в ту сторону. К стене башни был пристроен большой балкон, нависавший над столом.

На балконе сидело несколько чудищ — два скелета, привидение, ведьма, гном, гигантская крыса и что-то, похожее на жабу. Оркестранты играли на различных музыкальных инструментах.

Вдоль стен стояли слуги. Это тоже были привидения и различные уроды, облачённые в ливреи, с гербом герцога Франсуа Кросскан, который украл граф Дракула.

Скелет с хвостом, который торчал из-под ливреи, разливал по бокалам вино.

— Дорогие друзья, — произнёс граф Дракула. — Мы собрались на этот скромный ужин, чтобы отметить приезд к нам дорогой гостьи, отважной девушки по имени Алиса. Ура!

Оркестр загремел, как будто начался последний и решительный бой.

Маркиза Жанна схватила бутылку с водкой и налила себе целый бокал.

Она заметила, что Алиса наблюдает за ней, и спросила:

— Что, уже и выпить человеку нельзя? Я заслужила такую честь… А ты не узнаёшь меня? Нет?

Ну ладно, ещё узнаешь! За твоё здоровье, Алиса Селезнёва! Можешь звать меня просто Жанной!

Алиса мучилась: ну откуда ей знакома эта Жанна? Знакомые движения, присказки, даже кашель знаком. Как будто они раньше встречались… И отгадка уже так близка!

— Что тебя мучает, Алиса? — захохотала вдруг маркиза. — Ломаешь свою беленькую головку? Ломай, ломай, ничего не выйдет! Ты меня раньше не видела и ничего не помнишь. Вспомнишь — погибнешь!

Граф Дракула был полностью занят едой. Он обсасывал каждую косточку, прожёвывал каждый пирожок.

Маркиза Жанна ела быстро, жадно, но немного. Ей интереснее было выпить. А сколько в этой маленькой худенькой женщине помещалось водки и вина, человеку представить невозможно. При этом маркиза рассказывала глупые анекдоты, напевала давно забытые песенки и даже подмигивала Пашке, приговаривая:

— Ах ты, мой сообразительный! Ах ты, мой мягенький! Пойди сюда, я тебя съем! Ха-ха-ха!

Пашка был голоден. Он всегда голоден. Поэтому он положил на тарелку всего понемногу, а кое-чего помногу. В том числе гусиную ногу, копчёный окорок, половину сома, не говоря уж о закусках и гарнире. Алиса не испугалась, потому что знала: Пашка обжора, но сколько бы ни ел, всегда останется таким же худым и голодным.

Профессор Гоц заткнул за ворот белую салфетку и начал быстро орудовать вилкой и ножом — он отрезал кусочки и мгновенно забрасывал их в рот. Профессор был очень серьёзен и даже задумчив. Алиса решила, что, если бы сейчас у него над ухом выстрелили из пушки, профессор бы не заметил.

Дракула кидал вокруг настороженные взгляды, и Алиса понимала, что он только притворяется, что ест, а на самом деле планирует свои злодейства. И ей, Алисе, надо быть настороже, иначе съедят с потрохами, а маме скажут, что улетела в другую галактику.

«Дракула уже хотел меня убить, — думала Алиса, — только Пашка меня спас своим приходом». Если в самом деле этот Дракула и его маркиза хотят завоевать Землю с помощью привидений и всякой нечисти, то Пашка и профессор не помеха — их можно одурачить. Он их вокруг пальца обведёт. А вот Алису он обвести не может. И вовсе не потому, что она особенно умная, — просто чем-то она им с маркизой особенно опасна. Иначе почему они так разозлились, когда увидели, что Алиса всё-таки прорвалась в замок?

«Но что же отличает меня от других людей?» — ломала себе голову Алиса.

Она вспомнила о предупреждении волка, которое тот составил из кубиков: «Не пей из чужих рук…»

Но Дракула и не собирается поить Алису. Он приказывает налить вина всем. Скелеты-слуги наклонились и каждому налили в бокал.

— Мне не надо, — сказала Алиса. — Я не пью вина.

— Девочке налейте лимонаду! — приказывает Дракула.

«А лимонад мне можно пить или нельзя?» И как назло некого спросить. А пить так хочется!

Алиса внимательно смотрела, как скелет наливал ей в бокал из кувшина. От скелета пахло землёй. В череп вместо глаз были вставлены маленькие лампочки. Противно, просто ужасно! Но Алиса и это терпела.

— А теперь, — произнёс Дракула, поднимая свой бокал, — я хочу сказать, что благодарен судьбе за то, что она привела ко мне в гости замечательных людей, учёных, путешественников, мыслителей — Гераскина, Гоца и Алису Селезнёву. Они приехали к нам потому, что хотят помочь нашему великому делу. Только научный подход к нечистой силе поможет нам принести пользу человечеству.

— Слушайте, слушайте! — раздались крики.

Алиса в испуге обернулась и увидела, что в зал незаметно набились слуги, воины и помощники Дракулы — кого только не было там! Страшно даже во сне увидеть таких! А тут ты встречаешь их десятками, и совсем рядом. Удивительно, что все эти чудовища слушаются графа Дракулу, а не терзают его и гостей.

У Алисы всё внутри сжалось. Пашка побледнел. Только профессор Гоц закричал от радости:

— Ах, сколько у вас экземпляров! Умоляю вас, господин граф! Завтра же выдайте мне несколько штук! Сбылась мечта моей жизни! Не зря я кричал на всех перекрёстках Москвы, что привидения существуют. Мне не верили. Меня осыпали насмешками. Мне грозили антиалкогольной лечебницей. Но правда победила!

— Вот именно! — радостно поддержал профессора граф Дракула. — Мы с вами привезём в Москву всех моих детей! Всех моих уродиков и страшилок. Вы мне поможете?

— Разумеется! — кричал радостный профессор.

— И все смогут убедиться, — сказал граф, — что привидения существуют.

— Какое счастье! — закричал профессор и кинулся обниматься с Дракулой.

Дракула выставил перед собой ладонь, и профессор налетел на неё, как пароход на айсберг.

Пашка смотрел на Алису, и взгляд его был растерянным. Он уже сам не понимал, что хорошо, а что плохо. Конечно, приятно было стать ассистентом профессора, который открыл привидения и покажет их в Московском университете…

— Пашенька, — громко сказала Алиса, как бы угадав мысли друга, — а хорошо ли, если на Тверской улице в Москве будут летать драконы и сжигать маленьких детей?

— Алиса, что ты говоришь! — укоризненно произнёс Дракула. — Я же тебя предупреждал — не мешай мне! Ты плохо кончишь.

— Поосторожней! — Пашка строго посмотрел на графа Дракулу. — Не смейте угрожать Алисе.

— Но ведь твоя Алиса клевещет! — закричал Дракула. — Неужели мои миленькие, добренькие, хорошенькие ведьмы и скелетики, мои крыски и привидения могут кому-нибудь повредить? Это че-пу-ха!

— А я не согласна! — вдруг заявила маркиза Жанна ля Мотт. Покачиваясь, она поднялась, держа в руке бокал, из которого выплёскивалась на стол водка. — Наши привидения очень даже любят похулиганить. Мы всю Землю ограбим и запугаем, мы всех перебьём, а кого не перебьём, сделаем рабами! Да здравствует разбой!

Алиса измучилась, стараясь понять, кого ей так напоминает маркиза ля Мотт, ставшая похожей на крысу. Её причёска растрепалась, парусный кораблик, который раньше увенчивал её локоны, съехал вбок, будто собирался потонуть.

— Ну как, мои пташечки? — обратилась Жанна к привидениям. — Вы готовы к боям?

И все чудища, что набились в зал, стали кричать, шипеть и пускать искры.

— А ну, тишина! — рассердился граф Дракула. — Здесь командую только я!

Наступила тишина.

— Жанна, иди спать! — приказал Дракула. — Мы с Алисой выпьем на посошок.

Граф Дракула протянул руку с накрашенными длинными ногтями, схватил бокал, который стоял перед Алисой, и, поставив его перед собой, начал наливать в него тёмную жидкость из стоявшего отдельно небольшого кувшина.

— Давай, Алисочка, попробуй моей наливочки. Я сам её сделал. Я очень люблю сельское хозяйство…

Голос у Дракулы был ласковый, тихий, но глаза сверкали ненавистью. Не зря волк Гаврюха составил из кубиков предупреждение.

— Спасибо, — вежливо сказала Алиса. — Мне не хочется.

— Обижаешь, — сказал Дракула. — Ой как обижаешь!

— Пей, гадюка! — закричала маркиза Жанна. — Пришибу!

— Я, кажется, узнала тебя! Ты совсем не изменилась, — сказала Алиса, глядя в глаза маркизе. — А жалко, я так надеялась. Но, видно, горбатого могила исправит.

— Я не горбатая! — закричала маркиза, и тут корабль слетел с её причёски и грохнулся на пол.

Дракула не смотрел на свою сообщницу. Он кричал на Алису:

— Пей сейчас же!

Алиса взяла у него из рук бокал, Дракула хотел что-то сказать, но не успел, потому что Алиса со всего размаха плеснула из бокала в лицо графу. Тот схватился за глаза, а Алиса кинулась к двери.

— Держи её! — закричала маркиза и попыталась догнать, но она была пьяна, и поэтому ноги её не слушались. Зато все остальные привидения, скелеты и ведьмы кинулись следом за Алисой. Они бы догнали её, хотя бы потому, что некоторые стояли совсем близко от двери, но Пашка Гераскин отважно пожертвовал собой — он упал на пол поперёк двери, и преследователи Алисы один за другим попадали, спотыкаясь о Пашку. Они кричали, безумствовали, рычали, дрались и устроили такую пробку в двери, что Алиса успела выбежать на середину двора, разбежаться и включить свои гравиподошвы «Пилат». Они тут же вознесли её вверх.

Она оглянулась — привидения выскакивали из башни и бегали, светясь, по снегу. Следом за Алисой поднималась стая воронья и филинов. Потом разогналась и взлетела ведьма в ступе. Преследователи мчались за Алисой, словно рой пчёл, преследующий медведя, который неосторожно забрался в лесу в пчелиное дупло.

Алиса поняла, что в небе они её быстро догонят, и, увидев перед собой лес, стала резко туда спускаться.

Вот она достигла вершин деревьев, ветви били её по лицу и по рукам. Алиса жмурилась, чтобы не повредить глаза. Сзади слышалось карканье, уханье филинов и треск ветвей, но Алиса поняла, что преследователей стало меньше. Вороны не могут летать среди густых ветвей, ведьма тоже отстала — остались лишь филины.

Алиса летела в самой гуще леса, огибая деревья и большие сучья, как слаломист обходит флажки.

Вскоре она вырвалась на поляну. Вдоль поляны бежал ручей, такой быстрый, что даже не замерзал, и над ним поднимался пар. Ручей вытекал из каменного завала… и тут Алиса увидела, что среди мшистых валунов мигнул огонёк. Погас. Мигнул снова. Погас…

Алиса подумала, что хуже ей не будет. Надо надеяться, что этот огонёк зажигают её друзья.

Мало ли какие друзья могут быть у человека в чужом мире! Она затаится среди валунов, и филины её потеряют.

Алиса сбавила скорость и влетела в проход между гигантскими валунами. И тут увидела вход в пещеру. Его было трудно сразу заметить.

Алиса втиснулась меж камней и услышала, как что-то громыхает рядом. Она обернулась. Чёрный занавес закрыл от глаз звёздное небо.

Алиса догадалась, что кто-то привалил к входу в щель большой камень.

Потом раздался шёпот:

— Тихо, замри! Они должны тебя потерять.

Снаружи слышались звуки, шорох крыльев… потом всё стихло.

Глава тринадцатая
ПОДЗЕМНЫЙ ХОД

— Ну вот, — снова произнёс голос. — Придётся немного посидеть в темноте.

Голос был знаком, но Алиса не могла догадаться, кому же он принадлежит.

И тут её руки коснулось что-то влажное и холодное. Это был нос волка. Алиса протянула руку, и ладонь сразу согрелась от густой тёплой шерсти.

— Ой, мой миленький! — прошептала Алиса. — Мой дорогой волчище! Ты же меня сегодня уже спас.

— А он вас, госпожа, — откликнулся знакомый голос, — уже не раз спас и ещё спасёт.

— Кто это говорит? — спросила Алиса. — Голос как будто знакомый.

— Это же я, Ганс, неужто госпожа меня не узнала?

— Ты тоже пришёл ко мне на помощь?

— Это точно, — сказал слуга герцога. — Мне господин его светлость говорит: нельзя оставлять девчонку одну. Хоть она и не очень благородных кровей, всё равно бросать не положено. Вот я и поскакал на нашем последнем коне! Ты что молчишь, Алиса?

— Мне хочется плакать, — сказала Алиса. — Я думала, что мне уже конец пришёл.

— Так не бывает, — сказал Ганс, — в сказках и всяких хороших историях героев не убивают. И мы с тобой ещё победим.

— Мы вернёмся в замок? Спасать Пашку?

— Твоему Пашке ничего не грозит, — сказал Ганс. — А нам надо отсидеться, пока тебя не перестанут искать. И тебе полезно поспать немного. Небось давно не спала?

— Давно.

— Прижимайся к своему волку и спи, — приказал Ганс.

Алиса попыталась возразить, что не хочет спать, но у тёплого бока волка было так удобно и уютно, что она тут же задремала.

Проспала Алиса недолго. Волк зашевелился, убрал тяжёлую лапу, которой обнимал Алису, и ткнулся в её щёку холодным носом.

Алиса открыла глаза.

В расщелине меж двух скал, которые прислонились друг к дружке как карты, составленные домиком, горел небольшой костёр. Он почти не давал тепла, но на перекладине, положенной на рогульки, в котелке булькала вода.

— Сейчас чай будет, — сказал Ганс.

Его щекастая, обветренная физиономия казалась заспанной, голубые глазки заплыли.

— Только прости, — сказал он, — кружка у нас одна, пить будем по очереди. Но ты первая.

— Доброе утро! — сказала Алиса. — Я так рада, что вы меня нашли.

— Или ты нас нашла, — сказал Ганс. — Но это всё равно.

— Главное, что я сбежала от этих негодяев!

— Но ещё не всё кончено, — сказал Ганс.

— Я знаю, — сказала Алиса. — Мы должны выручить Пашку и профессора.

— И не только их.

— И не только их, — согласилась Алиса. — Хотя я совершенно не представляю, как мы это сделаем. Здесь нас всего трое, а их — штук сто.

Волк зарычал.

— Но у нас есть Алиса, — сказал Ганс. — Мне мой герцог Франсуа сказал: найди Алису, спаси Алису, охраняй Алису. Потому что только на неё наша надежда.

— Но почему мне все об этом говорят? — спросила Алиса. — Я же ничего особенного не знаю. Для меня всё это такая же загадка, как и для вас.

— Если бы так, они бы тебя не боялись, — возразил Ганс. — А они тебя очень боятся.

— Привидения меня не боятся, — возразила Алиса, — и скелеты меня не боятся, и драконы меня совершенно не боятся.

— Я человек простой, — сказал Ганс, я слуга господина герцога. Надо заметить, что последний слуга. И вот господин герцог меня послал — скачи, приказал он, к замку, у меня есть весточка от железнодорожников, что поезд попал в засаду, его окружили привидения, у них есть приказ взять Алису живой или мёртвой. Именно Алису! Вот так сказал мой герцог и приказал немедленно скакать к замку. По дороге я догнал твоего друга Каниса.

— Разве тебя Канисом зовут? — спросила Алиса у волка.

Волк кивнул.

— Он же не простой волк, — сказал Ганс. — Канис — заколдованный племянник герцога. Он оборотень.

— Значит, ты можешь оборачиваться человеком? — спросила Алиса.

Волк отрицательно покачал головой.

— Нет, — ответил за него Ганс. — Канис не может обернуться человеком. Он попросту человек, заколдованный в волка.

— Кто же тебя заколдовал, мой милый? — спросила Алиса.

Волк ударил лапой по мешку с кубиками, висевшему у него на шее, но Ганс не дал ему заняться кубиками, а сказал за него:

— У нас все знают, что это сделал Дракула!

— Так откуда он взялся, ваш Дракула? Он настоящий граф?

— Никто не знает, граф он или извозчик, — ответил Ганс. — Но он, к сожалению, настоящий волшебник. И притом, злобный волшебник. Он появился всего-навсего в прошлом году. Вдруг в нашем замке стали появляться привидения! Над замком летали драконы и вампиры. Сначала их было немного, и они разбойничали в горных деревеньках. Похищали там скот, овец и коров, крали детей.

— Неужели это правда?

— Для них нет ничего святого.

— И что же они делали с детьми?

Ганс ответил не сразу. Потом глубоко вздохнул и произнёс:

— Этого нельзя говорить девочкам, чтобы их не пугать…

— Меня уже ничем не испугаешь, — ответила Алиса. — Я за вчерашний день пережила больше, чем за всю жизнь.

— Я скажу тебе правду, — сказал Ганс. — Никто никогда больше не видел детей, которых украли привидения. Этих детей съели…

— Ой, не может быть!

— Всё может быть в нашем страшном мире! Рассказывать дальше или ты будешь плакать?

— Я не буду плакать, — сказала Алиса, — рассказывай.

— Никто из детей не вернулся домой, — произнёс Ганс. — И этим всё сказано. Родители искали привидения, даже гонялись за ними и старались убить… Но ничего из этого не выходило. И вот люди стали уходить из деревень, перебираться в города, затем в один несчастный день, когда мой герцог поехал в путешествие, чтобы открыть Северный полюс, а в замке оставался только сторож, привидения напали на замок и захватили его. Вот тогда-то люди узнали о графе Дракуле, который заявил, что его род владеет этим замком уже тысячу лет, что он знать не знает никакого герцога. И нашему господину Франсуа, открывшему Северный полюс, пришлось штурмовать собственный замок. Надо сказать, что бой был что надо! Но нас разгромили! Мы отступили, нас осталось только трое! Мы погибли бы, но железнодорожники помогли нам сбежать на почтовом поезде.

Ганс вздохнул и закончил свой рассказ:

— К сожалению, этим всё не кончилось. С каждым днём в нашей стране всё больше привидений и скелетов! Уже покорены города, уже детей не выпускают играть и гулять — люди после наступления темноты не смеют выйти на улицу… О горе! Зачем только я на свет родился!

Алисе было очень горько слушать этот рассказ.

Но тут совсем рядом она услышала постукивание. И увидела, что волк составляет надпись из кубиков.

Тем временем Ганс налил в свою кружку горячего чаю и протянул Алисе.

Ах, как славно было выпить чаю, хоть и без сахара! В жизни ничего более вкусного Алисе пить не приходилось.

Обжигаясь горячим душистым напитком, Алиса поглядывала, какую фразу составляет из кубиков приблудный волк.

А он выложил кубиками вот что:

КАКОЙ СЕКРЕТ ТЫ ЗНАЕШЬ

Алиса не поняла:

— Я не знаю никакого секрета.

— Канис прав, — сказал Ганс. — Я человек простой и необразованный, всего три класса кончил, хоть и с отличием, я тоже думаю, что ты, Алиса, знаешь какой-то секрет. И если ты сообразишь, что это за секрет, может, мы победим наконец эту банду!

— Я не знаю, как бороться с волшебниками! Совершенно не представляю.

Волк вскочил и стал принюхиваться.

Ганс тоже поднялся.

— Что-то неладно, — сказал он.

Алиса ничего не слышала.

— Ты никого не ждёшь? — спросил Ганс у Алисы.

— Нет.

Волк выскользнул из расщелины и помчался, сливаясь со снегом, к лесу.

В лесу стояла тишина, слышно было, как комья снега падают с ветвей на землю, как поскрипывают ветки, сжимаясь от мороза.

Издалека донёсся отчаянный крик. Кто-то звал на помощь.

— Может, Пашка? — спросила Алиса.

— Нет, — ответил Ганс. — Твой Пашка сейчас сидит в замке, как королевич. Он Дракуле нужен. Они же с маркизой всю нашу землю обобрали, им не терпится скорее к вам перекинуться и вас тоже пограбить.

— Но у нас развитая техника.

— Ой, не знаю, как справится твоя техника с призраками! — вздохнул Ганс. — Когда люди перепуганы, им ничего не поможет.

— Ваши железнодорожники не испугались.

— Они тоже испугались! Только стараются виду не показать, — сказал Ганс. — Их уже мало осталось. Не сегодня-завтра последний поезд пройдёт, и наступит тогда у нас полное господство этого волшебства.

Ганс говорил, но прислушивался к шорохам леса.

Всё было тихо. Но волк не возвращался.

— Что-то страшное случилось? — спросила Алиса.

Костёр уже почти погас, снаружи дул ветер и летел снег. Стоял серый холодный рассвет.

— Надо возвращаться в замок, — сказала Алиса. — Пашка такой невоздержанный. Увидит, что меня нет, начнёт искать, воевать, а Дракула ведь никого не жалеет.

— У него нет чувства жалости, — согласился Ганс. — Говорят, он раньше в этих местах разбойником был, грабил проезжающие кареты. Потом его банду стражники разогнали, он где-то скрывался… а снова появился уже графом. Но, может, врут люди, ты как думаешь?

— А откуда взялась эта маркиза? — спросила Алиса. — Что ты знаешь о маркизе Жанне?

— Никто о ней ничего не знает. Приехала неизвестно откуда, живёт вместе с графом, с утра до вечера водку пьёт. Совершенно бессовестная госпожа.

— Мне кажется, что я её знаю, — сказала Алиса. — И она меня знает.

— Ого! — воскликнул Ганс. — Думай, Алисочка, думай! Может быть, в этой маркизе вся загадка?

— Только я её не как маркизу знаю…

— Может, как графиню? Как герцогиню?

— Нет… близко, совсем близко, а не могу ухватить! — призналась Алиса. — Мне бы с ней ещё немного поговорить, я бы догадалась!

Алиса поднялась.

— Что же наш волк не возвращается?

— Я сам опасаюсь, — сказал Ганс.

— Пошли его искать?

— Ну как мы пойдём? — спросил Ганс. — Лес полон графских птиц и ведьм. Как от них скроешься?

— А как же вы думали в замок проникнуть?

— А мы собирались подземным ходом пробраться, — ответил Ганс. — Тебя найти и спасти.

— А мы не можем?

— Можем-то можем, но как до замка дойти?

— Но волк туда ходил! Он мне записку оставил, чтобы я из чужих рук не пила. Почему?

— Потому, что Дракула решил тебя отравить, но так, чтобы Пашка с профессором не догадались, что это он виноват.

Ганс выглянул из расщелины:

— Куда же волк девался?

— Пошли, — сказала Алиса. — Нельзя отсиживаться, когда опасность грозит всем. Пойдём по следам волка и узнаем, что случилось.

— Наверное, ты права, — согласился Ганс. Он взял копьё, взвалил на спину мешок и пошёл первым. Он шёл по следам волка, проваливаясь в глубокий снег. Сзади него в снегу оставались две траншеи, словно за повозкой. Алиса двигалась за ним, стараясь не ступить мимо траншей, а то провалилась бы в снегу по пояс.

Они шли молча, чтобы не привлечь внимания слуг Дракулы. Минут через десять местность начала подниматься — впереди был холм, на котором возвышался замок Кросскан. Над ним кружили вороны.

Алиса и Ганс не стали выходить на открытое место.

Ганс осторожно повёл Алису молодым ельником к речке, которая огибала холм. На удивление и небо и земля были пусты — ни одного ворона, ни одной летучей мыши… Удача сопутствовала Алисе.

— Подземный ход ведёт к речке, — тихо сказал Ганс. — Его сделали ещё в далёкие рыцарские времена, чтобы можно было выходить за водой. Конечно, в замке есть колодец, но для стирки воду брали в реке. К тому же если в замке кончалась еда, когда его осаждали враги, то по ночам через подземный ход к речке выбирались рыболовы, забрасывали удочки, а потом подкармливали своих товарищей.

Рассказывая, Ганс вёл Алису кустами к реке, а затем под невысоким обрывом вдоль берега замёрзшей речки.

— Странно, — сказал Ганс. — Даже охраны не видно — обычно у него на стене и на башнях дозорные сидят.

— Ничего, ты только поскорее покажи мне подземный ход, — попросила Алиса. — А почему их нет, мы потом выясним.

— К счастью, Дракула о подземном ходе не знает. Никто ему не сказал.

С этими словами Ганс нырнул в куст у обрыва и исчез.

— Ты где? — спросила Алиса.

— Я тебя жду, — глухо откликнулся Ганс.

Алиса протянула руку перед собой, и Ганс схватил её за пальцы и дёрнул внутрь.

Она оказалась в кромешной темноте.

— Ты держись за меня, — сказал Ганс, — крепко держись. Я этот ход знаю как свои пять пальцев. Раньше, бывало, герцог велит никуда не отлучаться, а моя Агнешка за рекой в деревне ждёт. Я — брысь в подземный ход, шасть к речке — бродом, тропинкой, ельником да березняком — и в деревню. Агнешка меня уже у околицы ждёт, идём с ней на танцы в другую деревню… Ах, нет теперь этих деревень! Кто жив остался, бежал в далёкие края. Где ты, моя Агнешка?

Ганс топал впереди, тяжело вздыхал, а потом стал рассказывать, какие замечательные танцы бывали в соседней деревне, как он плясал всю ночь без остановки и получал от девиц в награду пряник в полпуда весом…

Впереди показалась узкая полоска света.

— А теперь, Алиса, помолчи немного! — заявил Ганс.

Алиса хотела было обидеться — она-то ведь и слова не произнесла, только слушала, но некогда было обижаться: подземный ход вывел их в главную башню, где ещё вчера шёл пир. В башне было полутемно, грязно. Камин и факелы давно погасли, на столе стояла грязная посуда.

— Это кабинет Дракулы, — сказала Алиса Гансу.

— Ты что же думаешь — я не знаю, что это и есть кабинет его светлости герцога Франсуа де ля Кросскан? Что ж ты думаешь, я здесь не был ровно тысячу раз?

— А где Дракула?

— Сейчас узнаем, — сказал Ганс.

Глава четырнадцатая
ПОСЛЕДНИЙ ПАРАД

Ганс подошёл к двери на улицу, приоткрыл её. И замер.

Даже поднял руку, чтобы Алиса тоже замерла.

Алиса осторожно выглянула из-под его руки.

Она увидела невероятную картину. Дальнюю от башни половину двора занимали чудовища графа Дракулы. Они были разбиты на несколько неровных рядов.

Справа в заднем ряду мирно сидели три дракона, выпуская из ноздрей клубы дыма. Вокруг драконов было пусто — вряд ли кому-нибудь было приятно дышать этим дымом.

Дальше в два, а где и в три ряда стояли привидения, разные, от совсем прозрачных до зелёных светящихся. Привидения не могли стоять неподвижно, их ряды всё время покачивались, словно все вместе они были зелёной морской волной, которая с минуты на минуту обрушится на берег.

А вот скелеты, которые выстроились в колонну, стояли неподвижно, как костяные. Впрочем, они и были костяными.

Нестройной толпой скопились ведьмы. Некоторые были просто страшными старухами с торчащими зубами, другие, летающие, сидели в деревянных ступах, держа метлы на изготовку. За ведьмами Алиса увидела небольшую группу снеговиков с красными морковками вместо носов, а в углу в полутьме шевелились совсем уж незнакомые и непонятные чудища и существа.

Перед этим войском сидели, бегали, лежали волки-оборотни, скаля зубы и показывая красные длинные языки. На крышах и зубцах стен расселись сотни воронов, сов и филинов, а летучие мыши висели вниз головами на перекладине виселицы.

По двору бродили, не желая стоять в общем строю, чёрные коты и скорпионы.

Спиной к башне, откуда Алиса наблюдала этот парад, стояли сам граф Дракула и маркиза Жанна.

В руке маркиза держала серебряную ложку, а у своих ног в снегу она пристроила большую бутыль.

Возле Дракулы стояла большая клетка. В ней, держась за прутья сверху, висела мышь-вампир, а по полу клетки бегал, никак не мог остановиться, небольшой откормленный ворон.

Высокий скелет в обрывках генеральского мундира, с одним погоном и в одном сапоге вышел на пустое место.

Чеканя костяной шаг, он остановился в двух метрах от графа и скрипучим голосом произнёс:

— Личный состав армии графа Дракулы Шестнадцатого пересчитан, проверен и к боям готов. По спискам и в наличии привидений восемьдесят два, ведьм шестнадцать, одна пропала без вести…

— Вольно, вольно, — остановил его граф. — Всё в порядке, рапорт принят, можешь идти в строй, мой дорогой покойник!

Скелет резко развернулся, но от такого движения его кости стали рассыпаться. Привидения успели подхватить генерала и унести в задние ряды.

— Сегодня у нас большой трудовой день, мои мальчики и девочки, — начал свою речь граф Дракула. — Все основные силы моего войска собраны здесь для получения новых инструкций и заданий, а также для выслушивания важных сообщений. Сообщение номер один: мы начинаем вторжение в параллельный мир под названием Земля. Первым объектом нападения будет город Москва. Там нас ждёт большая добыча. Ура!

— Урррра! — закричали, завизжали, заскрипели, зашипели подданные графа Дракулы.

— Нашего полку прибыло! — продолжал граф Дракула. Он показал на клетку. — Это наши новые товарищи! — прокричал он. — Профессор Иона Гоц и Пашка Гераскин. Они решили влиться в наши ряды, чтобы помогать нам на Земле. Они нам покажут дорогу к почте, телеграфу и вокзалам, которые мы возьмём штурмом. Ясно?

— Уррррра!

Алиса в ужасе посмотрела на летучую мышь и ворона. Неужели это и есть Пашка и Гоц? Как мог Пашка, ученик московской школы, почти отличник, хороший сын и товарищ, превратиться в вампира? Что же, он теперь будет сосать кровь у товарищей по классу? Нападёт на свою маму? Какой ужас!

Но в то же время Алиса и радовалась.

Да, да! Несмотря на трагедию, которую она наблюдала, Алиса не могла не радоваться, потому что её подозрения подтвердились и она разгадала тайну графа Дракулы и маркизы Жанны ля Мотт. Она могла бы и сейчас уже рассказать об этом Гансу, но боялась, что Ганс что-нибудь не поймёт.

— Начинаем боевую зарядку! — закричала, выходя вперёд, маркиза Жанна.

Она вытащила из пышной причёски небольшую плоскую фляжку, отпила из неё и завопила:

— Мы ненавидим всех взрослых!

— Мы ненавидим взрослых! — в сотни голосов ответили ей чудовища.

— Мы захватим весь мир!

— Мы захватим весь мир!

— Мы будем пить кровь, издеваться и хулиганить, сколько нам захочется!

— Мы будем издеваться и хулиганить…

— Мы слушаемся только нашего благодетеля графа Дракулу! — кричала маркиза пронзительным голосом.

— Благодетеля… графа!

— И если кто станет на нашем пути, он будет растоптан сапогами! — подпрыгивала от ярости маркиза Жанна.

— Будет растоптан! Будет растоптан!

Как страшно было видеть и слышать это море ярости и ненависти! Как они все прыгали, извивались, рычали, махали лапами и когтями! И Алиса понимала: стоит привидениям и оборотням увидеть её и Ганса — им несдобровать. Может, лучше закрыть дверь? Нет, придётся терпеть, надо всё знать.

— Будет растоптан! — никак не могли остановиться чудовища. Они топали, показывая, как они всех растопчут.

Ганс толкнул Алису в плечо. Он в изумлении показывал ей на клетку, в которой сидели ворон и вампир. Они тоже топотали и пытались кричать!

— Ничего, — ответила Алиса. — Это пройдёт.

Но Ганс ей не поверил.

Ещё минут пять продолжались крики и топот.

Потом привидения и вампиры трижды прокричали «ура» в честь благодетеля графа Дракулы Шестнадцатого. И постепенно всё утихло.

Граф Дракула сделал шаг вперёд и обыкновенным голосом заговорил:

— Начало наступления на Москву я назначаю на завтра, на шесть часов утра. Сегодня вечером вылетаем в город. У меня есть сведения, что проклятые железнодорожники спрятали сундук-самолёт в своих мастерских. Предстоит славный ночной бой. Пора нам окончательно уничтожить всех железнодорожников и герцога Франсуа, который с ними связался.

— Смерть! — закричали слуги графа. — Смерть! Смерть!

— Спо-койно! — остановил крики граф Дракула. — Покричали, и хватит. Я знаю, что вы меня любите и слушаетесь. Перейдём к вопросам подготовки завтрашнего похода. Всё должно быть в порядке, все должны быть здоровы, веселы, бодры! Кто себя чувствует ослабевшим, больным, кому требуется усиленное питание, мазь от чесотки и блох, кому нужна подзарядка электричеством, — всех прошу поднять руки или лапы.

Чуть ли не половина чудищ подняли свои лапы.

— Многовато, — сказал Дракула. — И я вас предупреждаю, что если кто-то притворился, если кто-то хочет отдохнуть и не участвовать в боях, получить усиленное питание и наесться дефицитных лекарств, я предупреждаю — всех разоблачу и уничтожу! Ясно?

Тут же половина поднятых рук исчезла.

Чудовища боялись своего графа.

— Подходить по одному! — закричала маркиза Жанна. Она взяла у Дракулы кожаный мешочек и развязала его.

В рядах началось движение. Вперёд проталкивались привидения, ведьмы и драконы и выстраивались в очередь к маркизе.

Маркиза принялась вынимать из кожаного мешочка пилюли.

Первым к ней подошёл дракон с открытым страшным ртом, из которого тянуло дымом. Маркиза кинула в него пилюлю. Дракон отошёл. Потом к ней подплыло привидение, светящееся, зелёное, страшное. Маркиза отправила пилюлю в эту дыру. Вот подлетел вампир, вытянув трубочкой губки. Он висел в воздухе возле маркизы, и та вставила ему в ротик жёлтую пилюлю.

— Что она делает? — прошептал Ганс. — Я чего-то не понимаю.

— А я понимаю, — сказала Алиса. — Я даже догадалась, кто эта маркиза. Мы с ней знакомы.

— С ней все у нас знакомы! Она уже давно при Дракуле живёт.

— Они стоят друг друга! — ответила Алиса.

— Ты мне объясни, — попросил Ганс, — а то если они тебя сожрут или разорвут, тайна уйдёт с тобой в могилу.

— Ничего они мне не сделают, — ответила Алиса.

— Ой, не зарекайся! — вздохнул Ганс. — Ты только посмотри на своих друзей. Какие люди были! Цвет вашего рыцарства! А теперь что? Один — вампир, второй — ворон!

— Смотри внимательно, — сказала Алиса. — Потом я тебе всё объясню.

Она показала вперёд.

Дракон, вампир, привидение, которые уже получили свои пилюли и отошли в сторону, вдруг начали изменяться.

Дракон уменьшился, привидение перестало светиться, а вампир вырос…

То же самое случилось и с другими чудовищами, которые получали от маркизы пилюли.

Они превращались в детей!

В голеньких, замёрзших, голодных, нечёсаных, нестриженых, немытых детей.

Некоторые принимались плакать, другие молчали, терпели и дрожали.

— А ну, — приказал Дракула, — все в башню! Там мы с маркизой вами займёмся.

— Ой! — сказал Ганс. — Они сюда бегут!

— Срочно в подземный ход! — ответила Алиса.

Они кинулись обратно к камину, откуда начинался подземный ход.

— Я боюсь, как бы они, — прошептала Алиса, — не вздумали растопить камин — тогда нам придётся обратно к речке бежать.

— А что делать? — спросил Ганс.

— На второй этаж! Там сейчас пусто!

Алиса первой побежала по лестнице, Ганс — за ней.

Они только-только успели спрятаться там, улегшись на пол возле люка, как в башню вошёл Дракула. За ним толпой ворвались дети. Им было очень холодно.

— А ну разжигайте камин! — приказал Дракула. — Вы что, меня заморозить хотите?

Дети послушно забегали, одни несли хворост, другие — угли, третьи зажжённую лучину. Камин загорелся, из него повалил дым, заволок на минуту весь первый этаж башни, но потом нашёл себе путь в трубе, и воздух стал чище.

— Это просто здорово, — сказала Алиса, — что мы не остались в той трубе.

— Быстро! — Дракула уселся за стол и скорчил страшную рожу. Дети дрожали, а некоторые всхлипывали. — Мне в армии нужны здоровые, весёлые, преданные нашей высокой идее исполнители. Нытиков, хлюпиков, хроменьких, поносненьких — долой! А ну давай ко мне по очереди!

Дети начали толкаться, стараясь не попасться на глаза графу. Они уже раскаивались в том, что заявили о своих болезнях.

— Давай! Ты! Первый! — Дракула ткнул пальцем в одного из мальчиков, и тот как под гипнозом, заплетая ножки, потащился к столу. — Стой! Ни с места! Ты меня любишь?

— Ещё как люблю, господин мой!

— Больше папы и мамы?

— Так точно, господин мой!

— Ты готов ради меня зарезать своих родных?

— Так точно, господин!

— И не пожалеешь?

— Никак нет!

— Кем служишь у меня?

— Служу сторожевым филином!

— Какое оружие?

— Имею ядовитый бронебойный клюв!

— На что жалуешься? Ну, быстро!

— Зубы болят… ой как болят!

— Но у тебя же клюв!

— Когда клюв, то он болит, а когда зубы, то зубы болят! Много зубов болит!

— Маркиза, займись!

Жанна схватила мальчишку за ухо и потащила в сторону. Там посадила на табуретку и вытащила из складок своей обширной юбки блестящие щипцы.

Мальчишка взвизгнул от страха. Жанна как следует треснула его кулаком по голове.

— На свалку захотелось? — спросила она у мальчика.

Мальчик беззвучно плакал, стараясь не гневить маркизу.

А перед Дракулой уже стояла маленькая девочка. Совсем голенькая. Ей было холодно и страшно.

— Ты меня любишь, крошка? — спросил Дракула.

— Ой, да, — пискнула девочка и заплакала.

— Ну если плачешь, тебе нечего бояться. А кем ты у меня служишь?

— Ядовитой крысой, дядя!

— А если я тебе скажу — укуси свою маму! Ты укусишь?

— А можно я не буду мамочку кусать? — спросила девочка, и Дракула посмотрел на неё страшными глазами. Девочка заревела в полный голос.

— М-да, — сказал граф. — Слабо мы ещё работаем с личным составом.

— А на что жалуешься, ничтожное существо?

Ответить девочка не успела, потому что из угла донёсся отчаянный вопль мальчика.

— Это ещё не всё! — закричала Жанна. — У нас ещё один больной зуб остался!

Мальчик принялся бегать по башне, Жанна за ним.

— Ах, оставьте свои соревнования, — сказал граф. — А то всех перестреляю. Как вы мне надоели!

Жанна догнала мальчика, силком открыла ему рот и стала прилаживать щипцы, чтобы вытащить ещё один зуб. Мальчик бился, как птичка в зубах у лисицы, а некоторые дети уже начали кричать:

— Я здоровый!

— Я здоровая! Пошлите меня обратно!

— Я больше не буду!

— Нет, будешь! — зарычал Дракула. — На что жалуешься?

И тогда маленькая девочка произнесла, заикаясь от страха:

— Я к ма-а-мее хочу…

— С тобой всё ясно, — сказал Дракула, — постой-ка вон там, под картинками. Подожди, отправим тебя к маме.

Девочка покорно отошла к стене, на которой были приклеены в ряд картины, изображающие в натуральном размере различные виды подданных Дракулы: привидений, вампиров, оборотней и так далее… А Дракула тем временем продолжал допросы. Допрашивал он всех одинаково. Сначала он интересовался, любит ли его ребёнок и готов ли ради него убить собственных родителей, а потом выяснял, на что тот жалуется. Если жалоба была невелика — нарыв, больной зуб, царапина или ушиб, он передавал больного маркизе, и она им занималась в меру своих сил и небольшого умения. А вот тех, кто хотел просто избавиться от работы, ленился или боялся, а уж тем более разлюбил великого Дракулу, граф заставлял отойти и встать под картинами. Вскоре дети разделились на две группы. Человек пятнадцать стояли кучкой под картинами и ныли от страха, и столько же толпилось вокруг маркизы.

Когда проверка закончилась, Дракула громким голосом произнёс:

— Все, кто у двери, синюю пилюлю принимай!

С этими словами Дракула выдвинул ящик письменного стола, достал оттуда ещё один кожаный мешочек, такой же, как у маркизы, и кинул его своей подруге.

Маркиза стала вынимать из него синие пилюли.

Дети, видно привыкшие уже к этой процедуре, становились в очередь, и маркиза спрашивала:

— Ты у нас кто?

— Сова, — отвечал ребёнок, у которого вырвали два зуба.

— Покажи на картинку!

Мальчик показал на картинку, на которой была нарисована сова.

После этого маркиза дала ему пилюлю, мальчик с трудом проглотил её и отошёл в сторону.

— А ты кто у нас? — спросила маркиза мальчика, которому недавно перевязала разбитую руку.

— Я привидение, — сказал мальчик. — Только я хочу стать драконом.

— До дракона ещё дорасти надо. В драконы берут только злобных подростков, — строго сказала Жанна. — Смотри на картинку и глотай пилюлю!

Мальчик подчинился.

Один за другим дети отходили в сторону, и вскоре раздача пилюль закончилась. Алиса и Ганс увидели поразительную картину: на глазах у них маленькие, голенькие, несчастные дети превращались в привидений, сов, крыс, ведьм… Когда операция закончилась, маркиза вернула мешочек с пилюлями Дракуле, и тот спрятал его в ящик стола.

— А ну давайте наружу! — крикнул им Дракула. — Готовьтесь к вылету. А пока полетайте, побегайте вокруг!

Превращённые в чудищ дети покорной толпой побрели наружу.

Остались лишь те, кто не понравился Дракуле.

— А с этими, — сказал он усталым голосом, — ты сама знаешь, что делать.

— Почему если грязная работа, так мне? — спросила маркиза Жанна.

— Иди, иди, мне тоже поработать придётся.

— Я ничего не понимаю, — прошептал Ганс. — Они дети? А почему тогда они привидения?

— Я тебе всё объясню.

— Но пилюли… пилюли!

— Помолчи. Прошу тебя.

— Я не могу молчать! Я должен знать, куда маркиза поведёт детей!

— Недалеко, — ответила Алиса. — Маркиза их хочет убить.

— Детей?

— Вот именно.

— Я сейчас пойду и это остановлю.

— Так просто ты ничего не остановишь, — сказала Алиса. — Тут надо думать.

— Да разве волшебников передумаешь?

— Гансик, миленький, — сказала Алиса, — не говори мне под руку. Здесь нет волшебников, а есть мошенники.

Маркиза погнала обречённых детей к выходу.

За ними шли превращённые с помощью синих пилюль в привидения и ведьм остальные дети. Шли они, еле-еле переставляя ноги и лапы.

— А ну пошевеливайтесь! — приказал Дракула. Он подтолкнул отставших кончиком сабли.

— Ну чего ты медлишь! — торопил Алису Ганс. — Каждая секунда на счету! Нельзя же допускать, чтобы они у нас так распоряжались. Лучше смерть, чем позор.

— Но ещё лучше жизнь со славой, — ответила Алиса.

В этот момент дверь за Дракулой захлопнулась.

В два прыжка Алиса слетела по лестнице вниз и кинулась к столу. Она потянула ящик, но он не открывался.

— Да помоги же, Ганс!

Ганс постарался помочь Алисе, но стол был сделан из крепкого морёного дуба. А где ключ?

И тут из-под стола появилась тонкая детская ручка. В пальцах она держала медный ключик.

Вслед за ключиком из-под стола вылезла маленькая девочка, та самая, которая хотела к маме.

— Зачем ты это сделала? — спросил Ганс, помогая девочке выбраться наружу.

— Я залезла к нему в карман. Я хотела найти эти пилюли и освободить всех ребят.

Алиса быстро повернула ключ и выдвинула ящик. В ящике лежали два мешка. В одном были жёлтые пилюли…

— Это для того, чтобы возвращать людям их нормальный облик, — сказала Алиса.

— А эти синие, — сказала девочка, показывая на другой мешочек. — Их надо сжечь!

— Молодец, как тебя зовут? — спросила Алиса.

— Сюзанна.

— Погоди, Сюзанна, — сказала Алиса. — В хороших руках и плохие пилюли могут принести пользу.

— Алиса, объясни мне хоть что-нибудь! — взмолился Ганс. — Я так больше не могу. То привидения, то пилюли, то вампиры, то мошенники!

Алиса сняла с себя куртку и накинула на голенькую замёрзшую девочку. Куртка доставала девочке до колен. Девочка прижалась к Алисе.

— Я уже вчера вечером заподозрила неладное, — сказала Алиса. — Не сходились концы с концами — страшный граф Дракула, привидения, вампиры… Но чтобы все привидения, все вампиры и ведьмы слушались одного графа — это так странно! И чтобы они охотились за мной и даже устраивали завалы на железной дороге?! Ну просто не верится! А эта маркиза? Пьёт водку и ругается.

— Она ещё хуже Дракулы, — пискнула девочка. Она оказалась сообразительной.

— И я подумала: а что, если эти волшебники вовсе не те, за кого они себя выдают? Но кем они тогда могут быть? И я вспомнила — есть у меня враги! Всю жизнь я с ними враждую, борюсь, пытаюсь остановить их гнусные проделки и даже преступления. Эти враги — космические пираты Крыс и Весельчак У. Я думала, что они ушли на пенсию, купили замок и играют на барабанах. Но совсем недавно я встретила их на планете динозавров. Там они пытались утащить золотые яйца ящеров. Как это им удавалось? У них есть специальные пилюли, чтобы превращаться в кого захотят. Синие — чтобы превратиться в кого пожелаешь, жёлтые — чтобы снова принять свой облик. Эти грабители решили обчистить целую планету. Как-то они узнали о параллельном мире и воспользовались тем, что люди здесь верят в привидений и вампиров. Если ты сильно веришь в чепуху, посмотри вокруг — не окажешься ли ты в дураках.

— Я догадался! — закричал тут Ганс. — Им же надо было из кого-то делать себе слуг? И они стали воровать детей. Все думали, что они детей пожирают. А они их превращали во всякую нечисть! Я правильно догадался?

— Молодец, Ганс! — воскликнула Алиса.

— Тогда побежим и скажем Дракуле, что мы обо всём догадались. Пускай он сдаётся.

— Как бы не так! — возразила Алиса. — С чего бы ему сдаваться? Он тут же разрубит тебя саблей, нашлёт на тебя привидений и драконов. Ты даже договорить не успеешь.

— Так что же делать?

— Мы будем воевать с нашими врагами их собственным оружием, — сказала Алиса.

— Только скорее, — попросила маленькая девочка, — а то они убьют детей, которых увела маркиза.

— Дайте мне одну минуту, — попросила Алиса. — И я придумаю, что мы будем делать.

Ганс шевелил губами, он считал секунды. Девочка подбежала к двери и стала смотреть сквозь узкую щёлку.

— Что там? — спросила Алиса.

— Дракула разговаривает с драконами, — ответила девочка. — А теперь он подошёл к клетке, в которой сидят твои друзья, Алиса.

— А маркиза?

— Маркиза повела детей в подвал, — сказала девочка. — Там всегда наказывают непокорных.

— Скорее, Алиса, — снова попросил Ганс. — А то я не выдержу.

— Ну что ж, — сказала Алиса. — У меня созрел план.

Глава пятнадцатая
СДАВАЙСЯ, ДРАКУЛА!

Граф Дракула, похожий издали на бледную поганку, стоял прямо, сдвинув тонкие длинные ноги в белых чулках, в коротком сером плаще, который раздувался от ветра, как шляпка гриба. Он глядел на клетку, в которой томился Пашка, превращённый в вампира, и профессор Гоц, ставший вороном. Граф что-то втолковывал своим новым слугам, грозя им длинным указательным пальцем.

Остальные его слуги разошлись по двору, разговаривали или просто вздыхали по дому, маме и папе, которых они теперь должны были убивать или покорять. Вороны стаей носились над двором, играя в догонялки и пятнашки, забыв на время о том, что они солдаты страшной армии графа Дракулы.

Боевой дракон Дракулы лежал, вытянувшись под стеной, чтобы не продуло ветром, — он очень боялся простудиться. Дышал он обыкновенно, паром.

В первую минуту никто не заметил, как из главной башни замка, в которой ещё так недавно правил суд и расправу граф Дракула, вышли три человека.

Алиса — в лёгком костюме, но на толстых гравиподошвах «Пилат».

Ганс — в крестьянской одежде, но босой.

Маленькая девочка Сюзанна, одетая в Алисину куртку и башмаки Ганса. Одежда была ей страшно велика, зато девочке было тепло.

Никто не знал, что Алиса только что проглотила синюю пилюлю и дала проглотить такую же Гансу, а потом спрятала мешочек с синими пилюлями в снежный сугроб у выхода из башни. Другой мешочек, с жёлтыми пилюлями, Алиса оставила девочке Сюзанне.

— Ты всё поняла? — спросила она.

— Что ж тут непонятного? — ответила вопросом на вопрос девочка Сюзанна.

— Тогда начинаем наш последний и решительный бой! — сказала Алиса.

— А вдруг не выйдет? — спросил Ганс.

— Сомнения прочь! — ответила Алиса. — Ты знаешь, что делать. Сюзанночка знает, что делать. Смотри не отвлекайся!

И она тут же стала расти. Через полминуты вместо Алисы у двери в башню стоял ещё один граф Дракула, тоже похожий на бледную поганку.

Ганс же, который не успел ни в кого превратиться, по знаку Алисы отступил внутрь башни. Он потянул за собой и девочку.

Сначала никто не заметил появления перед башней второго графа. Привидения и оборотни занимались своими делами.

Пожалуй, только большой серый волк-оборотень поглядел на Алису и медленно пошёл к центру двора, будто почувствовал, что там произойдёт что-то интересное.

Ничего не заметила и маркиза Жанна ля Мотт, которая в дальнем конце двора гнала палкой кучку голеньких, несчастных, плачущих детей в подвал, собираясь там с ними расправиться. Надо сказать, что преступники и негодяи предпочитают совершать свои преступления и делать гадости тайком, не на глазах у всех, или хотя бы надев маски. Каждый негодяй, какой бы сильный он ни был, в глубине души знает, что рано или поздно его преступления будут раскрыты и ему придётся держать за них ответ.

Алису устраивало то, что на неё не обратили внимания. Чем позже граф спохватится, тем лучше.

Она направилась к графу широкими уверенными шагами, и, когда ей оставалось дойти до него всего метров десять, граф почуял неладное, обернулся и сначала попросту не сообразил, что же произошло.

Алиса продолжала спокойно идти к нему.

Тут очнулись привидения, оборотни, драконы и все прочие слуги Дракулы.

Они засуетились, начали шептаться и переглядываться, но никто не посмел сдвинуться с места. Раздвоение всесильного графа было чудом, ничего подобного они и вообразить не могли.

Дракула тоже ничего не мог понять. Он сразу даже не узнал себя в мужчине, в которого превратилась Алиса, проглотив синюю пилюлю. Идёт какой-то чужой рыцарь в коротком плаще, на кого-то похожий…

И только когда Алиса была совсем близко от него, Дракула понял, что происходит что-то страшное.

Пользуясь его замешательством, Алиса подошла к клетке с Пашкой и профессором, открыла дверцу клетки и кинула внутрь две жёлтые пилюли.

— Быстро! — приказала Алиса. — Пашка, Иона Ионович, проглотите! Это я вам говорю — Алиса! Не бойтесь меня.

Как тут не бояться! Летучая мышь и ворон крутили головами, стараясь понять, кто для них страшнее — старый Дракула или новый Дракула.

И тут новый Дракула сказал:

— Пашка, если ты не проглотишь таблетку, я твоей маме скажу. И Аркашке Сапожкову. Ты понял?

Но Алиса не успела увидеть, понял ли её Пашка.

Потому что к этому моменту Дракула уже опомнился настолько, что повернулся к ней и схватил своего двойника за ворот.

— Ты кто такой? — сказал он.

— А ты кто такой? — спросила Алиса, отскакивая назад и вырываясь из цепких пальцев графа.

— Я — граф Дракула Шестнадцатый.

— Никакой ты не Дракула, а жалкий самозванец!

Граф Дракула выхватил саблю.

Алиса-Дракула тоже выхватила саблю.

Надо честно признать — первый граф Дракула куда лучше умел владеть саблей, чем Алиса-Дракула.

Но Алиса решила, что будет сражаться до последнего. Главное для неё было выиграть время. Выиграть время, пока выполняли задание Ганс и девочка Сюзанна.

К полному изумлению всех привидений, два графа Дракулы отчаянно рубились на саблях, причём один из них громко кричал:

— Я тебе покажу, самозванец!

А второй отвечал:

— Ещё посмотрим, кто из нас самозванец!

Искры сыпались от ударов сабель.

Тем временем в большой клетке для попугаев, что стояла рядом со сражающимися графами, происходило нечто невероятное: летучая мышь породы вампир и ворон на глазах превращались в людей. При этом, разумеется, они разломали клетку, прутья и щепки летели в разные стороны!

Ба-бах! И вот мальчик и невысокий черноволосый человек средних лет покатились по истоптанному снегу в разные стороны.

В этот момент глазам потрясённых привидений предстало ещё одно неожиданное зрелище: из двери большой башни выбежали два человека. Первой бежала маркиза Жанна ля Мотт, подобрав длинное платье одной рукой и сжимая в другой небольшую кочергу от камина. За ней выскочила маленькая девочка в длинной, почти до земли, Алисиной куртке и больших башмаках. Девочка держала в руке мешочек.

Маркиза и девочка побежали в разные стороны. Маркиза — к подвалу, куда только что скрылась ещё одна такая же маркиза, которая повела убивать маленьких детей. А девочка Сюзанна, бойкая малышка, помчалась к толпе удивлённых и замерших от неожиданности привидений, ведьм, оборотней и других слуг графа Дракулы, совсем не опасаясь их, хотя любая обыкновенная девочка умерла бы на её месте от страха.

Привидения же вели себя, как зрители на теннисном матче, которые все вместе поворачивают головы: мячик полетел направо — трибуны следят за ним, мячик полетел обратно — все, как один, зрители провожают его взглядами.

Вот привидения смотрят на схватку двух графов, вот они повернули головы к клетке, в которой, развалив её на части, выросли два узника, вот они оборачивают взоры к башне, откуда выбегают маркиза и Сюзанна.

Удар! Ещё удар!

Алиса отступала под натиском взбешённого Дракулы.

— На помощь! — кричал между тем Дракула. — Ко мне на помощь! Чего вы медлите, мои верные ведьмы!

Но ведьмы не спешили, потому что никто не знал, к нему ли надо спешить на помощь или к другому графу, который с ним сражался.

— Ну я вам покажу! — в бешенстве воскликнул Дракула. — Только вот разрублю этого самозванца!

Алиса поняла, что её дело плохо.

Сколько она ещё продержится?

Она отступала. Дракула преследовал её.

Её руки уже онемели от тяжёлой сабли.

Алиса пошатнулась.

Граф занёс саблю, чтобы нанести роковой удар.

Но в этот момент от толпы привидений и оборотней к графу кинулся громадный серый волк.

В два прыжка он настиг Дракулу, подпрыгнув, ударил его лбом и вцепился в поднятую руку так, что Дракула выронил саблю. Граф пошатнулся и упал, а волк обрушился на него всем своим тяжёлым телом. Открытая пасть волка оказалась всего в вершке от лица Дракулы.

Дракула завизжал от страха и закрыл глаза.

Алиса разжала кулак, в котором была зажата жёлтая пилюля, и сунула её в открытый от страха рот графа Дракулы.

— Держи его, Гаврюха, — сказала она, потрепав волка по загривку, — я пойду помогу Сюзанночке.

Алиса пошла к привидениям, которые видели перед собой не Алису, а только своего страшного повелителя графа Дракулу. Они стали отступать от него, жаться к стенам, а вороны и летучие мыши взмыли в поднебесье.

Девочка Сюзанна стояла перед толпой слуг графа, вынув из мешочка горстку жёлтых пилюль, и уговаривала их:

— Ну скушайте, пожалуйста, и вы снова станете мальчиками и девочками. Вы вернётесь домой, и больше не будет этого проклятого графа Дракулы. Не бойтесь его, и всё хорошо кончится!

Но привидения видели, как из-за спины Сюзанны выходит страшный Дракула, и никто не торопился взять пилюлю.

И чем ближе подходила Алиса-Дракула, тем громче становились крики из толпы привидений:

— Мы любим тебя, господин! Мы подчиняемся тебе, граф! Мы готовы убить любого из любви к тебе!

Девочка Сюзанна обернулась и сама замерла от страха. Кто это — Алиса или Дракула?

— Ой! — сказала она, и пилюли покатились по снегу.

— Что с тобой? — спросила Алиса и тут же поняла, что всё ещё держит саблю.

Алиса бросила саблю в снег и сказала:

— Не бойся меня, Сюзанночка. Дай мне тоже пилюлю. Я хочу снова стать девочкой.

Сюзанна перевела дух: значит, победила Алиса!

Но привидения отказывались взять пилюли.

И Алисе пришлось воспользоваться тем, что они так боятся графа.

— Я вам приказываю! — произнесла она противным, скрипучим голосом графа Дракулы. — Немедленно каждому проглотить по жёлтой пилюле! Ну, сколько раз надо повторять?

Как загипнотизированные, привидения, ведьмы и драконы стали протягивать руки и лапы, чтобы подобрать из снега и проглотить жёлтые пилюли.

Сверху спускались вороны, совы и вампиры, вскоре уже не осталось пилюль на снегу, и Сюзанна опять развязала мешочек, чтобы всем хватило.

И тут до них донёсся жалобный крик:

— Так нельзя! Я буду жаловаться! Дракула, мой любимый, что они себе позволяют!

Все обернулись на крик и увидели, как из подвала, держась за голову, поднимается маркиза ля Мотт. Большая шишка выросла у неё на макушке.

За маркизой шагала ещё одна маркиза. В руке она несла кочергу и постукивала ею по спине первой маркизы.

За маркизами из подвала вылезли перепуганные ребятишки.

— Сюзанночка, прошу тебя, — сказала Алиса, — дай, пожалуйста, по пилюле нашим маркизам.

— Я вас поняла, — сказала Сюзанночка и побежала к двум маркизам.

Когда ушибленная маркиза увидела в руке Сюзанночки жёлтую пилюлю, она обо всём догадалась.

— Ни в коем случае! — закричала она. — Ведь все догадаются!

Она побежала к Алисе, продолжая кричать на бегу:

— Останови это безобразие! Они же догадаются!

— Гансик, стукни её ещё разок, чтобы не спорила, — сказала Алиса, и тут же в глазах у неё потемнело, земля быстро приблизилась к ней, и она упала.

А когда она через пять секунд пришла в себя и снова стала Алисой Селезнёвой, во дворе замка многое изменилось.

Во-первых, один за другим все слуги Дракулы — все привидения, скелеты, чёрные коты, ведьмы, оборотни — снова стали детьми, теми самыми детьми, которых Дракула и маркиза похищали у несчастных родителей, превращая в привидений и заставляя себе служить.

Во-вторых, тощий и длинный граф Дракула, который лежал на снегу в страхе перед волком Канисом, которого Алиса называла Гаврюхой, этот самый граф Дракула превратился в очень толстого, противного, обрюзгшего человека. А маркиза, получившая от Ганса кочергой по голове, стала маленьким, поджарым и злобным человечком, сквозь искусственную кожу которого проглядывали крысиные черты. Зато вторая маркиза снова стала слугой Гансом.

— Вот мы и встретились. — Алиса обернулась к Пашке.

— Да, — сказал прежний Пашка, весёлый и неунывающий, — узнаю старых знакомых. Ну уж теперь, надеюсь, вам не отвертеться от галактической тюрьмы, космические пираты.

Конечно же, маркизой и графом были Крыс и Весельчак У, те космические пираты, которые ещё в прошлом году случайно проникли в этот мир. Когда они узнали, что люди здесь верят в привидения, духов и всякую нечисть, сообразили, что на этом можно отлично нажиться. Вот они и стали отнимать детей у несчастных поселян и горожан, заставляли их глотать синие пилюли, превращали в чудовищ и понемногу сколотили свою страшную армию и запугали всю страну.

Только им не терпелось завоевать и Землю.

И в этом заключалась их главная ошибка.

Потому что на Земле живёт Алиса Селезнёва, которая очень много знает и с которой шутки плохи.

Узнав, что Алиса стремится в замок Дракулы, куда попали Пашка с профессором Гоцем, пираты перепугались и решили любым способом остановить Алису, которую считали своим главным врагом во всей Вселенной.

Но им этого сделать не удалось.

Потому что у Алисы были друзья.

Подумав об этом, Алиса посмотрела на волка Гаврюху.

— А ты почему не принимаешь пилюлю? — спросила Алиса.

Волк посмотрел по сторонам.

Если бы он умел пожимать плечами, то пожал бы.

Пашка Гераскин, который чувствовал себя чуть неловко, потому что из-за своей доверчивости оказался в дураках и Алисе пришлось его выручать, сказал:

— У нас же кончились пилюли!

— Сюзанночка, неужели это так? — спросила Алиса.

— Только-только хватило, — сказала Сюзанночка.

— Нет, так быть не может! Я не уеду никуда, пока не помогу своему другу! — сказала Алиса.

Дети, хоть и замёрзли, стали перекапывать снег, перебирать его по снежинке, чтобы помочь волку.

Алисе стало их жалко, и она отправила их в башню погреться.

— А у вас не осталось пилюль? — спросила Алиса у пиратов.

— Дома кое-что осталось, — усмехнулся Весельчак У. — Только лететь далеко. Хочешь, слетаю?

— Ты слетаешь, а обратно забудешь вернуться? — спросил Пашка.

— А я Крыса в залог оставлю, — сказал Весельчак У.

— Не слушайте его! — закричал Крыс. — Он никогда не вернётся. У нас в криминальном мире друзей не бывает. Все друг друга предают! Лучше я слетаю за пилюлей.

Ганс, который стерёг пиратов, чтобы не убежали, и держал в одной руке кочергу, а в другой саблю Дракулы, даже засмеялся.

— Какие всё-таки они мерзавцы! — сказал он. — Пока они сильные, то ни к кому не испытывают жалости. А как только попались, становятся ягнятами.

— Нет, — сказала Алиса, — не могу я отпустить на свободу таких ужасных преступников. Их нельзя оставлять на свободе!

— Можно! — откликнулся Крыс. — Ещё как можно. Мы ведь в принципе безвредные. Мы иногда ошибаемся, но готовы исправиться!

Волк Канис огорчился. Он поднял кверху морду и завыл.

Дети заплакали.

И тут с неба спустилась ворона. В клюве она держала жёлтую пилюлю.

Ворона кинула пилюлю у ног волка и громко каркнула.

Она ходила по снегу, очень довольная собой.

— О нет! — воскликнула Алиса. — Нельзя жертвовать собой. Ведь тебя тоже ждут дома осиротевшие папа и мама!

— Не беспокойтесь, тётя Алиса, — сказала Сюзанночка. — Это я виновата. Я дала ей пилюлю, а это самая обыкновенная ворона.

— Карр! — сказала ворона и поднялась в небо.

— Ешь, Гаврюха, — сказала Алиса.

В этот момент в открытые ворота замка ворвалась карета, запряжённая парой могучих коней.

На козлах сидел рыцарь в латах с поднятым мечом, а из открывшихся дверей кареты выскочило несколько мужчин в одежде железнодорожников, а за ними герцог Франсуа.

— Немедленно освободите Алису! — закричал рыцарь на козлах.

— А также мой родовой замок! — закричал герцог.

— И всех наших детей! — закричали железнодорожники.

Алиса побежала к герцогу. Тот обнял её и с трудом удержал рыдания.

— Всё в порядке, ваша светлость, — сказал слуга Ганс. — Дети живы, замок освобождён, Алиса на свободе! О чём вам и докладываю.

— Бабушка! — воскликнул герцог. — Ты посмотри, как всё хорошо кончается! Теперь ты сможешь пожить на свежем воздухе.

Рыцарь на козлах поднял забрало, и Алиса с удивлением узнала в нём бабушку Марианну.

— Что же ты удивляешься, Алиса? — спросила бабушка. — Я не такая старая, как кажусь. Правда, уже сто лет я не надевала лат, но они мне всё ещё впору. Сейчас я зарублю этих негодяев!

— Нет, — сказал герцог Франсуа. — Мы их отвезём в город и будем судить. Ведь негодяи берут власть над людьми и над целыми странами только потому, что их боятся. Надо всем показать, что бояться нечего — чем человек хуже, тем он трусливей.

— Мы больше не будем! — закричал Крыс. — Мы будем хорошие!

— Я вам буду на барабане играть, — вторил ему Весельчак У.

Алиса не стала больше слушать эти мольбы, а отошла к двери в башню и взяла спрятанный в снегу мешочек с синими пилюлями. Мало ли когда они пригодятся!

Она спрятала их в карман и почувствовала, что за спиной кто-то стоит.

Она обернулась.

Сзади стоял высокий мальчик, чуть постарше Алисы. Бледнолицый, синеглазый, с тёмными курчавыми волосами.

— Спасибо, Алиса, — сказал он.

— Ой! — Алиса сразу догадалась. — Ты и есть Гаврюха?

— И ещё Канис, — сказал мальчик. — Я не хотел подчиняться разбойникам и мог быть злым волком, который охотится за людьми. Поэтому я убежал в твой мир.

— Я тебе так благодарна! — сказала Алиса. — Без тебя я бы не смогла всего этого сделать.

— А я благодарен тебе. Теперь я снова свободен. Можно я отдам тебе одну вещь?

Мальчик снял с шеи мешочек. В нём постукивали кубики.

— Больше они мне не понадобятся.

Подошёл Пашка.

— Пашка, познакомься, это наш волк Гаврюха, — сказала Алиса.

— Ох ты, как он изменился! — воскликнул Пашка. — Останешься тут или поедешь с нами?

— Я сирота, — сказал мальчик. — И если можно, я бы пожил у вас на биостанции. Мне там нравится.

— Но тебе придётся ходить в школу, — сказала Алиса.

— Я всегда хотел учиться.

Во двор въехало несколько саней с вооружёнными людьми — это были люди из отряда, который набрал герцог, чтобы выручить Алису и победить привидения. Среди них были родители некоторых украденных детей. Они побежали в башню, и оттуда доносились крики радости и плач.

— Уберите куда-нибудь пиратов, — подсказала Алиса герцогу, — а то люди их растерзают.

— Правильно, уберите нас! — взмолился Весельчак У. — Но ещё лучше дайте нам по жёлтой пилюле, и мы превратимся в жучков, чтобы путешествовать в вашем кармане.

Но герцог побоялся, что пираты сбегут. Поэтому их отправили в город в карете.

Алиса с Пашкой и профессором Гоцем, который был страшно расстроен, потому что привидения оказались ненастоящими и теперь придётся их искать снова, а также с мальчиком Гаврюхой, которого на самом деле звали Канисом, доехали до станции в санях.

Там их ждал знакомый поезд, потрёпанный после боя с привидениями и драконами.

Знакомый проводник встретил друзей и показал им места в вагоне, а знакомый начальник полустанка Михай поднял жёлтый флажок, показывая, что поезду можно ехать.

Ганс проводил друзей до сундука и попрощался с каждым за руку.

А в Москве шёл снег и было холодно.

1996

|⟩⟨|
⟨||⟩